Сложности реабилитации и выбор спасти конечности — откровенный разговор с раненым военным

Недавно опубликованное интервью врача Евгения Комаровского и президента БФ "Здоровье украинского народа" Сергея Сошинского по теме проблем протезирования вызвало общественный резонанс. Видео с превью интервью набрало уже более 2 миллионов просмотров.

Участники диалога утверждают, что протезирование превратилось в крупный бизнес. А государство создало все условия для того, чтобы ампутировать концовку военному было самым легким вариантом. Конечно, большинство людей не хотят этой ампутации. Однако часто, когда надежда на спасение есть, финансовых ресурсов на это нет.

"Телеграф" узнал, есть ли какие-либо изменения после того, как об этом начали публично говорить. А также пообщался с военным, что в отсутствие достаточной поддержки от государства решил бороться за восстановление своей конечности. Он рассказал о своем пути реабилитации, что наглядно демонстрирует проблемы. А также посоветовал что делать людям, оказавшимся в похожей ситуации.

В мирной жизни Дмитрий был айтишником, но отправился защищать страну и получил сложное ранение.

- Это произошло в мае 2022 года. В начале большого вторжения я сам пошел в военкомат, потому что раньше имел опыт АТО. Но вскоре получил огнестрельное ранение. Мы попали на засаду ДРГ, наш автомобиль расстреляли. К сожалению, водитель погиб почти на месте, а я спасся. От пуль и обломков у меня было ранено все тело, кроме правого глаза и правой руки. Собственно, одно из ранений было тяжелое, левая рука можно сказать висела на коже, — рассказывает боец.

По его словам, все происходило очень быстро. Вплоть до прибытия в больницу он не терял сознания, поэтому видел и обстоятельства ранения, и саму степень ранения.

– Я держал автомат правой рукой, а левая была выставлена перед лицом, что меня немного спасло. В лицо мне попал только один обломок. Спасибо врачам из Харьковского госпиталя, что спасли мне глаз хотя бы как орган, хоть он и не видит. В сознании когда я доехал до госпиталя, меня положили на стол, начали разрезать вещи. И тогда я сказал медикам, которые готовились к моей операции: "Я понимаю, что рука выглядит очень плохо, но если есть такая возможность, пожалуйста, спасите ее".

Сразу на столе мне ввели наркоз. И уже после операции, длившейся около двенадцати часов, я проснулся и увидел на своей руке АЗФ (ред. — аппарат внешней фиксации). Так я понял, что оставили руку. Ну а дальше, о том, что с этой рукой делать я решал в других обстоятельствах, — делится Дмитрий Суходольский.

Поиск тяжелых решений и куча финансовых затрат

После получения второй группы инвалидности в этом году Дмитрий получил возможность отправить запрос на единовременную денежную помощь от государства. Но пока ее не получил. С деньгами мужчине помогают родственники, знакомые, бывшие коллеги.

— В течение всего пути расходов было очень много. Когда начал терять вес, покупали протеин. Дальше пошли деньги на разные приборы для реабилитации. Еще позже основными затратами стало такси, ведь передвигаться самому было очень тяжело.

Когда я получил травму, было мало известно о том, какие есть реабилитационные центры. Поэтому я выбрал ближайший в районе, где живу. Хотя там была скидка для военных, деньги я все равно заплатил очень большие. Там тоже нужны были разные процедуры и лекарства. Для иллюстрации: со стороны государства выдавали лист с перечнем десяти наименований лекарств, необходимых в месяц. В аптеках сообщили, что в наличии только половина пунктов, но и за них мы заплатили около 3500 гривен. Позже я нашел другой реабилитационный центр, где процедуры предоставлялись бесплатно. Там мне понравился подход врачей к дополнительной реабилитации. Они с опытом и знают, что делают, — рассказывает боец.

Позже мужчину снова прооперировали, на этот раз в Польше поставили пластины. В тот момент это была приблизительно 19 операция. После этого Дмитрий вернулся домой и пришел к врачу травматологу.

— Моя рука была спасена, но работала всего на 50%, даже не сгибалась. Я много читал об эндопротезировании. Однако врач сказал, что в Украине этого не делают. Посоветовал вообще ничего не делать, мол, и так сойдет. Однако меня такой вариант не устроил. Я по жизни оптимист, поэтому сразу начал в голове прокручивать варианты как организовать сбор средств для лечения за границей, возможно что-нибудь продать.

И в одном госпитале, где я проходил ВЛК, я встретил девушку, которая посоветовала мне обратиться в фонд #ВрятуйКінцівку. Я пришел к их лучшему врачу. Он сказал, что случай сложный, но эндопротезирование можно организовать. Мне провели еще две подготовительные операции, теперь я готовлюсь к основной, — делится военный.

В случае Дмитрия полное восстановление ожидается через три года после основной операции. Однако все зависит от травмы, собственного желания и мотивации человека. Он подчеркивает: нужно соблюдать здоровый образ жизни и выполнять все упражнения, которые назначают врачи. Важны также процедуры: физиотерапия, различные стимуляции, ударно-волновая терапия, плавание и т.д.

