Состояние экономической политики и мысли в Украине

12 октября состоялся Киевский международный экономический форум 2023 (КМЭФ) «Цена свободы». Символично название. Самое время говорить об издержках упущенной выгоды из-за дефицита свободы. Самое время анализировать разные модели, стратегии и предложения сквозь призму свободы. Нельзя откладывать диагностику нынешней модели украинской экономики. Это важно для того, чтобы воплотить в жизнь украинскую аксиому «Свобода даёт успех».

КМЭФ-2023 мог бы стать главной площадкой Украины для обсуждения теории и практики свободы. Мог бы, если бы в стране был ярко выраженный спрос на создание институтов свободного рынка и капитализма в бизнесе, обществе и во власти. Мог бы, если бы был чёткий заказ Топ политического руководства именно на такие реформы. Мог бы, если бы некая мощная сила (бизнес, регионы, гражданское движение), наконец, сказало: «Хватит Госплана/Совка! Хватит Олигархата/Схематоза».

Начнём с выводов. Они сформулированы на основе выступлений на панелях Форума. Прослушал практически все дискуссии об экономической политике.

Вывод №1. В Украине на уровне власти (Офис президента, Кабинет Министров, Верховная Рада) и большого бизнеса (многие участники форума, представители Европейской ассоциации бизнеса, Федерации работодателей Украины, Украинский союз промышленников и предпринимателей, Американской торговой палаты, Всеукраинской Аграрной Рады, Торгово-промышленная палата Украины) достигнут высокий уровень взаимного понимания и поддержки в плане воспроизведения в стране во время войны и после победы модели Государства всеобщего интервенционизма. Это не про свободу и капитализм. Это про перезагрузку Олигархата в рамках дирижизма, протекционизма и международного синдикализма.

Вывод № 2. В Украине по-прежнему не признан диагноз её экономической модели и курса в течение 30+ лет. Напомним:

1) провал Государства всеобщего интервенционизма, как практической модели фьюж теорий Маркса и Кейнса;

2) отсутствие национальной, рыночной структуры экономики, сохранение постсоветской структуры производства и занятости, как следствие инвестиционных решений советских и олигархических экономических агентов. В ситуации мощной технологической, институциональной дизрупции и высокой неопределённости меры циклической и контрциклической политики теряют смысл и научную природу;

3) токсичность государственной монетарной и фискальной политики. Высокая инфляция, жёсткий финансовый и валютный протекционизм, девальвация гривны с даты введения почти в 20 раз, хронический дефицит госбюджета, высокий объём госрасходов (~45% ВВП в течение 2000-2021гг.) и 60 – 70% ВВП во время горячей фазы войны) и накопление госдолга, которые поставил страну на грань дефолта (без иностранной помощи);

4) качество услуг государства в сфере гарантии прав собственности, обеспечения безопасности и порядка остаётся критически низким. Новых чиновников, структур, свежего человеческого капитала, который бы смог в нынешней модели обеспечить реализацию принципа верховенства права и ликвидировать коррупционные издержки.

Раз нет качественной диагностики, значит есть высокий риск наступать на одни и те же грабли, ходить по порочному кругу саморазрушения экономики и государственности.

Вывод № 3. В Украине выработка экономической политики происходит параллельно экономической науке. Учёные-экономисты не входят в число стейкхолдеров процесса выработки экономической политики (программ, стратегий). Их место занимает бизнес. Научные модели экономического роста и развития вытеснены. Их место заняло технократическое моделирования бизнес-процессов. Теория предпринимательского роста и результаты её применения игнорируются. Вместо них обсуждаются бизнес модели. Место авторитетных учёных-экономистов занимают представители крупного международного бизнеса, в том числе консалтинговых организаций.

Вывод № 4. Украинские властные, политические и бизнес элиты по-прежнему ищут решения экономических проблем в рамках Большого государства, с его широким ассортиментом инструментов монетарной, фискальной, регуляторной политики: искусственно дешёвые кредиты для номенклатурно-силовых фаворитов, налоговые льготы/преференции, бюджетные гранты/субсидии для «точек роста», особые регуляторные зоны (промышленные парки), торговый протекционизм (пошлины, нетарифные барьеры) и т. д. Уроки экономической истории, в том числе своей собственной, игнорируются.

