В мае США не могли понять, почему Киев затягивает с началом контрнаступления - WP

В конце апреля Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг совершил необъявленный визит в Киев, чтобы встретиться с президентом Владимиром Зеленским. Он хотел обсудить с украинским лидером подготовку к саммиту НАТО в июле, в частности, стремление Киева присоединиться к Альянсу.

Но во время рабочего обеда с несколькими министрами и помощниками разговор перешел к подготовке к контрнаступлению: как обстоят дела и что еще предстоит сделать. Столтенберг, который на следующий день должен был поехать в Германию на заседание Контактной группы по обороне Украины, спросил об усилиях, нацеленных на обеспечение и подготовку украинских бригад до конца апреля, - рассказали два источника.

«Зеленский сообщил, что украинские военные ожидают, что до конца месяца бригады будут укомплектованы на 80% или 85%. Это противоречило ожиданиям США, которые считали, что Украина уже должна быть готова к началу наступления», – пишет Washington Post.

Украинский лидер также подчеркнул, что его войска должны удерживать восток, чтобы не дать России перебросить силы для блокирования южного контрнаступления Киева. По его словам, чтобы защитить восток и одновременно продвигаться на юг, Украине нужно больше бригад.

Украинские чиновники также продолжали утверждать, что расширение арсенала – это ключ для достижения успеха. Лишь в мае Великобритания объявила, что предоставит ракеты Storm Shadow большей дальности. Но еще одним основным рефреном со стороны Украины было то, что их просили воевать способом, о котором ни одна страна НАТО никогда бы не подумала - без эффективного контроля над небом.

К маю беспокойство у администрации Джо Байдена и среди союзников росло. Согласно планам, Украина уже должна была начать свои операции. По мнению американских военных, окно возможностей быстро уменьшалось. Разведка в течение зимы показала, что российская оборона была относительно слабой и в большинстве своем безлюдной, а моральный дух российских войск был низким после потерь в Харькове и Херсоне. По оценкам американской разведки, высшие российские офицеры считали перспективы мрачными.

Но эта оценка быстро менялась. Цель заключалась в том, чтобы нанести удар до того, как Москва будет готова, и американские военные пытались с середины апреля подтолкнуть Украину к действиям.

«Нам называли даты. Нам называли много дат. У нас был апрель, май, июнь. Это все откладывалось и откладывалось», – сказал высокопоставленный американский чиновник.

Тем временем оборона противника усиливалась. Американские военные были озабочены тем, что армия России использовала эти недели в апреле и мае для установления большого количества дополнительных мин, что, по мнению чиновников, значительно усложнило продвижение украинских войск. В Вашингтоне также начали беспокоиться, что украинцы сжигают слишком много артиллерийских снарядов, прежде всего вокруг Бахмута, необходимых для контрнаступления.

«С началом мая американцам казалось, что Киев, проявлявший активность во время военных симуляций, вдруг замедлился. Как будто включился «какой-то переключатель в психологии», когда они подошли к краю, «а потом вдруг подумали: «Что ж, давайте перепроверим, чтобы убедиться, что все в порядке»», - цитирует издание одного из чиновников администрации Байдена, принимавшего участие в планировании контрнаступления.

«Но они говорили нам почти месяц... Мы вот-вот поедем. Мы вот-вот поедем», – сказал чиновник.

Некоторые американские чиновники считали, что нет убедительных доказательств того, что задержка с началом наступления изменила шансы Украины на успех. Другие видели четкие признаки того, что Кремль успешно воспользовался промежуточным периодом на тех направлениях, которые, по его мнению, были линиями наступления Киева. В Украине нарастало разочарование другого рода.

«Когда у нас был рассчитан график, да, мы планировали начать операцию в мае. Но произошло многое», – сказал бывший высокопоставленный украинский чиновник, принимавший активное участие в этих усилиях.