– Мне очень повезло с родными, которые мне помогают, особенно с женой. Все было так: 12 числа я ей позвонил по телефону и рассказал, что случилось, а 13 она уже была в госпитале. Очень меня поддерживала, делала все по хозяйству, выгуливала нашу собаку. Позже я старался сам себе как-то помочь. Я ценю когда мне помогают, но если эта боль умеренная, то я лучше сам сделаю что-то из домашних дел.

Важно, когда родные понимают, что ты не инвалид, а человек с инвалидностью. То есть в первую очередь стоит "человек". Надо стараться делать то, что делают обычные люди. Хотя и может быть трудно делать некоторые вещи, которые раньше были легкими. Первое время тебе все приносят и помогают, но не стоит к этому привыкать. Для меня было целью стать самостоятельным в физическом плане. Конечно, я говорю именно за свою ситуацию. Другое дело, когда у тебя нет двух конечностей и тому подобное, — уверяет Дмитрий.

По словам бойца, реабилитация продлится еще долго, поэтому он планирует уже в следующем месяце вернуться к своей основной работе IT-специалистом. Только нужно подтянуть английский и другие профессиональные аспекты. И тогда можно искать работу.

— К сожалению, не каждый после травмы сможет вернуться на свою предыдущую работу. Если, к примеру, парень был грузчиком или строителем. Поэтому очень ценно то, что сейчас для военных проводят какие-то вебинары и курсы в разных сферах. Если иметь воодушевление, все получится, — убеждает боец.

Перед тем как выбирать спасти концовку или ампутировать — нужно все взвесить

— Особенно у меня прямого выбора такого не было — мне повезло. Но знаю людей, у которых был. Одному мужчине предлагали ампутировать ногу. Конечно он не хотел этого, поэтому начал бить тревогу и искать других врачей, которые, возможно, предложат альтернативные варианты. И он нашел. Теперь он готовится к операциям по пересадке мышц.

Поэтому тем, кому ставят ампутацию, я бы рекомендовал на всякий случай проконсультироваться с другими врачами, если есть такая возможность. Чтобы найти лучший вариант. Иногда врачам от усталости и нехватки ресурсов легче просто отрезать ногу. А некоторые могут думать, что спасут концовку, а это приводит к тому, что человеку вместо стопы отрезают всю ногу. К сожалению, ситуации знаю разные, — заключает Дмитрий Суходольский.

Кстати, национальная программа #ВрятуйКінцівку предоставляет возможность пообщаться с разными специалистами, благодаря консилиуму врачей. Экспертный совет формировался при поддержке Института травматологии и ортопедии НАМН Украины, Украинской ассоциации ортопедов-травматологов и Кафедры ортопедии и травматологии НУОЗ Украины им. П.Л. Шупика.

Сможет ли программа спасти всех раненых и начнет ли этим заниматься власть?

"Телеграф" связался с основателем инициативы #ВрятуйКінцівку Сергеем Сошинским, чтобы узнать есть ли критерии для определения того, кому предоставляется финансовая помощь и сопровождение в рамках этой программы. Ведь одна программа не может охватить всех раненых.

— В последние месяцы мы определили эти критерии. Основным является возраст. Мы предпочитаем более молодых раненых. Ведь у молодого организма в принципе больше шансов на дальнейшее улучшение здоровья и заживление конечностей. Также предпочитаем некурящие, не имеющие проблем с употреблением наркотиков и сопутствующих тяжелых заболеваний. Это все объективно влияет на порядок лечения. Однако мы стараемся идти на встречу и лечить всех подающих заявку, даже если человеку за 55 лет. Были случаи, когда брали военных с гепатитом, СПИДом и т.д.

Обязательно предупреждаем о возможных осложнениях. К сожалению, уже были такие ситуации, когда ребята неосторожно вели себя во время реабилитации, носили тяжелые вещи или возвращались на фронт и перегружались. Поэтому важно как человек относится к своему ранению и какой образ жизни следует, — рассказывает в разговоре с "Телеграфом" основатель социального проекта.

Однако, как отмечает Сошинский, несмотря на все усилия, финансовые возможности программы уменьшаются, а донатов не хватает. Сейчас совет фонда #Спаси Концовку определяет определенные квоты на больнице. Планируется утвердить от 100 до 300 тысяч гривен в месяц на медицинское учреждение. Но соответственно, если больница исчерпает квоты, то прекратит сотрудничество с программой в этом месяце.

— Мы сейчас ведем диалог с государственными органами по поводу изменения политики по спасению конечностей и вообще отношения к раненым. Эти переговоры и публичная огласка приводят к определенным изменениям. Уже есть информация, что дано распоряжение соответствующим органам пересмотреть пакеты медицинских гарантий. Кроме того, министр здравоохранения Виктор Ляшко сообщил, что в следующем году будет выделено около 650 млн. гривен на дофинансирование травм. В общем, все ответственные министерства оживились, — заключает Сергей Сошинский.