Что угрожает Европе и почему Украине не стоит торопиться в ЕС

В 2014—2015 годах Европу всколыхнула "популистская волна", когда на фоне "миграционного кризиса" резко возросла популярность различных правых и левых популистских политических партий. Тогда создавалось впечатление, что популисты будут управлять Европой и в конце концов Евросоюз развалят, Украину бросят на произвол судьбы в противостоянии с Россией и спровоцируют какие-то конфликты на континенте. Впрочем, этого не случилось.

Некоторые популистские партии побывали у власти, потеряли популярность и впоследствии проиграли, как это произошло с "Движением 5 звезд" в Италии или с партией СИРИЗА в Греции. Другие политические силы были вынуждены подстроиться под политический мейнстрим и отказаться от некоторых своих слишком радикальных идей, как это произошло, например, с Партией свободы в Австрии, "Партией финнов" в Финляндии или партией "Фидес" в Венгрии. Наконец, были и популисты, которые не смогли получить хороший результат на выборах, несмотря на все ожидания, например, "Альтернатива для Германии", впоследствии погрузившаяся во внутренние конфликты.

Спрос на новые лица и бунт против системы

Хотя популисты не стали главной политической силой в Европе, тренд, который они показали своей активизацией в 2014—2015 годах, никуда не исчез. Это сложно понять, если относиться к популистам как к аномалии, возникшей в связи с наплывом множества иммигрантов и на фоне войны в Украине. По-моему, то, что назвали популизмом в Европе, было больше связано с изменениями самой европейской политики, эрозией привычных принципов управления и формирования политической власти, а также с изменением поколений и нарастанием разрывов между разными регионами.

Миграционный кризис 2014—2015 годов и война России против Украины стали лишь фоном, который ускорил те процессы, которые уже развивались в Европе некоторое время.

Во-первых, в ЕС давно существуют разрывы в развитии разных регионов, порождающих напряженность в отношениях между "старой" и "новой" Европой. Ярким примером послужили конфликты между Брюсселем и польско-венгерским тандемом. В основе спора лежат разные взгляды на то, как должен функционировать ЕС, и как разные страны смотрят на вопросы свободы, справедливости, прав, демократии и госуправления. В каком-то смысле этот конфликт отражает ту разницу, которая ощущается между Западной и Восточной Европой, которую интеграция в ЕС, похоже, полностью размыть не смогла. Более того, некоторые страны Центрально-Восточной Европы даже и не хотят становиться в морально-ценностные рамки, которые им навязывают из Брюсселя, Парижа и Берлина. Я бы пошел дальше и сказал, что мы имеем дело с последствиями того, что ЕС все еще не "поглотил" до конца посткоммунистические страны, быстро интегрированные в ЕС в 1990-х и 2000-х.

Во-вторых, в странах ЕС всегда сохранялась битва между теми, кто выступал за ускоренную интеграцию на политическом уровне, с доминированием наднациональных институций, и теми, кто считал, что Брюссель не должен руководить национальными столицами, а наоборот: национальные парламенты и правительства должны сохранять максимальный суверенитет. Именно по этой причине Великобритания покинула ЕС. Эти дебаты продолжаются и сегодня, каждый раз, когда поднимается тема реформирования Евросоюза.

В-третьих, новое поколение европейцев пользуется спросом на новые лица, нетривиальные идеи, на небольшой "бунт" против системы, от которой многие устали. Во многих странах Европы сложилась ситуация, когда управлением государства занимаются две крупные мейнстримные партии, управляющие государством чуть ли не с момента завершения Второй Мировой войны. Следовательно, ожидается, что постепенно появляются новые политические силы, претендующие на то, чтобы размыть это 2- или 3-партийное доминирование. К этому же добавляется присущая людям во времена кризиса жажда "вождизма", стремление избрать лидером некоего харизматичного, сильного персонажа, который, по мнению избирателей, единственный способный вести корабль через эти бурные ветры.

В четвертых, традиционным партиям стало сложнее договариваться между собой. Поляризация в обществе и мире привела к невозможности найти общий язык, отходя от центристских позиций в пользу более радикальных идей, нравящихся электорату. Это заставляет мейнстримные партии искать поддержки в других политических проектах, а коалиционные переговоры часто затягиваются на месяцы.