Вывод № 5. В Украине активно формируется спрос на альтернативную традиционной для Украины интервенционистской экономической политике. Всё громче голос и мнение сторонников свободного рынка и капитализма, именно тех, которые с научной точки зрения относятся к аксиоме «свобода даёт успех». Это не только Владимир Поперешнюк и Вячеслав Климов, но также Игорь Тынный («Гидроэнергоинвест-Акванова) и Константин Ефименко (Biopharma). Во власти своими взглядами выделяется вице-премьер Михаил Фёдоров. Местами вполне по-рыночному звучит замминистра экономики Алексей Соболев. За рамками КМЭФ-2023 на национальном и региональном уровнях, в бизнес среде и гражданском обществе голос в пользу либеральных решения, т. е. свободы, становится всё громче.

Мнение/голос власти на КМЭФ-2023

Организаторы Форума-2023, вероятно, ожидали обоснованные, точные оценки цены свободы для Украины. Конечно, нашим героям ВСУ слава и почёт. Они – гарант всего того, что есть и может быть в стране. Логично было бы ожидать оценки свободы в экономике. Например, в 2023г. ВВП на душу населения Украины, согласно оценке МВФ (октябрь 2023) составит $5225. Это при нашем 110-м месте в Индексе экономической свободы 2023г. А вот Румыния (27-ое место в Индексе-2023) этот год закончит с ВВП per capita в $18413. Постсоциалистическая Чехия (17-е место в Индексе) закончит этот год с показателем $30475. Литва и Эстония поделили 12-ое место в Индексе экономической свободы. Они имеют ВВП per capita $28482 и $30998 соответственно в 2023г. Польша в Индексе-2023г. заняла 59-е место. Её ВВП на душу населения будет $22393.

Важнейшим элементом свободы является гарантии защиты частной собственности. Это свобода от произвола (чиновников, правоохранителей, бандитов), мошенничества, захвата имущества/активов и обеспечение реализации принципа верховенства права. Румыния в Индексе защиты прав собственности заняла 41-ое место, Чехия – 23-ое, Литва – 28-ое, Польша – 46-ое место, а Украина – 100-ое.

Оценим цену отказа от свободы по трём показателям: 1) ВВП, 2) прямые иностранные инвестиции, 3) экспорт товаров/услуг. Не будем брать развитые страны ЕС/G7, а те, с которыми Украины была примерно на одном уровне в начале системных трансформации 1990-ых.

Цена острого дефицита свободы Украины по сравнению с Румынией (если бы у нас был такой же ВВП per capita) – это $525 млрд. По сравнению в Польшей наши потери от отказа от свободы составляют $685 млрд. По сравнению с Чехией украинская экономика в результате отказа от свободы потеряла более одного триллиона долларов.

Второй параметр для оценки цены свободы – накопленные прямые иностранные инвестиции. Если бы Украина сработала так, как Румыния (ПИИ per capita - ~$5900), у нас было бы накоплено на $185 млрд. больше прямых иностранных инвестиций. Если бы мы сработали, как Польша (ПИИ per capita - ~$6770), у нас было бы на $220 млрд. больше накопленных ПИИ. Если бы Украина привлекла столько ПИИ, как Чехия (ПИИ per capita - ~ 19314$), то у нас было бы на $720 млрд. больше иностранных инвестиций.

Третий показатель для оценки дефицита свободы – экспорт товаров и услуг per capita. По оценке ВТО в период 2019-2021 этот показатель у Украины был $1713, у Румынии - $ 5653, Польши - $9043 и Чехии - $16972. Значит, цена свободы для Украины, выраженная в недополученном экспорте товаров/услуг) по сравнению с Румынией - ~$155 млрд. в год, с Польшей - ~$290 млрд. в год, с Чехией - ~$610 млрд.

Такова цена свободы. Такова цена её дефицита для Украины. За этими цифрами кроются миллионы не созданных рабочих мест, упущенная выгода каждого украинца от низкой производительности труда и зарплаты в $700 - $1000 на человека в месяц. Это сотни миллиардов долларов не заинвестированные в наши ВСУ, инфраструктуру, образование и энергетику. Такова реальная, научно обоснованная цена свободы.

