«Порох» для Украины

Эссе и интервью Валерия Залужного британскому журналу «Экономист» возвращает в украинский общественный дискурс проблему создания технологических «новейших новинок» («new new» - копирайт Майкла Льюиса), у Залужного - это создание нового «пороха». А именно обсуждение проблемы, как организовать украинскую промышленность, чтобы она начала создавать новые технологические артефакты.

В этой своей статье, я хотел бы осудить эту проблему, тем более, что я пишу об этом много лет. И с одной стороны мне приятно сознавать, что я заострял внимание общественности на том, что именно инновационный путь развития украинской промышленности является главным, магистральным путем выживания украинской промышленности в мире, с другой стороны, мне горько осознавать сколько лет мы уже потеряли, практически ничего не делая в этом направлении. Однако другого выхода у нас нет, нам все равно придется возвращаться к организации процесса по созданию технологических инноваций в стране, иначе мы не сможем выиграть войну.

Сегодня, я хотел бы посвятить свою статью анализу программной статьи бывшего легендарного руководителя, не менее легендарной компании Intel -Энди Гроува (Энди Гроув умер в возрасте 78 лет в 2016 году). Статья эта очень важна, так как была написана во время торжества в американском теоретическом экономическом дискурсе идей свободного капитализма в стиле laissez faire, и полного замалчивания идей промышленной политики в стиле Фридриха Листа, а также торжества идей, прославляющих огромную важность стартапов, при том, что сильно недооценивалось значение местного промышленного производства и важности его масштабирования в стране пребывания.

Итак, о чем говориться в статье Гроува «Как Америка может создать рабочие места» для Bloomberg в 2010 году

В ней говорится, что американские предприниматели слишком увлекаются переносом рабочих мест в Азию, и слишком много внимания уделяют стартапам, которые не создают рабочие места в Америке. «Стартапы, - пишет Гроув в этой статье, замечательная вещь, но сами по себе они не могут увеличить занятость в сфере технологий. Не менее важно и то, что происходит после того мифического момента создания в гараже, когда технология проходит путь от прототипа до массового производства. Это этап, на котором компании расширяются. Они прорабатывают детали дизайна, придумывают, как сделать вещи доступными, строят фабрики и нанимают тысячи людей. Масштабирование — это тяжелая работа, но она необходима для того, чтобы инновации имели значение». Он пишет далее, что раньше в Кремниевой долине хорошо происходило масштабирование, но теперь это не так, и новые рабочие места там не создаются в необходимом количестве. Между тем, пишет Гроув в тайваньской компании Foxconn работает более 800 000 человек, что больше, чем совокупное количество сотрудников Apple, Dell, Microsoft, Hewlett-Packard ( HPQ ), Intel и Sony ( SNE ) по всему миру, на тот момент в 2010 году. «Вы могли бы сказать, как это делают многие, -пишет Гроув, что доставка рабочих мест за границу не представляет большого труда, поскольку ценная работа – и большая часть прибылей – остаются в США. Вполне возможно, что это так. Но какое у нас будет общество, если оно будет состоять из высокооплачиваемых людей, выполняющих работу с высокой добавленной стоимостью, и массы безработных?». Далее он пишет следующее: «На карту поставлено нечто большее, чем экспорт рабочих мест. В случае некоторых технологий масштабирование и инновации происходят за рубежом», но «… масштабирование имеет решающее значение для их экономического будущего страны». «В результате отсутствия масштабирования производства в США», —считает Гроув, что «мы не только потеряли бесчисленное количество рабочих мест, но и разорвали цепочку опыта, которая так важна в технологической эволюции. … отказ от сегодняшнего «товарного» производства может лишить вас доступа к развивающейся отрасли завтрашнего дня…Без масштабирования мы не просто теряем рабочие места — мы теряем контроль над новыми технологиями. Потеря способности масштабироваться в конечном итоге нанесет ущерб нашей способности к инновациям».

Далее Гроув пишет в статье, что в США слишком увлеклись идеей, что свободные рынки-лучшая из экономических систем, между тем азиатские рынки в 70-х и 80-х годах прошлого века «добились потрясающих прецедентов экономических показателей, во многом благодаря эффективному участию правительства в управлении, ориентированной на рост обрабатывающей промышленности». Там в Азии «правительство играет стратегическую роль в определении приоритетов и формировании сил и организации, необходимых для достижения этой цели». Какие выводы из этого анализа делает Гроув, и что он предлагает? А предлагает он то, что «первой задачей является восстановление нашего [ американского] промышленного достояния». И если для этого нужны протекционистские меры, -пишет Гроув, то пусть будет так!