Новый европейский тренд может отразиться на Украине

Сегодня мы наблюдаем подобную картинку. Очередной этап войны России против Украины снова вернул людей в тревожное состояние. Последствия войны создали дополнительные социально-экономические вызовы, автоматически приводящие к падению популярности ныне находящихся у власти политиков. Нарастание международных напряжений на фоне очевидной слабости Евросоюза как геополитического игрока вызывает у людей недоверие к нынешним лидерам, разжигая спрос на новых политиков, способных что-то изменить путем нетрадиционных решений, которые, по мнению людей, могут быстро и безболезненно решать все проблемы. В результате мы наблюдаем "ренессанс" популистских партий, которые сами понимают эти тенденции и играют на настроениях избирателей, выступая с антиэлитарной платформы, с радикальными идеями и позиционируя себя как альтернативу традиционному истеблишменту.

Впрочем, у таких партий недостаточно легитимности, опыта и поддержки, чтобы сразу одержать сумасшедшую победу на выборах и самостоятельно сформировать правительство. Более того, некоторые из них и не желают этого делать, тем самым беря на себя всю ответственность за ситуацию в стране и Европе. Поэтому многие из них не занимают первые и вторые места, но получают достаточно голосов, чтобы традиционные крупные партии были вынуждены с ними считаться, снимать табу на сотрудничество с радикалами и даже вступать в коалиционные переговоры.

На мой взгляд, мы видим именно этот тренд в Европе: попытки право- и леворадикальных популистских партий зайти во власть в союзе с мейнстримными партиями, пользуясь своей "золотой акцией", которую они часто получают на выборах за счет голосов разочарованного электората традиционных партий. На недавних выборах в Испании социалисты вынуждены были заключить соглашение с каталонскими сепаратистами, чтобы сформировать правительство меньшинства. В Швеции праворадикальная партия "Шведские демократы" стала второй крупнейшей фракцией в парламенте и, хотя не стала входить в правительство, но подписала соглашение о его поддержке в парламенте. В Финляндии праворадикальная "Партия финнов" также стала четвёртым партнером коалиционного правительства.

Для Украины эта тенденция может иметь несколько последствий.

Во-первых, усиление аутсайдеров и популистов приводит к изменению политической повестки дня и власти. Мы вынуждены иметь дело с новым правительством или изменением его интересов и приоритетов. Например, многие право- и леворадикальные политические силы склонны скептически относиться к приоритетности вопроса Украины во внешней политике. По их мнению, правительство должно заниматься, в первую очередь, внутренними вопросами. Это не значит, что они сразу же отменят всю помощь Украине или будут блокировать ее на уровне ЕС. Это означает, что они не сочтут этот вопрос приоритетным или захотят уменьшить расходы на него. Наша задача в этом контексте – вести разъяснительную работу и налаживать контакты с этими партиями, а не просто отмахиваться от них как от популистов и неадекватов.

Во-вторых, смена власти в странах Европы может привести к изменению политических раскладов в Брюсселе. В следующем году будут выборы в Европарламент. В зависимости от результатов это повлияет и на объемы помощи Украине, и на темпы наших переговоров о вступлении в Евросоюз. Украине следует готовиться к тому, что переговоры будут долгими, изнурительными и необязательно удачными. Евроинтеграция, будучи нашей политической целью, рассматривается в Европе с экономической точки зрения, и далеко не все популистские партии поддерживают идею дальнейшего расширения ЕС.

В-третьих, непредсказуемость европейской политики и ее нестабильность в результате изменения политического баланса в странах Европы приведет к серьезным дебатам о будущем ЕС. Это значит, что Евросоюз будет меняться в ближайшие годы либо в сторону усиления интеграции, либо наоборот. Это напрямую затрагивает наши евроинтеграционные интересы, поэтому нам не стоит спешить с евроинтеграцией, не понимая, каким будет ЕС на момент нашего вступления, и будет ли он нас устраивать в таком виде. К тому же нестабильность будет заставлять страны приоритезировать внутренние вопросы, а не внешнюю политику. С этим мы ничего не сделаем, нам следует корректировать свои цели и расходы соответствующим образом.