У Києві зріс рівень захворюваності на Covid-19

Если в супермаркетах в цене на товары на кражи изначально заложено до 5 %, то во время предвыборных кампаний из партийного или кандидатского котла раскрадывается минимум процентов 20. Это в лучшем случае, ибо эксперты вспоминали примеры, когда технические кандидаты прикарманивали до 90% выделенных им средств. И хотя технологии «распила» предвыборных бюджетов особо не меняются, спонсоры кампаний уже смирились с тем, что уменьшить процент, которым надо обязательно поделиться с «сочувствующими», вряд ли в ближайшее время удастся. Возможны лишь локальные успехи.

ОТКАТЫ ПРЕССЫ И ЭФИРА

Как правило, на любой выборной кампании деньги уходят налево по отработанным годами направлениям. Первое из них – работа со СМИ. Понятие отката никто не отменял, и ответственные за этот сектор работы просто договариваются с медиа-менеджерами о взаимовыгодном размещении материала о том или ином кандидате. Цифра для руководства штаба пишется одна, на деле же платится меньшая. Экс-руководитель штаба Виктора Януковича в 2004-м Тарас Чорновил утверждает, что сам он располагал на тот период (между вторым и третьим турами) минимальными ресурсами, так что «осваивать» ему было нечего. Впрочем, депутат согласился поделиться с «Главкомом» известными ему случаями.

«Например, трансляция съезда на солидном телеканале не проплачивается официально, а подается как общественно значимое событие. Ответственное лицо проплачивает три миллиона гривен серьезному каналу, а своему начальству говорит, что это будет стоить пять. Начальство кривится, но поскольку все идет наличкой и нигде не светится, отсчитывает пять миллионов. Пару таких случаев я лично знаю», – говорит Тарас Чорновил.

Реальную стоимость «джинсы» кураторам кампании проверить сложнее всего. Более того, медиа могут подавать один прайс «для отчетности», другой – для внутреннего потребления. Поймать нечистых на руку может помочь переход на прозрачные схемы проплат. Впрочем, этого перехода зачастую избегают сами первые лица.

«Я просто не давал людям живых денег, – рассказывает «Главкому» организатор кампании одной из партий. – Говорил: принесите счет с телеканала, и мы оплатим все по безналу. Видели бы вы, как они менялись в лице».

На самом деле, при большом желании и некоторых связях манипуляции можно отследить. Один из собеседников «Главкома» рассказывает, что в 2004-м к нему приходил представитель одной газеты с тиражом в 30 тысяч экземпляров и предлагал «порекламировать Ющенко». Небольшая же проверка выявила, что реальный тираж издания – в 6 раз меньше. Когда об это прямо сказали этому самому представителю, он точно так же прямо предложил представителям штаба Ющенко поделиться с ними третью суммы.

ЗОЛОТЫЕ БИЛБОРДЫ И БЕДНЫЕ «НИЗЫ»

Золотое дно для штабистов – работа с наружной рекламой и печатной продукцией. Элементарная игра на марже (реально плоскости покупаются за меньшие суммы, чем задекларированы), выторговывание оптовых скидок без уведомления центрального начальства, размещение заказа через «родственные» структуры – это еще относительно легальные схемы «заработка», был бы результат. В особо же беспредельных случаях тиражи агитационной продукции отличаются от задекларированных в разы, так же как и количество рекламных плоскостей. К тому же последние могут быть размещены вовсе не в тех многолюдных, а значит, более дорогих, местах, о которых отрапортовали начальству.

Ну и конечно же, на сторону уходит существенная доля сумм, выделенных на оплату массовке на митингах, агитаторам и членам комиссий, ассигнования на которых из-за кризиса и так сократились.

«Из центра выделено на область, например, десять миллионов, реально поступает восемь, а местному начальнику говорится – молчи, говори, что получил десять, – рассказывает Тарас Чорновил. – Тот передает в низшие организации 5 миллионов: мол, хватит вам и этого, а я не буду контролировать, как вы будете их использовать. В итоге местным партийцам говорится, что они должны работать на халяву, а они и работают соответственно, подрабатывая в штабах более щедрых оппонентов. Так же поступают и члены комиссий».

