"Из больницы прислала фото с короткими волосами". Друзья и коллеги Нины Матвиенко – о ее последних месяцах жизни

Новость о том, что 8 октября не стало легендарной певицы Нины Матвиенко, стала шоком для украинцев. Мало кто знал, что в последние месяцы она мужественно боролась с тяжелой болезнью.

Об этом ОBOZREVATEL рассказали известные украинцы, имевшие честь общаться с Ниной Матвиенко не только на сцене, но и в обычной жизни. Друзья и близкие поделились личными воспоминаниями о великой украинке.

Подруга Валентина Ковальская: "Мы родили в один день сыновей"

Народная артистка Украины Валентина Ковальская, которая пела с Ниной Матвиенко и Марией Миколайчук (женой легендарного Ивана Миколайчука) в трио "Золотые ключи", говорит, что для нее новость о смерти Нины – страшный удар: "Нет сил – это что-то страшное для меня. Ну как можно? В один год небеса забрали и Нину, и Маричку. Маричка Миколайчук ушла из жизни в феврале, а теперь – Нина Матвиенко".

"Мы с Ниной выросли в разных регионах: она на Житомирщине, я на – Хмельнитчине, – рассказывает ОBOZREVATEL Валентина. – Но когда поступили в студию хора имени Григория Веревки и узнали, что обе учились в интернатах, стали друзьями. Мы одного года. И так вместе – почти 60 лет. Трио наше создано в 1968 году в доме Ивана Миколайчука. Мы там впервые вместе спели, в хоре сидели в разных партиях. Нина – сопрано, я – первый альт, Маричка – второй альт. Мы очень хотели, чтобы Маричка пригласила нас домой – увидеть Ивана, того знаменитого киногероя. А когда попали к ним, он сам попросил: "Девушки, спойте!" Когда закончили, так тихо стало – а людей было много. А Иван говорит: "Ну, девки, вы мои". И мы стали большими друзьями. Из их дома, как говорится, не вылезали. Все время у них: на вечеринках, встречах. Потом снимались в фильме Миколайчука "Пропала грамота".

"Дома у Ады Роговцевой и Костя Степанкова были с Иваном и Маричкой, – продолжает Ковальская. – В интернете есть видео, где она с семьей исполняет песню "Ішло дівча лучками". Мы тоже были в комнате во время этой записи, за столом сидели, но показывают нас мельком".

Валентина вспоминает о годах молодости, которые провела рядом с Ниной: "По окончании студии нас взяли в хор Веревки, говорю: "Слушай, Нина, давай будем дальше где-то учиться". Пошли в Шевченко – изучать литературу, фольклор. Закончили филологический факультет. Многие гастролировали, учились заочно – тяжело было. Замуж вышли, сыновей родили в один день – 15 июля. Ее второй сын Андрей, а мой первый сын Иван. Нинин Петрусь – к ней в роддом поздравить, еще и ко мне успел заскочить. Мы дружили семьями".

"В последний раз с Ниной мы виделись летом этого года, – вспоминает Валентина Ковальская. – Ездили вместе на день рождения Ивана Миколайчука на Буковину. Встреча была назначена на 10 утра, опасались, что никто не придет. А людей было! Даже смотрю: сестра Владимира Ивасюка сидит с мужем, потом поехали в музей Миколайчука в его родном селе, впоследствии – в одну из школ, вечером было еще одно мероприятие – и Нина все это выдержала, не было даже намека на то, что плохо себя чувствует. Выглядела прекрасно. Правда, был один момент: нас угощали клубникой. И вечером Нина, когда ехала в Киев, из поезда прислала мне фото: "Посмотри!" Ее лицо резко набухло. Очевидно, уже плохо работала поджелудочная".

"Я знала, что Нина лежит в больнице, что ей сделали операции, но была уверена, что ее вытащат. Делали операцию на поджелудочной, а потом как будто на почках, – говорит подруга Нины Матвиенко. – Уточнения, чем именно болеет, не было. Я думала: "Ну бывает, возраст". Поддерживала, высылала всякие смешинки. Она мне написала: "Уже одна операция прошла, еще вторую жду". После второй отправила фото. Сидела в кресле, хорошо выглядела, правда, с коротко подстриженными волосами. Написала: "Я уже могу сидеть, слава Богу". Я ответила: "Ты будешь не только сидеть, но и летать на крыльях песен". Разве могла подумать, что все так страшно?"

