"Раненые стали не нужны": как на 500 гривен выживают военные вне штата, и почему государство о них забывает

"Вне штата". Эта формулировка, услышанная военным ВСУ в тылу, способна вывести из равновесия даже самых закаленных в боях защитников. После ранения и длительного лечения тысячи военных оказываются в ситуации правового вакуума, когда служить они уже не в состоянии, соответственно, и денежное довольствие почти не получают.

Защитники вынуждены буквально выживать на суммы, которые даже меньше прожиточного минимума. Почему так происходит, и есть ли шансы изменить ситуацию, разбирался "Телеграф".

"Призраки" ВСУ

Игорю Олейнику из Днепра 52 года. В первый же день широкомасштабного вторжения мужчина оставил 15-летнего сына, которого воспитывал сам, и пошел добровольцем в 25-ю десантно-штурмовую бригаду ВСУ.

Мужчина пережил настоящий ад, и это не просто фигура речи. Игорь получил тяжелое ранение, сам себе ампутировал ногу в полевых условиях, три дня выживал своими силами в лесу, а затем попал в плен к россиянам, где подвергся жестким пыткам (бензопилой оккупанты отрезали мужчине остатки конечности). В конце концов, военного обменяли и он вернулся из россии домой, однако в Украине Игоря ожидала тяжелая ситуация: его вывели за штат бригады, назначив 1500 гривен денежного довольствия.

"Пока я был в реабилитационном центре, мне все выплачивали. Потом первый месяц после реабилитации мне еще заплатили нормально, как всегда, потому что я был в отпуске, а отпуск оплачивается, а потом мне стали платить только за воинское звание, а это 1595 гривен", — объясняет "Телеграфу" Игорь Олейник.

Что происходит и что же это за такой статус "вне штата"?

Ситуация выглядит следующим образом: когда военный получает ранение и находится на длительном лечении, то военно-врачебная комиссия (ВВК) часто признает его непригодным к военной службе с пересмотром через 6-12 месяцев. На этот срок военнослужащий засчитывается в "распоряжение командира" подразделения, то есть выводится за штат, ведь оставаться в штате подразделения не может, потому что нести службу и выполнять задачи невозможно, а бригадам нужно освобождать места для здоровых военных.

"Штатных должностей нет, а исключить и уволить из воинской части человека невозможно согласно действующему законодательству. А воинской части не нужен человек после ранения, который действительно ничего не может выполнять", — объясняет "Телеграфу" юрист одной из воинских частей ВСУ, пожелавший сохранить анонимность, сославшись на запрет руководства на общение со СМИ.

Выплаты воинам, выведенным за штат, регламентирует приказ Минобороны №260. Их выплачивают в размере денежного довольствия, которое военнослужащие получали по занимаемым должностям до зачисления в распоряжение, но не более двух месяцев. Затем — выплаты только за воинское звание и выслугу лет.

"Меня призвали в сентябре 2022 года в 79-ю десантно-штурмовую бригаду. В ноябре получил ранение. По ВВК меня признали непригодным к службе в десантно-штурмовой бригаде, но ограниченно пригодным к военной службе. Платили денежное довольствие и дополнительное вознаграждение . А дальше — 522 гривны в месяц", — объясняет "Телеграфу" военнослужащий Валерий.

А лечиться за что-то нужно…

"Платят по 500 гривен, а таблетки от контузии, чтобы можно было нормально спать, стоят 600 гривен. Государство должно обеспечить лечение раненого до полного выздоровления. Но на практике это только когда ты на стационаре. Когда выписываешься, ты прибываешь в воинскую часть и проходишь амбулаторное лечение, а в больнице говорят, мол, у нас лекарств, которые приписали, нет, покупайте за свой счет", — возмущается Валерий.

А как же выплаты за ранения?

"В июле я подал документы на выплаты, однако мне сказали, что раньше декабря их не стоит ждать", — говорит Игорь Олейник.

"Я подал документы на МСЭК, чтобы получить выплату за ранения, но в лучшем случае получу ее через полгода. Так нам сказали", — добавляет Валерий.

То есть здесь и сейчас многим защитникам не за что жить и лечиться.

Два варианта

Чтобы не "висеть" в непонятном состоянии при части почти без денег, непригодные с пересмотром через 6-12 месяцев и ограниченно пригодные, имеют немного вариантов.

Первые могут уволиться в запас, чтобы зарабатывать хотя бы самостоятельно. До недавнего времени это было невозможно, однако летом Верховная Рада разрешила на основании вывода ВВК о непригодности к военной службе с пересмотром, уходить из армии. Но на практике вот как это происходит:

"Мои документы отправили на увольнение, ведь я непригоден к военной службе, но уже два месяца как эти документы все идут, а меня все не увольняют", — объясняет Игорь Олейник.