Встречались, конечно, и совсем уж экзотические способы отъема денег у кандидатов. Известна, например, история, когда один из штабов Леонида Кучмы размещал пиар-статьи в прессе, а другой штаб того же кандидата делал их подшивку и отчитывался как о своей работе. Но такая нескрываемая наглость понемногу остается в прошлом.

СРЕДСТВА БЕРЕГУТ ПОД ПЕРВЫЙ ТУР

«Работа штабов от выборах к выборам становится все более профессиональной, – делится наблюдениями депутат-«нунсовец» Владислав Каськив. – Если раньше каждым направлением занимались политики, то сейчас нанимают профессиональных менеджеров – директоров избирательной кампании».

Глава Комитета избирателей Украины Александр Черненко считает, что основные штабы давно определились со своими подрядчиками и дают заказы своим же фирмам. Кандидату выделяется финансирование, но реклама размещается через компании, близкие к спонсорам. Более того, ходят слухи, что привычный «донор» политиков Виктор Пинчук так загорелся кампанией Арсения Яценюка, что одно время фактически перебрал на себя руководство штабом. А за финансовой отчетностью штаба Сергея Тигипко, тратящего на наращивание политических мускулов собственные деньги, следит его собственная супруга.

«Но в целом деньги как крались, так и крадутся, – говорит Черненко. – И то, что сейчас во многих штабах нечем платить зарплату, связано не с тем, что все украли. Просто сейчас средства берегут непосредственно под первый и второй туры».

Агитационная деятельность сегодня действительно вяло сворачивается с тем, чтобы пустить основные средства на мобилизацию электората в дни перед выборами – соблазнить расслабленного новогодними праздниками избирателя шелестом купюр. Пока, по курсирующей информации, максимальная сумма, которую будут предлагать за голос, поставленный в квадратике напротив конкретного кандидата – 600 гривен.

Снижает возможности «нецелевого использования» и децентрализация финансовых потоков. Кандидат в президенты Юрий Костенко рассказал «Главкому», что «из центра» его Украинской народной партией тратится лишь порядка десяти миллионов гривен – это средства на рекламу. Остальное же – «инициатива местных активистов из областных партийных организаций».

«Проблема кражи денег, выделенных на кампанию, характерна больше для политических бизнес-проектов, – кивает Костенко на своих конкурентов по борьбе за президентский пост. – У нас же система организации финансового обеспечения очень прозрачная, да и объемы не те».

Небедных руководителей облорганизаций своего «Фронта змин» на местах пытался подбирать Арсений Яценюк, да и у Юлии Тимошенко хватает представителей в регионах, для которых финансирование кампании во вверенной им области не составит большого урона семейному бюджету (Тариэл Васадзе – в Запорожской, Александр Фельдман – в Харьковской области, Наталья Королевская – на Донбассе, Андрей Веревский – на Полтавщине). У последних в этом случае – кровная заинтересованность в максимальном контроле над бюджетами.

Приближающиеся выборы в местные советы позволяют действовать с региональными представителями калибром поменьше по принципу – поработай лучше сейчас (в том числе в плане финансового обеспечения кампании кандидата), получишь места в списках партии или блока через полгода. При такой схеме возможностей прикарманить деньги, спускаемые сверху, уменьшаются.

Другой вопрос, что деньги зачастую тратятся вроде бы открыто, но абсолютно бестолково. В качестве примеров эксперты приводят фальстарт Александра Мороза, изрядно потратившегося на билборды с обещанием «Подолати руїну», но не дождавшегося досрочных парламентских выборов, кампанию Арсения Яценюка («возле его палаток впору дворников ставить») и явный перебор с наружной рекламой и помпезностью концертного тура у Юлии Тимошенко.