Оксана Муха: "В душе она была как ребенок"

"Нина была чрезвычайно глубоким человеком, она чувствовала то, о чем другие даже не задумывались, поэтому она так пела, – делится воспоминаниями певица Оксана Муха. – Уязвимая, тонкая. Впервые наша встреча состоялась на первом международном конкурсе Квитки Цисык. Именно Нина Митрофановна очень поверила в меня, решила, что именно я заслуживаю победы. Позже приглашала ее в свои проекты для Квитки Цисык – она отзывалась. Когда мы делали один из концертов, спросила о ее желании оплаты, а она: "Мы Квитку делаем или деньги зарабатываем?"

"Мы много общались по телефону, – продолжает артистка. – Называла меня "моя Муха золотая!" Она была очень смешливая, любила шутить. В душе она была как ребенок. Очень доверяла людям, любила их. Мы могли созвониться просто так, долго говорить – Нина была разговорчивой. Не могли проститься – тема за тему цеплялась".

"Помню, как-то пришла на ее концерт, а она сделала его только из одних колыбельных, – вспоминает Оксана Муха. – Зал проникновенно слушал, а я сидела и думала: "Какая она смелая!" Я всегда переживаю, готовя выступления, чтобы была разнообразная программа, а Нина сделала только колыбельные – и зрители в восторге. Она не шла на поводу у публики, а вела за собой. Голос всегда был при ней: была ли она больна, тяжело ли, легко ли – пела".

"В последний раз мы общались в конце августа. Нина не сказала мне о болезни, – продолжает Оксана. – Выслала фото, где она подстрижена коротко. Я спросила, что произошло: такое решительное изменение. Она: "Не переживай, все хорошо. Надоели длинные волосы". А я не решилась лезть в душу. Я тоже долго молчала о своей болезни. Я считаю, что такие болезни – это вина людей, которые завидуют и ненавидят, – они посылают ужасную энергию на людей, которые открыты душой и сердцем. Рак сам по себе не появляется – это на совести плохих людей".

"Нина Матвиенко – это легенда, целая эпоха украинской песни. С ней она отходит. Нам остается слушать только записи. Саму ее никто не повторит, – добавляет артистка. – В то время, когда украинская песня фактически истреблялась, когда была непопулярна, Нина хранила песню – никто ее об этом не просил. Не побуждал, не давал денег. Это была ее дань нашей культуре. Есть песни, которые я никогда ни от кого не слышала, кроме нее. Я надеюсь, что те, кто не понимали этого до сих пор, с ее утратой осознают, кто она была для нас".

Анжелика Рудницкая: "Она до последнего беспокоилась, чтобы оставаться настоящей княгиней"

"Когда запрещалось украинское, в частности – этнически-фольклорное, Нина Матвиенко могла вместе со всеми петь "русские песни" или какие-то коммунистические, но она этого никогда не делала, – говорит певица и телеведущая Анжелика Рудницкая. – Все ее песни были украинские, на украинском и об Украине. "Ой роду наш красний" она пела на всех правительственных мероприятиях – и вряд ли бы еще кому-то такое позволили. А "Дикі гуси" Поклада и Рыбчинского! Эта песня настолько стала популярна, что многие считают ее народной".

"Мы дружили, она меня называла "доцей". Сидели как-то у меня в мастерской и шутили по этому поводу. Она смеялась: "Посмотри на меня, на себя и на Тоню: кто больше на меня похож?" – продолжает Рудницкая. –Бывала у нее неоднократно дома. Приглашала на свой знаменитый борщ. Я отнекивалась, потому что вегетарианка, а она: "Ты что, доця, я сама почти не ем мяса!" Она была очень проницательной: тонко чувствовала мир. Когда я сильно заболела, никому не рассказывала, а она как рентген: "Доця, все по глазам вижу, рассказывай." Она была человеком, с которым делилась тем, что могла доверить только маме. Была невероятной оптимисткой. Я помню смешные наставления от нее: "Так, доця, голова всегда должна быть вымыта, волосы хорошо расчесаны, губы накрашены. И пошла в эту жизнь!" Когда я лежала парализованная и выбиралась потихоньку из этого, она мне говорила: "Надо петь – всегда и везде".

