Чума, сибирская язва, холера: когда человечество начало использовать биооружие и почему сегодня это — реальная угроза

Многие эксперты считают, что сейчас мы вступаем в новую эру — эру реальной и постоянно растущей угрозы применения биологического оружия.

Группа профессора Михаила Андрейчина из Тернопольского государственного медицинского университета им. И.Я. Горбачевского исследовала тему, которая сейчас приобретает особую актуальность.

Когда человечество впервые столкнулось с биологическим оружием, как оно совершенствовалось и каких опасных уровней достигло сейчас, читайте в эксклюзивном материале Фактов ICTV.

Тема биооружия сейчас вызывает не только интерес, но и приобретает социальную значимость.

Ведь еще совсем недавно Европа была встревожена непонятной вспышкой в Польше. Откуда и почему легионелла так внезапно появилась в системах водоснабжения, так и не установили.

Не утихают дискуссии относительно происхождения Covid-19. Раз за разом появляются и публикации, авторы которых сомневаются в официально озвученном происхождении ВИЧ/СПИДа.

По умолчанию все чаще предполагают, что это могут быть какие-то, возможно непреднамеренные, последствия работы над биологическим оружием.

Наши специалисты не только исследовали основные исторические вехи развития и применения биооружия в мире, но и наработали рекомендации, как следует действовать в случае применения такого оружия, какие меры принять с точки зрения медицинских задач.

Факты ICTV обнародуют собранные командой профессора Михаила Андрейчина факты и наработки по медицинским аспектам противодействия биотерроризму.

Сам профессор считает, что использование болезнетворных микроорганизмов с целью уничтожения людей — преступно, и последствия этого могут быть ужаснее последствий ядерной войны.

Какие инфекции могут представлять угрозу

Чума, холера, оспа, желтая лихорадка, тиф, полиомиелит, малярия, сибирская язва, туляремия, ботулизм… Это далеко неполный перечень патогенных микроорганизмов и вирусов, которые могут использоваться как биологическое оружие.

Их называют особо опасными инфекциями, сокращенно ООИ. Они могут внезапно возникнуть, быстро распространиться и массово охватить население. Характеризуются тяжелым течением и высокой летальностью. К ООИ относят более 20 болезней.

Биооружие древних времен

История биотерроризма начинается в древние времена.

Еще в VI веке до нашей эры ассирийцы на вражеской территории отравляли воду в колодцах ржаными рожками (смертельно ядовитый гриб).

К другому способу прибегал Александр Македонский. После отступления его войска оставляли за собой трупы лошадей и людей, погибших от заразных болезней.

Скифские лучники смазывали стрелы кровью и другими тканями разлагавшихся трупов. Трупный яд считался самым действенным оружием.

Татаро-монголы в 1346 году во время осады генуэзской крепости Каффа в Крыму (ныне Феодосия) с помощью катапульт перебрасывали в город через стены тела умерших от чумы (в то время эта болезнь была распространена только в Азии).

Поэтому чума поразила сначала жителей Каффы, а затем с беженцами перекинулась на Константинополь, Геную, Венецию и другие порты Средиземного моря. Вскоре она распространилась по всей Европе, достигла Ближнего Востока.

Невиданная пандемия “черной смерти” за три года опустошила страны континента.

Шли века, а люди все больше совершенствовали методы убийства своих врагов с помощью биологических патогенов.

Биооружие в Первой и Второй мировых войнах

Во время Первой мировой войны немецкие диверсанты доставили в США большое количество зараженного столбнячными палочками пластыря для ран. И в стране резко возросла заболеваемость столбняком.

Гитлеровская Германия активизировала изучение биологического оружия в 1933 году. В Берлинском военном институте микробиологии началось интенсивное совершенствование методов применения возбудителя сибирской язвы как биологического оружия.

В этот период в III рейхе было запатентовано множество различных аппаратов, предназначенных для распыления аэрозоля биологических патогенов.

В годы Второй мировой войны начал действовать печально известный диверсионный японский отряд №731, который даже имел собственную специальную воздушную эскадру.  Японские военные токсикологи начиняли пули, снаряды и мины различными патогенными микробами.

Биологические атаки возбудителями сибирской язвы, холеры, шигеллеза, сальмонеллеза и чумы были совершены, по меньшей мере, на 11 китайских городов. Это засвидетельствовано документально. Культуры бактерий японцы не только распыляли в виде аэрозоля с самолетов, но и забрасывали непосредственно в дома.

До сих пор не установлено количество жертв тех нападений. Однако, выяснено, что только после атаки на город Хангтег в 1941 году заболело, преимущественно холерой, около 10 тыс. человек, погибло 1 700 человек.

Еще в начале 30-х годов прошлого века в секретных отделах Советской армии началась разработка собственной программы по созданию биологического оружия.

Советский Союз имел 27 научных учреждений, изучавших такое оружие, шесть предприятий, непрерывно его производивших, и семь резервных предприятий на случай войны.

