Андрей Сенченко: Путь к свободе и независимости лежит через минные поля

Андрей Сенченко, украинский политик, народный депутат Украины V, VI, VII созывов:

Эта колонка в первую очередь была опубликована на сайте Obozrevatel.com. Перепечатываем ее с согласия автора и редакции издания.

Путь к свободе и независимости лежит через минные поля.

За ними идут наши солдаты.

За ними идет украинское общество, преимущественно с завязанными глазами.

Война мало что изменила с точки зрения политической фрагментации общества: пятый год продолжается ожесточенная Facebook-борьба фан-клубов кандидатов в президенты Украины 2019 года.

К этому добавилось еще одно: о чем бы ни шла речь – от ДТП до кадровых изменений в военном руководстве – общество всегда на стороне военных, а не политиков. Хотя процент негодяев в политике вряд ли превышает процент командиров-самодуров в армии.

Молчаливый отказ от демократического гражданского контроля Сил обороны и автоматический перенос безусловного доверия в армию на конкретных военных деятелей так же вредит нам всем, как бездумная преданность своим политическим кумырам и готовность простить им все что угодно. Вот только последствия такой примитивизации во время войны наступают быстрее и измеряются человеческими жизнями.

Справедливости ради надо подчеркнуть, что именно политики постоянно пытались превратить Homo sapiens в избирателя с признаками социального дебилизма. Именно для этого вместо реальных аргументов в пользу того или иного кандидата на ответственные государственные должности подбрасывались искусственные противопоставления старых и новых лиц или политиков и "технократов".

Сейчас для страны жизненно важно, чтобы объединяющей становилась не фигура очередного кумира, а наша общая цель – свобода и независимость.

Но такое изменение предполагает, что критериями оценки политиков, чиновников, военачальников станет не признак "свой-чужой" или "нравится-не нравится", а эффективность и соответствие их действиям нашей общей цели.

Сегодня Украина на минном поле. Эти мины разбросаны везде: сомнения в необходимости дальнейшей военной помощи со стороны США, которые в предвыборной борьбе выражают радикально настроенные конгрессмены-трамписты; нападение Хамаса на Израиль, за которым только слепой не видит прямой заинтересованности Кремля в отвлечении внимания и ресурсов от Украины; Иран и его "шахеды" и угроза снабжения путина баллистических ракет; Китай, как минимум комплектующими, помогает России производить дроны и ракеты и не мешает Северной Корее поставлять агрессору снаряды; более сложные проблемы с Орбаном и Фицо; откровенные друзья Москвы и "консервы" российских спецслужб во многих странах мира, пытающиеся воспользоваться моментом, чтобы заморозить "конфликт в Украине" и помочь пути подготовиться к "окончательному решению украинского вопроса".

А еще мины-ловушки, подбрасываемые с разных сторон "информированные аналитики" вроде Саймона Шустера с его публикациями в TIME, и собственные военные стратеги, не понимающие, что не там и не так сказанное слово вредит, а иногда и убивает.

И всем этим с большим удовольствием пользуется Кремль.

Предвидя волну возмущения и обвинений, все равно спрошу, зачем было главкому Залужному выносить в общем то, что необходимо обсуждать на Ставке, в Рамштайне или с коллегами из стран-партнеров.

На какое впечатление читателей журнала The Economist он рассчитывал и на что хотел повлиять своим "программным эссе" в стиле учебника для Академии обороны, изобилующего названиями русского оружия: "Земледелие", "Поле 21", "Ланцет", "Орлан", " Zala", Д-1, Д-20, "Краснополь", "Селок", "Питон", "Гарпун", "Пироед", "Стриж", "Лесочек"?

Думаю, особенно удачным для достижения целей стал абзац относительно "применения для проработки проходов в минно-взрывных заграждениях мини-туннелепрокладчиков с буром, плазменного разрушителя грунта (RВR), пустых рукавов для закачки газообразного или жидкого взрывчатого вещества, ракет с топливно-воздухом" ".

Не исправили ситуацию ни колонка украинского главка, ни более развернутая "статья с элементами интервью", в которых было меньше узкоспециальной информации и терминологии, но достаточно противоречий, недоосмысленности и неуверенности.

