Войны Израиля и Украины: полковник проанализировал ситуацию и дал прогнозы

Спустя месяц после атаки террористов ХАМАС Армия обороны Израиля нанесла массированные ракетно-бомбовые удары по сектору Газа, после чего ЦАХАЛ начал наземные операции в анклаве. Украина же продолжает борьбу с российской агрессией и вот уже 623 дня противостоит куда более сильному противнику.

Две эти войны имеют немало общего, на чем акцентировал внимание в своем недавнем обращении президент СШАДжо Байден. И победы над агрессором одинаково важны как для Украины и Израиля, так и для их союзников.

О ситуации на фронтах этих войн, а также их взаимосвязи "Телеграфу" рассказал военный эксперт, полковник запаса Сергей Грабский.

Сопротивление ХАМАС вскоре будет подавлено

— Какие основные выводы можно сделать об обострении на Ближнем Востоке?

— Пусть меня извинят наши израильские друзья (мы, конечно, сочувствуем их трагедии), но поднимать это до уровня Третьей мировой войны точно не стоит. Сектор Газа по размерам примерно как Харьков. Это не те параметры конфликта. Конечно, для нас важно, как ситуация на Ближнем Востоке будет развиваться дальше. Насколько эффективно и решительно Израиль подавит террористическое объединение ХАМАС, которое осуществило варварскую атаку 7 октября.

Ситуация выглядит так, что Израиль действует по наработанному плану. Боевые действия идут сейчас в северной части сектора Газа. Можно говорить, что еще две-три недели, и активное сопротивление ХАМАС будет подавлено. А в течение примерно месяца при нынешних темпах операции ЦАХАЛ израильтяне полностью возьмут под свой контроль сектор Газа. И перейдут к фазе так называемой "полицейской операции" — окончательной "зачистки" отдельных представителей ХАМАС.

— Что означает для мира ситуация на Ближнем Востоке?

— Пока она не выходит за региональные рамки. До нападения ХАМАС налаживались отношения Израиля и Саудовской Аравии. Сейчас это сближение прервано.

А ведь оно было элементом более широкого — стратегического — плана, в котором свою роль играла Индия. Она сейчас становится новым Китаем. Тем, чем тот был в конце 1990-х — начале 2000-х. Сейчас подобные экономические перспективы есть у Индии. У нее большая координация действий с западными странами, хорошие возможности. И тут она входит в прямое экономическое противостояние с Китаем, Ираном и россией. Причем последняя стоит даже за Ираном, а по отношению к Китаю и вовсе является подчиненным партнером.

К тому же стало очевидно, насколько иллюзорно единство арабского, мусульманского мира.

"Хезболла" и ряд других прокси высказали поддержку ХАМАС. Но основные соседи Израиля — Иордания и Египет — заняли довольно четкую позицию насчет нераспространения ХАМАС на своих территориях. Да и беженцев из Газы они принимать не рвутся.

— Что можно сказать о позиции Турции?

— Следует понимать, что власть Эрдогана, хоть и демократически избранная, но довольно автократичная. Соответственно, нынешний политический режим вынужден делать жесткие заявления, чтобы мобилизовать население и отвлечь его от экономических проблем, которые накрыли Турцию в последние годы. Огромная инфляция, прочее… И Эрдогану важно переключить внимание народа. В том числе путем жестких заявлений в адрес Израиля. Ну, отозвали посла. Как отозвали, так и отправят назад. В эту войну Турция точно не ввяжется. Ей куда важнее разобраться с северной Сирией, где проживают туркоманы. Это специфическая этническая единица, которая населяет северные провинции Сирии. Плюс — никуда не делась проблема курдов. Так что Турции ввязываться в бои против ЦАХАЛ — себе дороже. Тем более, когда в том районе находятся две авианосные группы США. А Турция, напомню, страна НАТО. И дальше каких-то грозных высказываний дело не пойдет.

— Как израильско-хамасский конфликт отразился на российско-украинской войне?

— Никак. Когда некоторые "эксперты" начинают переживать, что западные партнеры направят Израилю снаряды, которые могли бы пригодиться Украине, они явно не в теме. У Израиля вполне хватает своих снарядов. А если он и делает запросы к тем же США — то это касается высокоточного оружия. Причем соответствующие запасы заранее подготовлены, потому что Штаты прекрасно знают ситуацию, в которой десятки лет живет Израиль. И имеют необходимый запас всегда. Независимо от того, как развивается война в Украине и как долго было относительно спокойно на Ближнем Востоке.