Эти учреждения действовали даже после ратификации Конвенции в 1972 году.

Пристрастие “советов” к сибирской язве

Военные ученые-медики изучали генетически измененные палочки чумы, работали над получением с помощью методов генной инженерии мощного гибрида — скрещивали вирус натуральной оспы с вирусом лихорадки Эбола.

— Наибольшую страсть советские военные имели к сибирской язве, — писал российский диссидент Лев Федоров.

Федоров свидетельствовал, что в 1989 году на подземном заводе в Степногорске был поставлен на поток штамм сибирской язвы, имевший в четыре раза более высокую эффективность, чем стандартные боевые штаммы.

В конце 1991 года в городе Кольцово, в институте, где работали над новыми видами вирусного оружия, было уже практически готово к применению биологическое оружие стратегического уровня с вариантом вируса Марбург.

В Сергиевом Посаде в военно-биологическом институте генерал-профессор А. Воробьев изучал боевые возможности токсинов ботулизма и столбняка.

Стоит отметить, что аварии на заводах по производству биологического оружия случались нередко. Однако все, что потом происходило с персоналом и местным населением, получало гриф “совершенно секретно”.

Тем не менее, информация о некоторых биологических катастрофах таки просачивалась в информационное пространство.

Так, стало известно об ужасной аварии в 1979 году в Свердловске.

Лев Федоров подробно описал те события.

В ночь со 2 на 3 апреля 1979 года в Чкаловском районе Свердловска, неподалеку от которого расположился секретный военный городок, появилось аэрозольное облако.

В ближайшие дни погибло большое количество людей, преимущественно мужчин. Уже потом выяснилось, что смерти вызвал не обычный штамм возбудителя сибирской язвы, утечка которого, якобы, произошла случайно, а новое наступательное биологическое оружие, преимущественно уничтожающее мужскую часть населения.

Это был выборочный удар, так как армии состоят в основном из мужчин.

Общие потери людей от этой крупнейшей биологической трагедии эпохи холодной войны неизвестны до сих пор.

Оружие, которое может выбирать жертвы по этническому происхождению

С распадом СССР реализация программы прекратилась, и ученые остались без работы. По приблизительным подсчетам, было уволено более 11 тыс. бывших советских разработчиков биологического оружия.

Бесспорно, они не остались без работы. Таких специалистов, что называется, с руками-ногами могли забрать другие страны, в частности те, которые заинтересованы в разработке новых видов вооружений.

Предполагают, что сейчас этим могут заниматься около 20 стран. Среди них, в частности, Сирия, Ливия, Иран, Северная Корея, Китай и другие.

И это вызывает серьезное беспокойство.

Генная инженерия ныне продвинулась очень далеко. Специальные лаборатории и научные комбинаты способны выращивать новые виды бактерий с избирательным действием поражения — например, по определенному цвету или разрезу глаз, кожи. Поэтому такое оружие сможет уничтожать целые сообщества по этническому, расовому или национальному признаку, то есть, устраивать настоящий геноцид.

Сегодня стало возможным монтировать новые гены в структуру ДНК или РНК, изменяя таким образом природу микроорганизма. Смешивая гены, ученые могут создать множество новых болезнетворных возбудителей.

Что нам делать

Группа профессора Андрейчина, исследовав факты и информацию из закрытых источников, наработала методику защиты населения от биологического оружия.

Прививки не подходят, поскольку патоген для поражения до последнего не будет известен. Кроме того, для многих потенциальных возбудителей, которые могут быть использованы для биологического оружия, вакцины вообще нет.

Антибиотики также не будут эффективными, если враг применит вирусы, природные антибиотикорезистентные штаммы, или штаммы, полученные методом генной инженерии.

То есть, потенциальные возможности нападающих пока существенно превышают эффективность наших способов защиты от биологического оружия и ликвидации последствий его применения.

Но первое, что надо сделать при ударе биооружием — это быстро распознать и точно идентифицировать патоген. Чтобы знать, с чем имеем дело.

Для этого должна функционировать отлаженная система обмена информацией, сеть хорошо оснащенных микробиологических лабораторий, способных быстро идентифицировать патогены, референс-лаборатории, как минимум 3-го класса биологической безопасности, которые бы имели новейшие методики идентификации патогенов. Не обойтись и без специально обученного персонала высокой квалификации.

Вторым чрезвычайно важным фактором инфекционисты называют разработку и использование ограничительных мер, чтобы установить действенный контроль за возможным распространением патогенов за зону поражения.

Речь идет о том самом карантине, о профессиональной и действенной его организации.

Однако самый действенный и надежный способ защиты украинцев от потенциального поражения биологическими возбудителями страшных болезней — это вообще не допустить этого. Предотвратить намерения противника применить биологическое оружие.

Но это уже задача не для токсикологов и инфекционистов, а для нашей разведки и контрразведки.