Что же мы слышали на КМЭФ-2023 от представителей власти? Как сказал один из спикеров форумов, мы более 15 лет проводим такие встречи, а ничего не меняется в экономической политике. Выступление премьер-министра Дениса Шмыгаля было выдержано в такой традиции. Торжественный оптимизм в канве политкорректности и желания угодить всем. Начало его выступления обнадёжило: «Важно зафиксировать, где мы были, где находимся сейчас и куда двигаемся. Сказал, но аналитика, цифры того, «где были», касались только 2022-2023 годов. Вот какие достижения описал премьер-министр. Развернули ситуацию с инфляцией. Было 26+%, будет в 2023г. 8 - 9%. Золотовалютные резервы составляют ~$40 млрд. В 2023г. году экономика вырастет на 3+ процентов. Правда, есть проблемка. Дефицит бюджета будет всё ещё ~20% ВВП. Это такая вот бюджетная катастрофочка. Экономика в коме. В реанимационной палате. Подключена к внешним источника поддержки жизни, а правительство бодро рапортует о темпах роста 3+% ВВП. в 2022г. ВВП Украины составил $160,5 млрд., в 2023г. прогнозируется в $173,4 млрд., на $13,4 млрд. больше. При этом в 2022г. партнёры дали Украине $32 млрд. грантов и льготных кредитов, а в 2023г. объём помощи составил $42 млрд. Это прямое бюджетное финансирование, без учёта военной помощи, других гуманитарных видов помощи.

Добавим сюда практическое удвоение государственного долга, приближение его к черте 100% ВВП, безработицу и бедность по 25%, связанный по рукам и ногам платёжный баланс, резкий рост дефицита торгового баланса – и макроэкономическая картинка предстанет в полный рост. Ни в одном учебнике, ни по каким стандартам такое состояние нельзя назвать «макроэкономическая стабильность». Однако у главного идеолога нынешней экономической политики власти марксиста Д. Гетманцева свои определения и представления. Он так и заявил: «Мы имеем макроэкономическую стабильность». Аргументы: мы удержали гривну, один из компонентов нашего суверенитета, у нас стабильная банковская система, у нас кредитование благодаря программе «5-7-9», у нас ипотечное кредитование. Это, как если бы на вопрос, ты хорошо играешь в футбол, кто-то сказал, да, конечно, я с 11 метров в ворота попаду. No comment.

Д. Шмыгаль выступал в привычной для каждого премьера украинского Кабмина роли радовать выгодополучателей бюджетной щедрости. Будем e-восстановление. Будет стимулирование машиностроения из бюджета. Будет 18 млрд. гривен на льготные кредиты программы «5-7-9». Будет 9,5 млрд. гривен на ипотечное кредитование и даже 5 млрд. для малого бизнеса. Захватывающие перспективы ручного стимулирования спроса и предложения. О том, когда в стране заработает полноценный финансовый, кредитный рынок, премьер-министр лаконично заявил: «Работаем с Национальным банком, чтобы создать условия для кредитования бизнеса». Кстати, о Национальном банке. Среди представителей разных государственных органов его на панелях почему-то не было. То ли он так проявляет свою независимость, то ли не захотел объяснять, почему при инфляции в 8 – 9% (если этому параметру можно верить) ставки по государственным ценным бумагам всё еще в районе 20%. То ли не посчитал нужным объяснять последнее место Украины в мире Индексе финансовой открытости, а также паралич финансовых потоков из страны и в неё. К Национальному банку очень много вопросов по качеству монетарной политики. Тот факт, что его не было на Форуме при обсуждении цены свободы, говорит о многом. То ли бизнес не понимает критическую важность монетарной политики для обеспечения быстрого, долгосрочного экономического роста и развития. То ли его устраивает то, что творит Нацбанк с деньгами, валютой и финансами в целом.