В то же время важно понимать, что и нападением россии на Украину, и нападением ХАМАС на Израиль тестируется реакция цивилизованного западного общества на любой вид агрессии. Как на прямую (как в случае с Украиной, когда агрессор — конкретная страна), так и на гибридную (когда осуществляется некой организацией). И абсолютно правильно президент СШАДжо Байден провел параллель между войной против Украины и войной против Израиля, фактически поставив знак равенства между террористическим государством рф и террористической организацией ХАМАС.

— Многие эксперты говорят о формировании новой оси зла. Согласны с этим?

— Безусловно! Ось зла уже четко вырисовалась. Это Иран, Северная Корея, россия. А за всеми ними стоит Китай.

Зеркальная ситуация на украинских фронтах

— Что сейчас происходит на восточном фронте российско-украинской войны?

— В зависимости от участка фронта мы видим зеркальную ситуацию. И везде каждая из сторон старается решить свои задачи.

Так, на Лимано-Купянском направлении российская оккупационная армия пытается захватить Купянск и продвинуться до реки Оскол, создав буферную зону. Это позволило бы агрессору серьезно укрепиться, сделав фактически невозможными (при нынешнем количестве и качестве украинских войск) любые штурмовые действия с нашей стороны.

В районе Бахмута противник пытается отчаянно контрактовать, имея целью отбросить ВСУ с южных флангов города. Но тут речь скорее о Соледарском выступе в целом. Мы не собираемся сейчас отбивать Бахмут. Но делаем всё, чтоб перерезать коммуникации противника. Речь о трассе Т-0513, а также М-03. Идут встречные бои.

Была попытка атаковать нас в районе Угледара, но россияне там в очередной раз получили по голове — и отступили.

НаАвдеевском направлении наша задача — удержаться. Ну, а задача противника — используя свое колоссальное преимущество в живой силе и уже меньше в технике разгромить украинские войска или вынудить отойти.

Говорить о том, что Авдеевка не имеет особого стратегического и даже тактического значения, что лучше отойти, пока есть возможность, могут лишь те, кто не знаком с географией и оперативным мастерством. Авдеевка в постоянных боях уже почти десять лет. И это не случайно.

Противник периодически наносит удары то с юга, то с севера. И на некоторых участках сумел ценой огромных усилий несколько продвинуться вперед. Потому что, подчеркиваю, соотношение сил там колоссальное. Не в нашу пользу. На одного украинского военного приходится до десятка оккупантов. Там всё очень сложно. Наши ребята стоят под лавиной огня. Противник не экономит ни боеприпасы, ни людей.

— Что происходит на юге?

— Противник пытается ликвидировать любые последствия наших прорывов и продвижения в районе Бердянского направления. Старается оттеснить наши войска с так называемого Работинского кармана. Удержание ВСУ позиций на этом участке фронта создает предусловия для того, чтобы продолжать вести активные наступательные действия на данном направлении.

Приоритетом для нас является продвижение на Токмак. Любые действия ВСУ на юге будут иметь мало смысла, если не удастся перерезать основную железнодорожную коммуникацию россиян в районе Токмака. Крайне важно иметь успехи именно на этом участке фронта.

Наши отдельные штурмовые подразделения продолжают активные боевые действия, пытаясь расширить плацдармна левом берегу Днепра на Херсонщине.

Но там идет работа скорее по отвлечению сил и средств противника. Увеличивая длину линии соприкосновения и усложняя россиянам понимание — где, когда и как мы собираемся наступать. Что вообще собираемся делать. В результате противнику приходится держать довольно большую численность войск на достаточно обширном участке фронте. Нанося удары по, подчеркиваю, немногочисленным нашим подразделениям, продолжающим операции на левом берегу Днепра.

— Какие прогнозы на обозримое будущее?

— В ближайшее время (несколько недель, а то и месяцев) никаких перемен на фронте я не предвижу. Обе стороны продолжат действовать в том же ключе, пытаясь воплотить ранее намеченные планы. Динамика, возможно, будет несколько меняться, но задачи вряд ли… Мощного продвижения вперед ни у кого не произойдет хотя бы из-за сезонного фактора и того, что никто на данный момент не может проводить активные наступательные действия на широком участке фронта.