Вот вкратце суть по-настоящему честных (а не пропагандистких) размышлений об организации промышленного производства от легендарного руководителя промышленной индустрии США Энди Гроува, о состоянии дел в американской экономике на 2010 год (кстати, не так уж и давно это было).

Прислушались ли к его словам и предложения в США? Не сразу, но изменения промышленной политики в США сегодня налицо. Гендиректор Apple Тим Кук заявил в конце 2022 года, что компания перейдет на приобретение чипов, изготовленных на будущем заводе тайваньской компании TSMC в Финиксе, Аризона. Компания Foxconn, один из крупнейших поставщиков Apple, начала строительство заводов по производству полностью электрических автомобилей в США и Таиланде в 2021 году и надеется, что они будут введены в эксплуатацию к 2023 году. Европейские автопроизводители Volkswagen и BMW, шведская компания по производству аккумуляторов Northvolt, итальянский производитель солнечных батарей Enel, даже поставляющий аккумуляторы для Tesla японский концерн Panasonic – все они уже инвестируют в развитие бизнеса в Соединенных Штатах. Все чаще компании ЕС приостанавливают производство и переносят его в Америку. Не все эти планы сбудутся в том формате, что задуман, но тренд понятен. Американские компании возвращают свое производство на родину, и создают все условия для компаний из других стран для строительства производственных площадок в США.

Какова мораль этой истории для Украины? А мораль такова, что 30 лет независимости украинские экономические власти следовали порочной парадигме развития, сформулированной Джоном Уильямсоном в 1989 году для развивающихся стран под названием «Вашингтонский консенсус», и являющейся по сути колониальной концепцией развития для них, которая обрекала страны, которые ее применяли на деградацию своих промышленных систем. В результате, когда в общем-то неотвратимая, в историческом смысле, агрессия России в Украину состоялась, у нас не оказалось необходимого по объемам национального промышленного производства военной продукции для оказания отпора врагу.

Мы что-то поняли из этой истории? Ничего. Мы по-прежнему составляем планы о большой приватизации, надеясь на то, что частная инициатива предпринимателей — это именно то, что придаст новый импульс развитию промышленности в Украине, при том, что опыт последних 30 лет говорит как раз об обратном. Между тем Энди Гроув, еще в 2010 году писал, что даже в такой развитой стране, как США, необходимо применять элементы промышленной политики. Что ж тогда о нас говорить? Нам она необходима как воздух!

То «изобретение пороха», о котором говорит Залужный возможно только в стране, которая имеет развитое национальное масштабированное промышленное производство. Как мы видим другие страны не очень охотно нам дают свой «порох» (они его эгоистично придерживают для себя). Поэтому выживание страны зависит сегодня от того, насколько быстро мы создадим в стране развитую промышленную систему. Нам наконец следует понять, что выработка сценариев развития нельзя выносить на аутсорсинг внешним игрокам, пусть даже таким, как Мировой банк и МВФ. Они сами не всегда последовательны и уверены в политике, которую они приводят.

Вспомним хотя бы «дело Доминика Стросс-Кана»: бывшего руководителя МВФ, который в 2011 году выступил с критикой политики МВФ, которую они проводили в развивающихся странах, и поплатился за это своим местом. Я об этом уже писал.

Мы должны исключительно сами вырабатывать свои экономические программы, опираясь на экономические теории, выработанные человечеством за всю его историю, а не только за последнее время, и свое разумение их. Как делал это, например, в свое время южнокорейский лидер Пак Чонхи и его последователи. Он также был союзником США, но, несмотря на оказываемое на него давление американских консультантов, вопреки их советам, он проводил свою независимою промышленную политику, которая и сделала к концу 20-века Южную Корею одной их самых развитых стран мира, несмотря на то, что в начале 60-х годов прошлого века страна была одной из самых нищих в мире (беднее, чем даже некоторые страны в Африке). Страна, которая некритически следует настоятельным «рекомендациям» внешних консультантов, рано или поздно попадет в беду, ведь консультанты не несут никаких рисков, в случае провала их «политики», в то время как страна их несет, что мы сегодня и имеем в войне с Россией.

Пора наконец осознать, что, продолжая следовать порочным советам бюрократов МВФ, о проведении в жизнь идей Вашингтонского консенсуса, мы только углубляем яму, в которой мы уже оказались. На месте наших руководителей, я бы обратил внимание на идеи, приведенные в статье Энди Гроува, и сегодняшнюю практику западных производственных компаний.

Пора нам понять, что вооружения и «порох» в необходимом количестве, страна должна стремиться произвести сама. А западные союзники, всего лишь, должны помогать нам в этом. Не наоборот. И промышленная политика-единственное средство достижения этих целей, как говорится: для всех времен и для всех народов.