На панели «Украина и мир: новое видение будущего» выступали министр экономики Юлия Свириденко и зам главы Офиса президента Ростислав Шурма. Вместо видения и представления шагов к нему мы услышали краткий отчёт о том, как Ростислав Шурма на закрытых встречах с акулами американского консалтинга и инвестиционного бизнеса обсуждал будущие проекты в Украине. Сначала они, разные там Блэк Роки, думали зайти раньше, но сейчас передумали, потому что война ещё идёт. Вот они свой взгляд на ситуацию переформатируют. Конечно, от сотрудничества не отказываются, но ищут практические инструменты входа в Украину. Неужели всё видение Украины – это возможное сотрудничество с BlackRock, McKinsey, Boston Consulting, JPMorgan и Goldman Sachs? Как-то очень смахивает на лоббирование интересов иностранного бизнеса, а не на страновую стратегию.

Министр экономики Ю. Свидиренко также была далека от представления видения экономики Украины. Погружение в текучку, острый дефицит новых идей, работа в старой колее – всё это бросалось в глаза. Она говорила о возможном росте ВВП до 5%. Правда честно определила основной стимул и источник такого роста – внешняя макропомощь. Снова разговор про локализацию, конкуренции хабов и бюджетной поддержке частного сектора.

What’s new?

Было также выступление Алексея Соболева, заместитель Министра экономики. Он видит свою роль в помощи бизнесу в привлечении иностранных инвестиций, реформировании БЭБ или создание некого другого правоохранительного органа для защиты инвесторов. Он призвал сократить госсектор, приватизировать не стратегические предприятия. Ещё один интересный факт от А. Соболева относительно проверок. «Существует мораторий на проведение проверок. В 2021г. было проведено 300 тысяч проверок. В 2022г. было 25 тысяч проверок. Может ли кто-то сказать, что что-то существенно ухудшилось?» 25 тысяч проверок при наличии моратория – это вообще как?

А. Соболев заявил о наличии большой политической воли провести глубокое дерегулирование, но не назвал, к сожалению, тех мест, где эта самая высокая политическая воля блокируется и трансформируется в возвращение проверок и режима «щипать бизнес, как гусей».

На фоне Р. Шурмы и Ю. Свириденко вице-премьер Михаил Фёдоров звучал гораздо более прорыночно. Пожалуй, главная его фраза: «Я верю в свободную экономику, в которой роль государства уменьшается. Больше свободы для бизнеса меньше регулирования, больше автоматизации… Не цифровизовать бюрократию – этого я больше всего не люблю – а делать полный реинжиниринг процессов». Вера она, конечно, хорошая, но на одной вере системные трансформации не проведёшь. М. Фёдоров вот верит в свободу для бизнеса, а Д. Гетманцев имеет другой кодекс веры. Прекрасно, что есть цифровизация, что идёт внедрение цифровых технологий, в том числе в систему образования, но, как правильно заметил М. Фёдоров, есть реальная угроза подменить повестку дня системных рыночных реформ технократической дигитализацией Левиафана.

Символично, что главный марксист Украины Д. Гетманцев выступал на панели «Бизнес-климат для победы». Председатель Комитета Верховной Рады Украины по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики был в своём амплуа и ключе. Он поддержал представителей бизнеса из ВПК, которым блокируют работу аудиторы-легисты. Мол, была б моя воля, я бы взял на себя ответственность. При этом он указал на одну особенность украинского правового поля. Действия определённых органов власти не согласовывались с Уголовных кодексом, но точно были на пользу стране, на пользу победы. «Мы их принимали вне зависимости от последствий». Мы – это, наверно, Верховная Рада. Она же – высший законодательный орган страны. Какие же такие правовые нормы в стране существуют, которые действуют против национальных интересов, против победы? Верховная Рада в испуге принимает некие нормативные акты, но боится уголовного преследования?!

Д. Гетманцев не отличался оригинальностью в описание состояния бизнес климата. Да, делаем инфраструктуру для поддержки бизнеса. Убираем барьеры для него.

Бесспорно, это верховенство права. Здесь и суды, и правоохранительные органы. Конечно, «они должны воздерживаться от тех действий, которые мы иногда наблюдаем».

