"Военная помощь Запада Украине — это даже меньше, чем ни о чем": израильский военный журналист

Уже более месяца на Ближнем Востоке продолжается активная фаза противостояния Армии обороны Израиля и террористов ХАМАСа. ЦАХАЛ проводит наземную операцию в Секторе Газа, методично уничтожая схроны боевиков, а в это же время Европу захватывает волна пропалестинских протестов.

Как будет развиваться конфликт, почему Израиль не согласен на прекращение огня и проигрывает информационное противостояние и какая связь между войной в Украине и на Ближнем Востоке? На эти и другие вопросы в интервью "Телеграфу" ответил израильский военный журналист Сергей Ауслендер.

— Сергей, Армия обороны Израиля зашла на территорию больницы "Аль-Шифа" в Секторе Газа, где предположительно находится командный центр ХАМАС и склады оружия террористов. Расскажите, что вообще являет собой это укрепление террористов? Насколько сложно его будет зачистить, и как долго это может продлиться?

— "Шифа" строилась когда-то Израилем по израильскому проекту в Газе после того, как Газа после Шестидневной войны перешла под контроль Израиля. В ней было построено три подземных уровня, как и в любой израильской больнице есть три подземных этажа. В обычное время эти этажи используют как парковку либо как склад, но в случае войны туда может переехать вся больница (например, сейчас на юге и севере часть больниц эвакуированы под землю). Подземные этажи были построены на случай большой войны с Египтом.

Когда Газа перешла под контроль террористов, в 2005 году, они сразу начали строить свои бункеры под этой больницей, прекрасно понимая, что Израиль не атакует госпитали никогда. Террористы углубились еще под эти подземные этажи: по данным нашей разведки, под этими тремя подземными уровнями есть еще как минимум два, в которых находятся бункеры, оперативные штабы, склад террористов. Там же, типа, резиденция, где прячутся их главари на случай большой войны. И это уже не раз было, когда мы с ними воевали в 2014, в 2021 году.

"Зачищать" эти этажи чрезвычайно сложно, потому что это подземный город. Как в нем воевать? Ты не знаешь ничего, а противник знает все в этом городе. На поверхности городской бой считается чрезвычайно сложной формой, а уж под землей — тем более. То есть, это бой слепого со зрячим буквально. И поэтому армия не очень торопится туда заходить, пытаясь найти различные способы: с помощью агентурной разведки, допросов пленных, захвата планов, карт для того, чтобы понять, как это все устроено, чтобы туда проникнуть.

Нет проблемы кинуть противобункерную бомбу и всё там похоронить, но для этого придется полностью уничтожить больницу. А мы этого себе позволить не можем. Поэтому сейчас армия взяла контроль над "Шифой" на поверхности и будет постепенно проникать вглубь.

— "Зачистка" больницы будет означать, что с ХАМАС в большей степени покончено, что террористы разгромлены?

— Если главный бункер действительно находится под больницей "Шифа", как полагает наша разведка, то "зачистка" будет важным символическим моментом, говорящим о том, что израильская армия устанавливает контроль над северной частью анклава, над городом Газа, а ХАМАС его теряет. Кроме того, освободив больницу от террористов, армия больше не позволит использовать ее в качестве рычага давления или в качестве живого щита.

— Недавно Reuters сообщал, что переговоры по освобождению заложников остановлены. Что вам об этом известно?

— Они постоянно идут, просто надо поменьше об этом трепаться. Наша задача — заботиться о семьях похищенных, но тактические, политические, разведывательные шаги, которые делаются для их освобождения, обсуждать не нужно, ведь это может только повредить делу.

Понятно, что у ХАМАСа сейчас в руках колоссальный актив: почти 240 израильских граждан, включая грудных детей (есть даже данные, что ребенок родился у одной из заложниц, прямо в плену). ХАМАС максимально постарается выжать из этой ситуации все, что только можно. С их стороны ведется такая психологическая война: мы освободим 20 заложников в обмен на трехдневное прекращения огня. Потом они объявляют, что прекращение огня сорвалось по вине Израиля. Или же: мы освободим 100 заложников (женщин и детей), в обмен на 100 женщин и несовершеннолетних террористов, которые содержатся в израильских тюрьмах. Они торгуются и будут торговаться до последнего, плюс ситуация абсолютно беспрецедентная, ведь такого никогда не было.

