Ощадбанк: от лидера рынка до «обузы» для государства

Государственный Ощадбанк теряет позиции на розничном рынке. Такая тенденция наметилась еще до полномасштабного вторжения рф, но после 24 февраля 2022 года Минобороны стало через Ощад и Приватбанк осуществлять крупные выплаты военнослужащим (зарплаты и пр.), что сбалансировало финансовое учреждение. 

Чем жил Ощадбанк во времена Андрея Пышного

В свою очередь Универсалбанк (monobank) обогнал Ощад как по количеству действующих платежных карт, так и активных карт, по которым провели хотя одну расходную операцию.

Некоторые эксперты считают, что такая тенденция сохранится и в будущем и ждут дальнейшего ослабления позиций Ощадбанка в рознице. Даже при условии, что государство будет направлять туда новых и новых клиентов: в первую очередь, пенсионеров и военнослужащих, которым счета/карты открываются для госвыплат, а также получателей различных видов госпомощи.

Несмотря на то, что банк инвестирует в развитие сети отделений и удаленных сервисов (мобильного приложения, интернет-банкинга), сервис клиентов все еще разочаровывает, что подтверждается жалобами и негативными отзывами потребителей.

Бизнес-клиенты также не довольны обслуживанием, о чем становится известно после из перехода в другие банки.

Некоторые из клиентов и партнеров Ощада уверены, что банк не оправдывает неформальный титул "народный банк", и корнями застрял в советской эпохе, несмотря на все обещания "дорогих" реформаторов и крупные вложения государства в его развитие.

Большую кампанию по перестройке Ощадбанка в современное финучреждения еще в далеком 2014 году анонсировал нынешний руководитель Нацбанка Андрей Пышный, который тогда руководил Ощадом. Сеть отделений госбанка и правда преобразилась внешне. Вывески сменили на более современные и красивые, терминалы самообслуживания расставили. Все это финансировалось каждый год и немало стоило: если до прихода Андрея Пышного в руководство госбанка общие административные расходы финучреждения на 1 января 2014 года составляли 3,5 млрд грн, то уже на 1 января 2020-го они достигли 9,9 млрд грн. Сюда входят и расходы на маркетинг и аренду помещений, и хозяйственные траты.

Если его предшественник Сергей Подрезов закрыл 2013 год с прибылью в 678,8 млн. гривен (при том, что два последних месяца пришлись на Майдан), то уже следующий год "Ощадбанк" завершил с убытками на 10 млрд. гривен, а 2015-й – в 12,3 млрд. гривен. В сентябре того же года международное рейтинговое агентство Moody’s присвоило еврооблигациям банка долгосрочный рейтинг в инвалюте Са (долговые обязательства с таким рейтингом являются высокоспекулятивными и, вероятно, находятся в состоянии дефолта либо близки к дефолту). А парой месяцев ранее рейтинговое агентство Fitch понизило долгосрочные рейтинги дефолта эмитента в иностранной валюте "Ощадбанка" до преддефолтного "C", сообщив, что дефолт банка по еврооблигациям в настоящее время является "почти неизбежным". За тот же 2015 год собственный капитал "Ощадбанка" упал с 19,2 до 7,3 млрд. гривен.

Но при этом оформление отделений шло полным ходом, нанимали молодой и якобы перспективный персонал, но разработки новых продуктов и продажи банковских услуг буксовали. Ощадбанк оставался банком для пенсионеров и бюджетников, а еще ему удавалось подхватывать госпрограммы, вроде "5-7-9%", которую отладил Фонд развития предпринимательства и запустил по многим банкам (госструктурам в том числе) или льготной ипотеки. Но были и успехи, например, автокредитование росло быстрыми темпами, хотя и не во всех регионах.

При этом карточное кредитование и вообще обслуживание карточных продуктов зачастую сопровождалось валом жалоб на содержание и техническую поддержку. Возможно, одной из причин был сам Андрей Пышный. Некоторые из его коллег говорили: "Пышный юрист, а не банкир и не технолог, у него нет понимания развития современного банка". При этом весь топ-менеджмент банка был заточен на руководителя и особой инициативы никто из них не проявлял. Поговаривают, что Пышный контролировал и управлял банком, даже после официального увольнения в 2020 года. Якобы топы бегали к нему по любому вопросу, не могли работать самостоятельно.

Реформирование Ощадбанка в 2014-2020 годы шло очень медленно и не всегда эффективно, хотя правительство и выделяло на него огромные деньги. Кабмин несколько раз увеличивал капитал Ощадбанка, что прослеживается по отчетным данным:

·       1 января 2014 год — 15,8 млрд грн;

·       1 января 2015 года — 18,3 млрд грн;

·       1 января 2016 года — 29,9 млрд грн;

·       1 января 2017 года — 34,9 млрд грн;

·       1 января 2018 года — 43,7 млрд грн;

·       1 января 2019 года — 49,5 млрд грн.

Всего докапитализация банка составила 33,7 млрд грн., что объяснялось либо провалами предшественников, либо несбалансированным кредитным портфелем. При этом собственный капитал госбанка сократился — с 20,5 млрд грн (1 января 2014 года) до 19,6 млрд грн (1 января 2019 года), поскольку именно из собственного капитала вычитались убытки Ощадбанка и резервы под проблемные кредиты, которые на 1 января 2016 года достигли 14,9 млрд грн.