"Помню, во время Революции Достоинства мы так намерзлись на Майдане так, что уже цокали зубами, – вспоминает Рудницкая. – Зашли на Прорезной в небольшое кафе. И Нина Митрофановна неожиданно начали петь щедривку "Небо ясне зірки вкрили". Это было так волшебно! Только что Майдан: запах дыма, напряжение – и тут вдруг песня, которая просто растапливает душу. Я обожала, когда она вдруг начинала петь: вспомнит какую-то историю – и полилась песня. Она знала миллион украинских песен".

"Нина жила всегда по полной, не давала себе бронзоветь. И с рэперами экспериментировала, и сколько дуэтов записала. И таким образом еще значительную часть аудитории смогла заинтересовать украинской музыкой. Однако, несмотря на то, что многое было записано и снято о Нине Матвиенко, все равно огромный пласт остался без внимания, – уверена Анжелика Рудницкая. – Сейчас, когда мы прощаемся с великой украинкой, хочется кричать криком: давайте меньше рассказывать о "хороших русских" – говорите о своих. Ибо, когда они уходят, с ними теряем Вселенную. Нину Матвиенко всю жизнь нужно было записывать-записывать. Мы не оценили ее величие, как и многих других великих украинцев".

"Я знала, что она болеет, но очень верила в ее выздоровление, – добавляет Рудницкая. – Она ведь очень сильная, сколько всего пережила – и выстояла. Надеялась, что внутренняя сила поможет ей преодолеть болезнь. Она родилась в тяжелый послевоенный 1947 год – тогда очень много детей не выжили. У меня мама этого года, я знаю по рассказам бабушки, как было тяжело. Мы, ее друзья, узнали о болезни относительно недавно. Молчали, потому что она не хотела показываться слабой. Я спрашивала Тоню, можно ли приехать в больницу, ответила, что мама не хочет, чтобы ее видели такой. Она до последнего беспокоилась, чтобы оставаться настоящей княгиней".

Константин Грубич: "Детство у нее было непростое – об этом она вспоминала с болью"

"Мы познакомились в начале 90-х годов в Одессе на фестивале, который проводили в "Молодой гвардии". С ней была Тоня – тогда еще маленькая. Нина пленила меня тогда своей какой-то бытовой искренностью и простотой. А мы же ее воспринимали как звезду. Это очень поражало", – вспоминает телеведущий Костя Грубич.

"Я не был ее другом – Нина Митрофановна принимала участие во многих наших проектах, – говорит Грубич. – Когда снимали "Смачну країну", приехала в гости к Саше Пономареву, такой формат был: артист приходит к коллеге, а тот кормит. В рамках проекта мы ездили на родину наших героев. Так я побывал в селе Неделище Житомирской области. Снимали дом, где Нина родилась. Это был 2006 год. Домик небольшой, стоит на краю села. В этом доме выросло 11 детей, Нина была пятой. Детство у нее было непростое – какое-то время жила в интернате. Об этом она вспоминала с болью".

"Мы не раз встречались на телевизионных программах, где были экспертами, – продолжает телеведущий. – Как-то, помню, возникла задержка во время съемок. А она говорит: "Давайте споем". Завела песню, а вся студия подхватила. Вот она такая простая: хочет – поет. Как-то был у нее дома – не в гостях, а опять же на съемках. Помню, мы вместе готовили селедку под шубой. Она очень хозяйственная женщина. Очень мудрая. А пословицы и поговорки – это для нее как выпить воды. Как-то позвонил, а она говорит: "Сказку написала". И читала мне по телефону".

Ирина Федишин: "Когда виделись на каких-нибудь концертах, первой шла на разговор"

"У нас было много совместных встреч, пели вместе. Как человек она была очень простой, – рассказывает певица Ирина Федишин. – Не чувствовалось никакой надменности, с ней было очень легко. Сегодня почему-то вспомнилось, как она была у нас дома. Мы пригласили ее на благотворительный концерт – собирали одному мальчику деньги на лечение. Муж говорит: "Давай пригласим Нину Митрофановну". Я очень колебалась, но позвонила, а она спокойно: "Я приеду". Мы ее встретили, пригласили домой, мои родители были удивлены: такая легенда – и так просто себя ведет. Она рассказывала о своей жизни – была очень открыта. Позже, когда виделись на каких-то сборных концертах, первой шла на разговор: "О, Ира, вижу, ты с сыновьями! Старший похож на Виталика, а младший – на тебя". В ее голосе на сцене – доброта, нежность, чистота, искренность, правдивость. Вот такая она была и в жизни".