— Это прекращение огня, о котором говорит не только ХАМАС, но и лидеры некоторых арабских стран, насколько будет губительным для Израиля, если на него согласиться?

— Это нехорошо для Израиля. Когда речь идет о гуманитарном прекращении огня в районе гуманитарного коридора на 3–4 часа, то это не проблема. Но если речь идет о 5-дневном прекращении огня, то это плохо и губительно для военной составляющей операции. Это даст ХАМАСу время на передышку чтобы перегруппироваться, подтянуть логистику, перевезти раненых в убежище, перевооружиться, перезарядить ракетные установки и так далее. Поэтому Израиль с этим категорически не согласен.

Кроме того, вопрос как будут соблюдаться эти перемирия. В 2014 году во время операции "Несокрушимая скала" 17 раз объявляли такие долгосрочные перемирия (от суток и более) и 17 раз они нарушались самим ХАМАСом. С этой публикой мы уже очень хорошо знакомы и все договоренности с ними не стоят ровным счетом ничего.

— Какие сценарии видите для Сектора Газа после разгрома ХАМАСа?

— На данный момент это проблема. Нет ни одного варианта, принятого в качестве рабочей концепции. Возьмем, например вариант передачи Газы под контроль Палестинской автономии, то есть под контроль администрации Махмуда Аббаса. А Махмуд Аббас поддерживает террористов. Он и сам террорист в каком-то смысле: он человек, защитивший диссертацию по отрицанию Холокоста. Проблематичный партнер, хотя другого варианта особо нет.

Или передача территории под контроль Египта. А Египет вообще не хочет этим заниматься. Поэтому остается открытой вся эта история. Хотя и премьер, и министр обороны заявили, что военное присутствие Израиля в Газе сохранится. Возможно, это будет модель Западного Берега, где управляет Палестинская автономия, но израильская армия и спецслужбы имеют полную свободу действий, чтобы в случае чего купировать любые проблемы.

— А эта война может стать затяжной?

— Затяжная война — это не сценарий для Израиля. У нас ограниченный ресурс и мы не можем воевать долго. У нас 350 тысяч самых работоспособных, креативных мужиков сейчас находятся в армии. Война стоит нам 250 млн долларов в день. Мы тратим огромные ресурсы на эту войну и продолжать в таком режиме год не можем. Поэтому думаю, что постараются это дело как можно быстрее закончить. Но опять же, все будет зависеть от того, насколько быстро мы достигнем поставленных целей: уничтожение ХАМАСа и освобождение заложников.

— Про 350 тысяч мобилизованных резервистов, о которых вы упомянули. Как эта мобилизация проходила в Израиле? У нас есть такие, кто от мобилизации бегает, в Израиле тоже?

— У нас практически все были мобилизованы в течение 48 часов и был даже перебор, потому что пришло много людей из тех, кто не получил т.наз приказ № 8: "Немедленно явиться в часть". В Израиле же нет призывных пунктов для резервистов. У каждого резервиста дома комплект формы и человек знает, что если ему приходит приказ № 8, то он сразу должен явиться в свою часть. Был сбой в логистике, не хватало снаряжения на всех, ведь такого количества резервистов армия не призывала никогда, даже во время войны Судного дня.

— Вы согласны с тем, что Израиль проиграл информационную войну? Имею в виду то, как освещают эту войну некоторые западные СМИ, не называющие ХАМАС террористами, или же пропалестинские протесты в Европе.

— А у нас не было шанса ее выиграть. Как мы ее можем выиграть, если сообщение пресс-службы армии, в котором сказано, что медицинские бригады и военные-носители арабского языка вошли в госпиталь "Шифа" с целью оказания помощи, а BBC переводит его, что целью израильских военных являются медицинские бригады и носители арабского языка. Это же просто ровно противоположный смысл.

Информационная работа всегда была провальной отраслью в Израиле. В этой войне мы еще демонстрируем гораздо бо́льшие успехи, но в целом в мире все равно настрой такой, что тут ни делай, хоть как себя ни веди, а останешься виноват. И поскольку это уже все поняли и приняли, то всем в Израиле наплевать, кто и что скажет о нас. Пусть говорят, что хотят, а наша задача сейчас уничтожить ХАМАС.