Например, "Ощадбанк" потерял около 2 млрд грн на продаже облигаций внутреннего госзайма "Банку 3/4". Об этом стало известно из определения Печерского суда Киева, размещенного в Едином реестре судебных решений. Как следует из судебных материалов, в 2013 — 2015 гг. "Ощадбанк" продал через "Фондовую биржу "Перспектива" в пользу "Банка ¾" ОВГЗ на 22,4 млрд гривен.

Процентный доход по этим бумагам выплачивается из госбюджета и составляет 8,5-10% годовых от номинальной стоимости. Как выяснилось, не дождавшись получения многомиллионной выгоды, государственный "Ощадбанк" продал облигации "Банку 3/4" за несколько дней до даты выплаты процентного дохода.

В результате "Ощадбанк" недополучил около двух миллиардов гривен, которые, в свою очередь, были перечислены коммерческому финансовому учреждению — "Банк 3/4".

В декабре 2017 года НАБУ провело выемку документов в Ощадбанке по делу о конфискации денег Януковича. Тогда стало известно, что НАБУ проводит расследование в отношении председателя правления Ощадбанка Андрея Пышного и его подчиненных по подозрению в растрате имущества на $21 млн в рамках выполнения решения суда о конфискации денег Януковича. НАБУ подозревало, что растрата произошла путем списания $20,98 млн, которые находились на счетах кипрской Opalcore Ltd. в Ощадбанке, и дальнейшего их обращения в пользу государства в порядке специальной конфискации.

То тут, то там стали появлялись скандальные истории о реструктуризации кредитов на льготных условиях в ущерб интересам Ощадбанка, а Форбс вообще написал о возможной приватизации финучреждения. Стали расползаться слухи о коррупции. Самая скандальная история – это реструктуризация кредитов ООО "Три О" — владельца ТРЦ "Гулливер" (Gulliver). Кредит на $537,2 млн реструктуризировали под 3,65% годовых до 2025 года. Также якобы на непрозрачных условиях были достигнуты соглашения о реструктуризации кредитов для компаний, связанных с Олегом Бахматюком, Борисом Колесниковым и Петром Порошенко. Вообще же кампания по реструктуризации/списанию кредитов в Ощадбанке была масштабной — более 44 млрд грн.

Все это негативно сказывалось на финансовом результате госструктуры: на 1 января 2015 года банк показал убыток 8,6 млрд грн, а на 1 января 2016-го — 12,3 млрд грн.

Со временем госбанк все-таки вышел на прибыльную деятельность, но его заработки и близко не перекрывали ни сумму вложений в капитал, ни понесенные убытки. Например, по итогам 2017 года Ощад заработал 558,5 млн грн, а по итогам 2018-го — вообще лишь 162,2 млн грн. И это при том, что "народному" банку всегда предоставлялись "льготные" условия. Там обслуживались крупные госпредприятия, их работники, бюджетная сфера и льготники. Поэтому и политику Андрея Пышного по перестройке Ощадбанка многие считали неэффективной, как бы тот не пытался себя оправдывать рассказами о советской структуре с наследием из кредитных невозвратов от госпредприятий. Все его доводы были нивелированы результатами работы ПриватБанка после его приватизации.

Проблемное (кредитное) наследие Привата оказалось еще больше ощадовского, и сразу после вхождения государства (2017-2018 гг.) он также показывал крупные убытки. Однако уже к началу 2019 года вышел на стабильную прибыль, которую ритмично наращивал. Так, общий размер кредитного портфеля юрлиц рухнул сначала со 151,7 млрд грн до 35 млрд грн, а затем и на 7,3 млрд грн. Но уже на 1 января 2020 года Приватбанк получил чистую прибыль на уровне 24,3 млрд грн, а в 2021-2022 — стабильно зарабатывал государству по 30-35 млрд грн. Смог стать "дойной коровой" для госбюджета, которая всегда нужна правительству.

Всего этого не смог достичь Ощадбанк, который начали реформировать раньше, по модели и под управлением Андрея Пышного. Заработки Ощадбанка на кредитах и ценных бумагах (чистый процентный доход) при Пышном выросли незначительно (с 6,3 млрд до 8 млрд грн), сколько-нибудь заметного финансирование экономики или хотя бы госсектора он так и не развернул. Капиталы, вложенные государством, расходовались неэффективно, а банк не преуспел ни на одном из рынков.

Отдельно следует отметить, что несмотря на COVID и войну финансовое состояние Ощада постепенно улучшается, но это уже заслуга нового руководства. Как сказано в финансовом отчете банка, 2021 год стал для банка годом прорыва в направлении обслуживания МСБ (5е место на рынке кредитования). Чистый кредитный портфель корпоративных клиентов подрос на 3,1 млрд грн. Также за 2021й год объем неработающих кредитов сократился почти на 32%.

В 2022м году положительные тенденции сохранились: Ощадбанк увеличил долю по объемам чистого кредитного портфеля с 9,7% до 12,1%; несмотря на войну нарастил активы на 34млрд грн; почти в 2 раза увеличил объем выданных кредитов МСБ.

А шлейф критики продолжает тянуться за Андреем Пышным и после его перехода в НБУ. Регулятора не раз критиковали и за высокие ставки по депозитным сертификатам, которые совершенно оторваны от инфляционных реалий, и за фиксированный валютный курс, и за несогласованную с минфином монетарную политику, что стоило государству миллиарды гривен, так необходимых в войне за независимость страны.