И сколько потом не объясняй в украинских СМИ, что и зачем хотел сказать генерал Залужный, кроме этого ощущения неуверенности украинского главкома, в воздухе не осталось ничего.

В результате этого информационного марш-броска Валерия Залужного стали дополнительная неуверенность наших партнеров и дополнительные аргументы, которыми он вооружил наших недругов и врагов.

И еще всколыхнулась вся внутренняя и внешняя болотная мутная и активизировались политические гельминты, которые считают украинский народ скотом и активно представляют себя на роль президента страны, готового обеспечить "мир", подарив пути наши территории, свободу и независимость.

Но это не единственные вопросы главкому Залужному.

Анализируя его идеи по преодолению позиционного характера военных действий, напрашивается вывод, что они скорее всего ни чем не отличаются от нарабатываемых враждебным главком Шойгу. И это лишь подчеркивает вывод, что "советская армия" Украины отличается от "советской армии" России только размером.

Главком, имея опыт начала прошлого года, когда армия была не в лучшем состоянии и страну фактически отстоял народ, к сожалению, упомянул в своем "программном эссе" лишь технологические предпосылки к успеху. И потому позволю себе напомнить известное изречение маршала Маннергейма: "Фортификации, артиллерия, иностранная помощь – все это не будет никакой ценности, если обычный солдат не осознает, что именно он защищает свою страну".

Отсутствие глубокого понимания этой истины и нежелание что-либо менять еще больше консервирует "совковость" нашей армии и демотивирует бойцов и командиров.

Ряд неудачных назначений министров обороны страны привел к фактическому отказу от проведения глубокой военной реформы и деградации военного ведомства до уровня скандальной закупочной конторы. При этом функции оборонного планирования, определения принципов военной, военной кадровой и военной технической политики были либо совсем утеряны, либо незаконно перетянуты на себя главкомами.

Это в значительной степени привело к разрушению механизмов демократического гражданского контроля сил обороны и, как следствие, к определенной клановой автономности военного руководства и ощущению вседозволенности и бесконтрольности.

В этих условиях начала быстро формироваться сегодняшняя автономно-клановая военно-кадровая политика, в которой главными стали родственные, дружеские и другие непубличные связи. В этой системе отсутствуют открытые и понятные критерии, соответствие которым открыло бы лифты для продвижения командиров, проявивших себя на фронте и чувствующих ответственность за жизнь каждого солдата.

Апогеем вседозволенности стало распоряжение главкома Залужного, приказавшего не допускать в войска Главную инспекцию Министерства обороны Украины, которая по статусу является высшим военным инспекционным органом военного ведомства.

Именно этот орган имеет право независимо от Генерального штаба проверять и оценивать уровень боевой готовности воинских частей, от которого зависит не только успешное выполнение боевых задач, но и сохранение жизней защитников страны.

А еще он предназначен контролировать соблюдение в Вооруженных силах требований законодательства и прав военнослужащих, с чем у нас есть многочисленные проблемы. Ждущий подтверждения этих слов может просто пообщаться с военными – мужчинами и женщинами – и их семьями, чтобы понять глубину и масштаб нарушений, которые происходят каждый день и каждый день демотивируют защитников Украины.

Безусловно, нет смысла отрицать необходимость технологического прорыва, о котором написал генерал Залужный. Но и невозможно согласиться с непониманием главкомом Вооруженных сил Украины Залужным того, что воспринимая людей, которые пришли защищать страну и свои семьи только как ресурс, заталкивая их в систему отношений советского образца, армия только теряет наши конкурентные преимущества, которые могли бы изменить ситуацию на фронте., и естественно приходит в состояние равновесия с такой же "советской армией" России.

И снова возвращаюсь к нам с вами – украинскому обществу.

Что же будем делать?

Дальше идти минным полем с завязанными глазами и слепой верой в очередного бесконтрольного кумира вне критики?

Или, сплотимся вокруг общей цели и начнем оценивать политиков, чиновников и военачальников только с точки зрения способности вместе с нами ее достичь?