Д. Гетманцев опять возражал невидимому оппоненту, когда коснулся вопросов налогообложения. «Государство не может решить те проблемы, которые стоят перед ним, без налогообложения». Ни в зале, ни среди научных, аналитических центров нет человека, который бы выступал против налогов вообще. Одиночки-анархисты явно не в счёт, да и они во время войны едва ли бы поддержали идею полной отмены налогов. Придумав себе оппонента, назвал его «либералов» или безответственным рыночником, он разгоняет мысль об ответственности и безальтернативности существующей налоговой системы. «Я хочу подняться над точкой зрения бизнеса и приземлить нас на грешную землю, чтобы мы поняли, в какой ситуации мы находимся».

Получается, что бизнес не может взглянуть на систему налогообложения в комплексе, а делает лишь о своих шкурных интересах. И тут Д. Гетманцев выдаёт железобетонный аргумент против всех сторонников малого государства, снижения налоговой нагрузки и свободного рынка: «В бюджете на 2024г. все налоговые поступления, те, что собирает налоговая и таможня, финансируют лишь 93% расходов на безопасность и оборону». Опять обвинение в легкомысленности и безответственности: «Надо смотреть в комплексе и понять, что простых решений нет. Нельзя завтра упразднить налоги, дать развитие экономике и аплодировать этому решению, потому что не будет экономики, ничего не будет. Русские будут. Понимаете?»

Перед нами яркий пример грубой манипуляции, дискредитации оппонентов и лживых причинно-следственных связей. Всё смешалось в кучу, кони и люди. Во-первых, никто не предлагает отменить в Украине налоги. Во-вторых, налоговая реформа в стране, которая входит в Топ-5 стран мира в индексе налогового ада, это must. В-третьих, нынешняя система налогообложения – один из главных тормозов развития и роста, значит именно она работает против экономики, а, значит, на наших врагов. Д. Гетманцев поставил всё с ног на голову. Типичная марксистская, оппортунистическая манипуляция. Удивительно, как такой субъект до сих пор формирует мнение президента о налоговой системе и экономической политике в целом. Сам Д. Гетманцев привёл целый ряд примеров, как контрольные и налоговые органы кошмарят бизнес. Кейс «Мультиплекса» с преследованием за уклонение от уплаты налогов на зарплату. Кейс компании «Блиц-Информ», когда уголовное дело тянется пять лет. Адекватным ответов на проблемы администрирования налогов Д. Гетманцев видит в том, что он предоставил право каждому звонить ему на личный телефон. На тезис о том, что сегодня бизнес в Украине платит три «налога»: 1) в бюджет, 2) на поддержку армии (добровольно), 3) на поддержку своих работников (добровольно), и при этом он вынужден бороться с десятками правоохранительных, контрольных органов, Д. Гетманцев никак не отреагировал.

Дмитрий Кисилевский, заместитель председателя Комитета Верховной Рады Украины по вопросам экономического развития, выступал, как типичный представитель марксистско-кейнсианского фьюжн. Он за плановое развитие стратегических отраслей промышленности, за торговый протекционизм и импортозамещение. Он за доступ избранным к длинным, дешёвым деньгам. Он за индустриальные парки и льготы им, принятие закона о локализацию в машиностроении, программу стимулирования спроса и «ручного» выращивания перерабатывающих предприятий. «Надо сохранить в бюджете все статьи на поддержку промышленности», - заявил он. Это ещё одно подтверждение того, что в Верховной Раде моно большинство «Слуги народа» - это типичная марксистская, социалистическая партия.

Бизнес как партнёр Большого государства и бизнес как носитель новых идей

Отдельные выступления бизнеса были эмоциональными, как крик о помощи. Были и такие, которые поигрывали властям. Отдельная категория – это критика власти и нынешней экономической модели, но предложения сводятся не к переходу в режим свободного рынка и капитализма, а новой формы, итерации Левиафана.

Вот Сергей Гайдайчук, основатель и президент CEO Club Ukraine: «Сегодня страна находится в раковых опухолях, в метастазах. На фронте гибнут десятки тысяч людей, а одновременно происходит дерибан из бюджета десятков миллиардов гривен. Может, даже долларов. Когда мы говорим про быстрые экономические решения почти после двух лет войны, то у нас что-то не так». Справедливая критика системы принятия решений. Дальше – больше.