Игорь Поклад: "В 8 – звонок в дверь, на пороге – Нина: "Может, еще рано, но я приперлась!"

Легендарный украинский композитор Игорь Поклад создал в сотрудничестве с поэтом Юрием Рыбчинским песни, которые сделали Нину Матвиенко известной на всю Украину, – "Чарівна скрипка", "Дикі гуси" и другие.

"Познакомились в начале 70-х и с тех пор почти не расставались. Она мне все время вспоминала, как я вытащил ее из хора, – смеется Игорь Поклад в разговоре с ОBOZREVATEL. – Долго искал исполнительницу для песни "Дикі гуси". Первой ее Лида Видаш пела, но это было не то, мне нужен был голос, и однажды я попал на репетицию хора Веревки и увидел Нину: маленькую, худенькую – тростиночку, подошел к ней: "Хотел бы с вами поработать". Она пришла. Взяла в работу "Дикі гуси" и уже во время записи на студии сказала: "А что если мы протянем это "о-о-о-й"? Я согласился. И это стало визитной карточкой этой песни".

"Одну из своих песен – "Як я люблю тебе" – писал специально для Софии Ротару, – вспоминает Игорь Дмитриевич. – А потом понял, что песню может спеть только Нина. Впоследствии, работая над "Піснею про матір" на слова Бориса Олейника, тоже понимал, что так, как Нина, ее никто не сможет спеть. Потому что этот голос совершенно невероятный".

"Накануне большой войны вышла моя книга, где Нине посвящено много страниц: как вместе работали, как она пела, – продолжает Поклад. – Последняя наша встреча была 10 декабря 2021 года – мне исполнилось 80 лет. Мы с женой готовились, понимали, что будут гости... Но не думали, что так рано! В 8 – звонок в дверь, на пороге – Нина: "Может, еще рано, но я приперлась!" С шампанским, цветами. У меня очень много осталось видео с ней – в нашей киевской квартире она часто бывала. Я аккомпанирую, она поет. Всегда говорила мне "вы", и – "Игорь Дмитриевич". Часто вспоминала, что поначалу очень меня боялась".

"Нина – это абсолютно ангельское создание, – добавляет композитор. – Ее нельзя ни с кем сравнить. Сколько в Украине голосов – но нет такого второго. Это не она поет – это душа поет. Нина – и есть душа Украины. Для нашей семьи эта утрата – личная трагедия".

Ольга Сумская: "Она видела вещие сны – рассказывала мне о них"

"Не знаю, почему так быстро и можно ли было спасти, – говорит актриса Ольга Сумская. – Еще на Рождество мы вместе сидели за одним столом. Это были Карпаты. Ниночка была так прекрасна, сияющая, жизнерадостная – даже мысли не было, что скоро все станет по-другому. Красавица, энергетика зашкаливала, роскошный наряд, улыбка. Мы встречались на концертах для военных этой весной и летом… Несколько месяцев – и такая страшная новость. Мы все шокированы".

"Ее голос – как солнце, как облака, как реки, как зеленые холмы, деревья – все, что нас окружает, – продолжает Сумская. – Это настолько настоящее – все, что в нее Господь заложил и подарил нам. Выходит на сцену – и ничего больше не надо. Ни фонограмм, ни оркестров. Только голос – и мороз по коже. Проникает в каждую клетку – думаешь, какой же он бесконечный и животворный. Я не слышала лучшего исполнения украинских песен. Тешусь, что мы дружили много лет. Ценю каждое сообщение – а она часто их присылала… Я помню, как она мне говорила, что есть четыре вида любви: к Богу, к жизни, к семье, к друзьям… Она видела вещие сны – рассказывала мне о них часто очень. Страшно, что я больше не получу сообщения от Ниночки. Мы не пообщаемся вживую".