Вариант для ограниченно пригодных – перевестись в другое подразделение на другую должность. Но опять же, на практике это довольно проблематично, ведь у военных частей нет особого желания принимать к себе новичков с проблемами со здоровьем.

"Например, перевестись из десантно-штурмовых войск в другую воинскую часть очень тяжело. Ребята ожидают перевода по шесть месяцев", — уверяет Валерий.

Таким образом, защитники вне штата — это этакие "призраки" в Вооруженных силах, которые не имеют возможности адекватно лечиться, потому что не за что.

Более того! В некоторых случаях вывод за штат — не самый плохой сценарий для раненого. Харьковчанин Роман Комаров ушел на войну добровольцем. Мужчина дважды был ранен в Донбассе. После третьего ранения и ампутации руки с него сняли все выплаты.

"Меня вывели не за штат, а написали "СЗЧ", то есть самовольное оставление части. Мол, находясь в военном госпитале в реанимации, я не сообщил об этом в воинскую часть. Хотя военный госпиталь должен был сразу дать сигнал, что к ним попал такой- то военный. В итоге я не могу оформить и инвалидность как гражданское лицо, потому что нужно направление из части на МСЭК, а часть не дает его, потому что мне написали "СЗЧ". И я остался без ничего и зовут меня никак — я просто "воздух ". По факту я стал нищим и делаю эти "банки", сборы, посты, чтобы мне помогли на лечение", — объясняет "Телеграфу" военный, который сейчас пытается найти справедливость в судах.

Что с этим делать

Исправить ситуацию пытались в июне, когда Рада приняла закон №3161-IX и установила, что после пребывания вне штата более двух месяцев военнослужащим ежемесячно должен выплачиваться оклад по воинскому званию, надбавка за выслугу лет и дополнительное вознаграждение в размере 20100 гривен.

Однако, по мнению экспертов издания, такие изменения все равно что прикладывать подорожник к тяжелой ране.

"Даже если государство выплачивает вне штата 20 тысяч… У меня циничный вопрос: зачем? Отпустите людей домой, тогда они смогут работать. Если военный вне штата, то он ничего не делает и не может зарабатывать деньги на свои нужды, а потребностей после ранения у него стало больше, чем когда он был здоров. Если же вы не хотите применять дальше этих людей в войне, то отпустите их", — комментирует ситуацию "Телеграфу" раненый военный, известный украинский юрист Маси Найем.

Более того, по словам самих военных, вознаграждение в 20100 гривен вне штата они видели только в новостях СМИ.

"Обещали 20100 гривен с июня месяца, уже середина октября, а выплат как не было так и нет. Мы добровольно шли защищать Родину и когда были нужны, то все было хорошо, а когда ранило — то уже никому не нужны", — говорит Валерий.

"Мне говорят, что когда будет распоряжение выплачивать эти средства, тогда и будут платить. То есть не отказывают, знают, что есть закон, но говорят, что распоряжения такого нет, чтобы начислить эти деньги", — резюмирует Игорь Олейник.

Что же делать?

Простого ответа на этот вопрос не существует.

Во-первых, у государства должна быть сознательная стратегия обращения с ранеными военными.

"Такая история возникает именно потому, что у государства нет стратегии что делать с такими людьми. И никто об этом не думает. Никто не может ответить на вопрос: а зачем вы вообще их держите вне штата? Ребята, которые ранены, многие из их хотят и могут вернуться в ВСУ. Эти люди имеют боевой опыт и он не теоретический, а практический. Они могут обучать, например, новых мобилизованных, но для этого нужно дать им должное уважение за их потерю. Если его не будет, то люди демотивируются ", — подчеркивает Маси Найем.

Во-вторых, "Нужно менять законодательство , — уверяет Найем. — В государственных органах все и все пытаются делать по закону, чтобы к чиновникам никто не придирался. Но закон плохой. А в армии это еще хуже: люди суперконсервативные. Когда лично я потерял глаз и часть мозга, то не пошел проходить МСЭК и ВВК именно потому, чтобы меня не списали вне штата. Поэтому юридически я не являюсь лицом с инвалидностью".

"Штат, вне штата, денежное обеспечение… Все это касается законодательства, уставов, постановлений КМУ и приказов МОУ. А в законодательстве нет системности. Концепция армейских документов во многом осталась на уровне СССР. У военнослужащего почти нет прав и нет механизма борьбы за свои права. Подчиненный военнослужащий полностью зависим от своих командиров. И даже если какой-то офицер проявит инициативу, чтобы сделать хорошо, то потом придут контролирующие органы и в лучшем случае просто "вынесут" мозг, а в худшем будет уголовная ответственность", — резюмировал в комментарии. Телеграфу все тот же анонимный юрист воинской части.