В Киеве Washington Post сказали, что обещанное оборудование было доставлено с опозданием или прибыло непригодным для ведения боевых действий.

«Много поступающего сейчас вооружения было актуальным в прошлом году», - сказал высокопоставленный украинский военный чиновник.

По его словам, Украина получила лишь 15% оборудования, например установок для разминирования, необходимых для выполнения плана дистанционного прокладывания проходов через минные поля. Но, несмотря на это, американцы были недовольны задержкой с началом операции и жаловались на то, сколько войск Украина направляет в Бахмут.

В США чиновники заверили Washington Post, что Киев получил все необходимое до начала контрнаступления. Конечно, список пожеланий мог быть больше, но к началу операции украинская армия получила около двух десятков РСЗО, более 40 минных катков и экскаваторов, 1000 торпед Bangalore и более 80 тысяч дымовых гранат.

«Залужный просил 1000 бронемашин, а Пентагон предоставил 1500», – пишет издание.

В некоторых случаях, по словам чиновников, Украина не смогла развернуть оборудование, критически важное для наступления, держа его в резерве или выделяя подразделениям, не участвовавшим в наступлении. Потом была погода. Талый снег и сильные дожди, которые каждую весну превращают часть Украины в непроходимое болото, пришли с опозданием и продолжались дольше обычного.

По мере того, как подготовка ускорялась, беспокойство украинских чиновников становилось все острее. Оно проявилось в апреле на встрече на авиабазе Рамштайн в Германии, когда заместитель Залужного Михаил Забродский эмоционально обратился к союзнику с призывом о помощи.

«Нам очень жаль, но некоторые из полученных нами машин непригодны для ведения боевых действий», – сказал Забродский Остину и его помощникам.

Он добавил, что БМП Bradley и танки Leopard имели сломанные или отсутствующие гусеницы. У немецких боевых машин Marder не было радиостанций, они были не более чем железными коробками с гусеницами, совершенно бесполезными без возможности поддерживать связь со своими подразделениями. Также украинские чиновники говорят, что подразделениям для контрнаступления не хватало достаточного количества машин для разминирования и эвакуации.

«Остин посмотрел на генерала Кристофера Каволи, главнокомандующего Вооруженными силами США в Европе, и генерал-лейтенанта Антонио Агуто, главу Группы содействия безопасности в Украине, сидевших рядом с ним. Они сказали, что все проверят. Пентагон пришел к выводу, что украинская армия не смогла должным образом обслуживать технику после ее получения», – пишет Washington Post.

Остин поручил Агуто более интенсивно работать с украинскими коллегами по техническому обслуживанию. 1 июня руководство Европейского командования Вооруженных сил США и Пентагона было разочаровано и чувствовало, что получает мало ответов на свои вопросы.

Может быть, украинцы были напуганы потенциальными потерями? Возможно, существовали политические разногласия в украинском руководстве или проблемы в системе подчинения?

Контрнаступление наконец началось в начале июня. Некоторые украинские подразделения быстро добились небольших успехов, отвоевав села в Запорожской области к югу от Великой Новоселки в 130 километрах от Азовского побережья. Но в других местах даже западное оружие и подготовка не смогли полностью защитить украинские войска от сокрушительного огня России.

«Когда войска 37-й разведывательной бригады попытались наступать, они, как и другие подразделения, сразу почувствовали силу российской тактики. С первых минут штурма они попали под минометный огонь, пробивавший их французские бронированные машины AMX-10 RC. Их собственный артиллерийский огонь не помог так, как ожидалось. Солдаты выползали из горящих машин. В одном из подразделений 30 из 50 солдат попали в плен, были ранены или убиты. Потери украинской техники в первые дни включали в себя 20 боевых машин Bradley и 6 танков Leopard. Эти первые столкновения поразили офицеров в командном центре Залужного как гром среди ясного неба и заставили их задуматься над вопросом: была ли стратегия обречена?», – говорится в статье.