Непрозрачные закупки и антиконкурентные «заточки». ООН, ну как же так?!

Организация Объединенных Наций, кроме всякого пустопорожнего, делает и что-то полезное. Например, централизованно закупает для разных стран что-то нужное. Но, похоже, и в ооновских закупках есть возможность для сверхнормативного обогащения.

Сразу заметим, речь не о распиле масштаба «нефть в обмен на продовольствие» в Ираке в начале ХХІ века, шикарно показанном в фильме «Предательство для начинающих». В нашем случае речь идет о классической «заточке», хорошо известной тендерщикам Украины.

Для неспециалистов сразу объясним, в чем смысл этой «заточки», на простом примере. Представьте, что вам надо обставить гостиную — купить диван, шкаф, ковер, люстру и вазон. Экономный покупатель каждый предмет будет покупать отдельно, тогда на «диванные» торги придут разные производители мягкой мебели, на «ковровые» — текстильщики, люстры будут предлагать производители светильников и так далее. Каждый раз есть шанс получить лучшую цену благодаря конкуренции. Но если вас интересует не лучшая цена, а конкретный поставщик, вы можете выставить условие для участников — поставить вам все сразу, и ковер, и люстру, и шкаф. Каких-либо производителей или их официальных дистрибьюторов предложение не заинтересует, а значит, цена уж точно не будет самой низкой. Зато точно выше будут шансы завести на торги «своего» поставщика, который согласится собирать для вас повсюду что угодно. Конечно, не бескорыстно, потому что любой посредник закладывает маржу в перепродажу.

Для наших широт этот подход не такая уж и редкость, но речь идет о закупках Программы развития ООН (ПРООН). Это специальное агентство в структуре Организации Объединенных Наций, созданное для предоставления помощи развивающимся странам.

Оно проводит закупки для разных стран, но всегда по очень непрозрачным правилам.

Украинцам, которые уже привыкли к «Прозорро», это может показаться дикостью, но на сайте ПРООН внешний наблюдатель может увидеть только такие объявления закупок. Из них непонятны доподлинно ни предмет закупки, ни объем, ни приблизительная цена. Например, самое свежее объявление закупки для Украины — это «услуги по организации конференций и мероприятий». Внутри объявления вы увидите только дату предтендерной конференции и дату самого аукциона. А если хотите знать больше, то должны зарегистрироваться как юридическое лицо — участник закупки. Ни юрлицам, ни участникам совать нос в прооновские дела нельзя!

Максимум, на который можно рассчитывать, — в перечне заключенных контрактов указываются название фирмы-победителя и сумма контракта. Но это не облегчает проверку рыночности цен. К примеру, сообщается, что украинский офис ПРООН заказал ООО «Роботикс трейдинг» поставку электростанций для обеспечения бесперебойного рабочего процесса на 35 779 долл. Дорого это или экономно? А какие еще были предложения и сколько их было? А что предлагали конкуренты? Всех ли корректно оценили?

Оснований для подозрений добавляет и информация о «нутре» одной из закупок ПРООН для Украины. Речь идет о средствах реабилитации для целевых учреждений здравоохранения в Виннице, Боярке, Дрогобыче, Павлограде, Хмельнике, Кривом Роге, Львове, Макарове и Чернигове.

Мне дали Спецификацию закупки, которую могут увидеть лишь организаторы и участники торгов. Только из этого документа стало понятно, что именно покупают, — это очень разное оборудование для палат пациентов. Прямо как наши условные шкаф, ковер и люстра.

Как и в нашем примере, несмотря на достаточно разную номенклатуру, ПРООН объединила ее в лоты таким образом, чтобы даже крупные поставщики медицинского оборудования не могли удовлетворить потребность из своих прейскурантов.

Посмотрим на прооновский лот 1 (см. скан 1). Здесь объединены семь очень разных как для этого рынка товаров — от поясов для транспортировки пациентов до держателей для одеял. Среди них также видим туалетные стулья и противопролежневые подушки.

Мы попробовали найти хотя бы два из них у одного поставщика. На сайте Med-magazin.ua нам удалось найти складной стул для унитаза, который отвечает требованиям заказчика (см. скан 2).

В этом же магазине есть раздел противопролежневых подушек. Однако в нем не удалось найти ни одной подушки для использования при пролежнях, которая бы состветствовала указанным в закупке критериям. А именно: из основы высокой плотности, центрального слоя пены и зубчатого верха из гелевой пены с эффектом памяти размером 43х43х6 см. Даже с возможностью трехсантиметрового отклонения не нашли. Более того, нам не удалось найти такую подушку и в других магазинах Украины. Но именно такую, как надо, — with a high density base, foam centre and a castellated gel memory foam top — удалось найти на британском сайте (см. скан 3).

Смоделировать, какая же украинская фирма сможет найти все необходимое в течение нескольких дней, отведенных на процедуру, нам не удалось. Сложно предвидеть, сколько же ооновцы в итоге переплатят какому-то особо талантливому посреднику за товар для Украины, — это тоже неизвестно. Но явно переплатят.

Поскольку требования довольно детализированы не только для противопролежневых подушек, высока вероятность и того, что их так детализировали специально, чтобы облегчить доступ к торгам конкретному поставщику и, да, создать искусственные преграды для остальных.

Чтобы вы не думали, что мы слишком придирчивы к уважаемым международным закупщикам, покажем вам третий прооновский лот, где сложное реабилитационное оборудование собрано вместе с обычной мебелью (см. скан 4). Конечно же, с подробными характеристиками каждого элемента этого лота.

Самое плохое не то, что информации о закупках ООН слишком мало, и мы даже постфактум вряд ли сможем установить, кто же конкретно «прикурил» на этих закупках. Хуже всего то, что никаких претензий к ООН мы не можем предъявлять, — они все делают согласно своим процедурам и не усматривают в них никаких недостатков. На первый взгляд, вроде бы и справедливо — это же за их деньги, пусть что хотят, то и делают, но…

Деньги хоть и не украинские, но для Украины, и нам точно не все равно, хватит их на пять специализированных кроватей или же всего на две, что бы об этом ни говорили лучшие мировые практики.