— Вы говорите, что затяжная война — не вариант для Израиля. Но очевидно, что это чудесный вариант для россии, ведь война на Ближнем Востоке просто-таки "подарок" для путина. В связи с этим, россия сделает все, чтобы конфликт длился как можно дольше?

— Факт, что россии эта война очень выгодна, как минимум, в медийном смысле. Если посмотреть на содержание мировых медиа, то ощущение, что война в Украине закончилась. Войну в Украине медийно абсолютно вытеснил Израиль, особенно "страдающие дети Палестины". И в этом смысле для россии это совершенно выгодно.

— Позиционная война, о которой говорит генерал Залужный. По вашему мнению, насколько такое развитие событий опасно для Украины?

— В ресурсном плане очень опасно. Если российский мобилизационный ресурс в 5–7 раз превосходит украинский, то "размен" пять к одному им будет выгоден. И им же совершенно не важно, сколько людей погибнет, лишь бы продвинуться еще на 200 метров в Авдеевке. Позиционная война может длиться десятилетиями, как длилась 8 лет ирано-иракская война (1980-88 гг.), а закончилась ровно на тех же позициях, с которых началась.

Украину это будет истощать, ведь она не в состоянии нормально функционировать в режиме полноценного государства. Вы и так-то сейчас находитесь на "искусственном дыхании" у Запада, поэтому задача путина — тянуть, тянуть и тянуть до упора, пока эта война кому-то не надоест на Западе, и Запад начнет давить на вас с целью принудить Украину к переговорам.

— А Западу уже "надоело"?

— Я пока не вижу свидетельств того, что Запад устал от войны или у него заканчиваются деньги. Ну, это просто смешно: в масштабах Запада помощь Украине 100 млрд долларов за два года, это ни о чем. Это меньше, чем ни о чем. Но, в любом случае, чтобы эти деньги выделять и тратить, на Западе требуется консенсус.

— Залужный говорит о новых технологических решениях, которые нужны Украине, чтобы получить преимущество перед противником. ЦАХАЛ – более чем технологичная армия, но всегда будут находиться варвары, готовые умирать, которых это не останавливает.

— Думаю, Залужный имел в виду, что нужно качественно перевооружить ВСУ: авиация, дальнобойные ракеты в большом количестве. Но Запад пока не сильно рвется предоставлять вам все это оружие.

— Почему, кстати, не рвется?

— Я полагаю, что на Западе сделана ставка на войну, на истощение. россия ведь свою армию потратила в Украине и продолжает тратить. Поэтому Запад и дает так дозированно оружие.

Вот представьте, что весь набор вооружений, который ваша армия получила к началу летне-осеннего наступления, был бы у ВСУ в момент начала Харьковской операции. Даже половина этого вооружения. ВСУ обрушили бы весь фронт. Но этого оружия тогда не было, потом дали чуть-чуть, а потом ATACMS пришли уже после фактически завершения этого этапа наступления. Да, это прекрасное оружие, спору нет, но если бы оно было в июне, а не октябре, то это был бы совершенно другой расклад.

— Администрация Байдена пробовала протащить помощь Украине в одном пакете с помощью Израилю. Скажите, Украина и Израиль — это один "пакет"? Как эти конфликты связаны?

— Суперпрямой зависимости нет, но факт, что это все звенья одной цепи. В мире же сложилась "ось зла": россия, Иран, Северная Корея, ХАМАС, Китай… А с другой стороны западный мир, свободный и демократический, который помогает Украине и Израилю как части этого западного мира. Поэтому, конечно, это все звенья одной цепи, но я бы не искал прямую связь между этими конфликтами. Хотя вполне возможно, что я ошибаюсь и связь есть, просто мы ее пока не видим. Грубо говоря, как "холодная война" между СССР и США, которая периодически переростала в "горячие" конфликты, например Вьетнамский. И это тоже проявления условной Третьей мировой войны, которая сейчас происходит между свободным миром во главе с США и "осью зла". Там Иран играет одну из ключевых ролей, конечно, же россия, ну, и Китай, который чуть особняком стоит, но явно, что он в этом всем заинтересован.