«Я не верю ни в какие косметические реформы, быстрые экономические решения. У нас не так три фундаментальные вещи. У нас ничего не изменится, пока мы с ними не разберёмся. Первое – это наше государство. Это трактор Т-150. Какие колеса ему не меняй, какие фары не ставь, он едет и за собой оставляет руину. Наше государство создано сталинским режимом в XX веке. Контролировать, подавлять – это её. Она такой остаётся. Сколько реформаторов туда не идёт, какие изменения они не делают, а сталинская машина едет. Её нужно выкинуть.

Второе. Экономическая политика. Мы реформируем то вправо, то влево. То назад, то вперёд. Посмотрите, какая у нас страна. Нас Бог наделил талантами. Украинцы – самая талантливая нация в мире. Мы процветаем по всей планете.

Весь мир знает Украины. У нас правильный бренд. Был. Теперь он разрушается. Поговорите сегодня с инвесторами, политиками в Европе. Первый вопрос - коррупция. То, что создавали десятки тысяч людей, которые создавали бренд «Украина», сегодня разрушает коррупция.

Третье. Почти весь западный блок, который производит почти 40% ВВП, готов быть нашим партнёром, делать инвестиции, привозить технологии. Мы весь потенциал сливаем».

Казалось бы, вот-вот прозвучит системное предложение о переходе в режим экономической свободы, но случился удивительный зигзаг. «У нас много мифов. Например, я слышал выступление одного из министров в Верховной Раде. Он сказал, что верит в невидимую руку рынка, в идеи Адама Смита, и мы будем строить такую экономику. Я у него спрашиваю: «А ты читал Адама Смита?» Он ответил, что не читал. «А в какой стране мира его идеи работают?» - Ни в одной. Это теория. Есть Дуглас Норт, нобелевский лауреат в экономике. Он написал крутую работу «Насилие и социальные порядки». В научном сообществе не реформаторов, а учёных она считается книгой № 1 по созданию страны. Все исследования оказывают, что самые богатые страны мира, самые динамичные страны мира – это страны с большим государством. Но большая, с точки зрения профессионалов, которые работают на общество. Не с точки зрения распределения бюджета или приватизации. Суть не в том, сколько чиновников, а какое ДНК этого государства, на кого она работает. Нам, как минимум, надо больше читать. Тогда у нас будут более качественные дискуссии».

Вот, действительно, читать надо уметь. Перед нами очередной пример грубого передёргивания как экономической науки, так и экономической истории. Оказывается, что Большое государство нужно мерять неким ДНК. Это какая-то биоэкономика. Тезис «самые богатые страны мира, самые динамичные страны мира – это страны с большим государством» - откровенный фейк, как и то, по каким теоретическим моделям делали реформы в переходных и транзитивных странах. Хочется верить, что это просто каша в голове от слишком несистемного чтения или просто хатурного реферирования. Иначе такие пассажи смахивают на многие гипотезы Д. Гетманцева.

Игорь Тынный, основатель и совладелец энергетического холдинга «Гидроэнергоинвест-Акванова» абсолютно прав: «Я считаю, что наша страна заражена социализмом. Она заражена ментами и большим Государством. Нам надо его уменьшить – и тогда заживём…. Если количество чиновников уменьшится в два раза, никто этого и не заметит». Это к функционалу Государства и его сути.

А вот характеристика Государства-собственника и менеджера: «Слышу я, что создаётся фонд фондов. Все стратегические предприятия будут в одном холдинге. За последние 30 лет назовите мне хотя бы одно государственное предприятие, которое было бы эффективным более трёх лет. Таких нет. Государственные предприятия бесперспективны. Только частные имеют будущее».

А вот конкретный случай реального отношения Государства к внутреннему инвестору: «Несколько месяцев назад выкупил через Prozorro объект. Следующий шаг – оформление земли. Это занимает 14 месяцев. Неужели так сложно продавать объекты сразу с землёй? Я про это лет 20 говорю».

А это аргумент для тех, кто считает, что Государство должно быть производителем вооружения и товаров для ВСУ: «Что такое казенные предприятия в Украине? Рассказывайте мне, что угодно про эффективность государства. Если на десятом году войны – она началась в 2014-м мы не можем производить сраный патрон 5,45 мм, многие солдаты на фронте жалуются, что половина автоматов не стреляет – нет патронов – то на этом можно поставить точку. Я предлагаю вообще отказаться от идеи создания крупных государственным корпораций, монополий и т.д. Нам нужно меньше государства. Дальше мы справимся. Это самое неотложное дело последние 30 лет».

Вывод тоже радует: «Таким образом, спасение нашей страны – это не перезагрузка государства, а тотальное его сокращение и уменьшение во всех проявлениях. Если в государственном секторе будет работать 6 – 7% населения [сегодня почти 50%), тогда будет быстрый экономический рост».

На Форуме верен себе был основатель «Новой почты» Владимир Поперешнюк. «Если мы ставим такую задачу возвращения к довоенному деловому климату, а это 110-ое место в Индексе экономической свободы, то это ошибка». «Бизнес климат сегодня не соответствует тем вызовам, с которыми столкнулась страна, в том числе в военной сфере».

В. Поперешнюк напомнил об основной проблеме украинского бизнеса, но Д. Гетманцев, который был с ним на одной панели, повёл себя так, как будто эта проблема уже решена. Аналогичным образом отреагировали представители власти на проблему пересечения товарами границы. «Проблемы видят бизнесмены, но не государственные служащие». В. Поперешнюк напомнил участникам Форума, что дело не в мелочёвке и текучке. Нужны системные рыночные реформы. «Я 25 лет предприниматель. Я никогда не видел благоприятных условий для бизнеса в стране».

Выступление Дмитрия Олейника, председателя Совета Федерации работодателей Украины, также было своеобразным криком о помощи. Проблема с наличие прибыли у производителей оружия и военным товаров – это проявление грубого марксизма, игнорирование научных основ предпринимательства. О проблеме знали очень давно. Тогда президент дал две недели на решение проблемы. Прошло 4 месяца. «И вот результат: выемка документов и блокировка работы предприятий, которые производят вооружение, осуществляет снабжение ВСУ. Это частичный ответ на вопрос, как живёт бизнес в нашем государстве».

Было прямое обращение к Д. Шмыгалю, Ю. Свириденко и Д. Шурме: «Вы же присутствовали на этой встрече с президентом 4 месяца тому назад. Почему сегодня не решён этот вопрос? Почему такая деятельность содействует врагу? Если мы вместе найдем ответ на этот простой вопрос, на легче будет находить ответы на другие вопросы». Отвечать на такие вопросы сложнее, чем представлять видение/стратегию Украины на престижных зарубежных площадках.

О взаимоотношениях бизнеса и власти от Дмитрия Олейника прозвучала быль, почти анекдот: «Сидим мы в компании и начинаем меряться количеством уголовных дел, заблокированных счетов. Один говорит: «Две уголовных дела. Три месяца счёт заблокирован. Другой говорит? «У меня 32 уголовных дела».

Бизнесы инициировали движение в защиту 42-й статьи Конституции. На гласит: «Каждый имеет право на предпринимательскую деятельность, не запрещенную законом. Предпринимательская деятельность депутатов, должностных и служебных лиц органов государственной власти и органов местного самоуправления ограничивается законом. Государство обеспечивает защиту конкуренции в предпринимательской деятельности». И вот горькая правда от Дмитрия Олейника и его коллег, которые решили обсудить свою инициативу по защите Конституции с представителями органов власти. Они встретились и вот что отметили: «Мы посмотрели на машины, здания и поняли, что мы нищеброды. А вот они предприниматели. Те, которые с погонами».

Киевский международный экономический форум 2023 (КМЭФ) «Цена свободы» стал очередным проходным мероприятием. Он не ответил на основной вопрос: «Какова цена свободы». После Форума не добавилось уверенности в том, что Украина хотя бы на шаг повернулась к этой самой свободе. Для прорыва нужны другие кадры, настоящие учёные, наличие реальной, а не декларативной политической воли. Модель украинской экономики в её нынешнем состоянии, с её нынешними представителями экономического блока, обрекает страну на нищету и деградацию 97% населения. А вот перезарузка модели Олигархат/Схематоз уже осуществляется на наших глазах.