Уполномоченная по правам ребенка Дарья Герасимчук: Россия использует 6 сценариев похищения наших детей

На днях Минобороны Великобритании, ссылаясь на данные разведки, обнародовало информацию, что в 43 так называемых "лагерях перевоспитания" россияне содержат не менее 11 000 незаконно вывезенных из Украины детей. Страна-агрессор пытается украсть не только наши жизни, наши территории, наше культурное достояние, но и наше будущее. О том, какие сценарии используют оккупанты, что происходит с вывезенными детьми, какую цель преследует враг и как можно этому противодействовать, KP.UA беседует с советницей-уполномоченной президента по правам ребенка Дарией Герасимчук.

Наша правда юридически подтверждена

– Дарья, информация от Минобороны Британии может свидетельствовать о том, что за судьбу похищенных Россией детей болеем не только мы, но и весь цивилизованный мир?

- Безусловно, да. После того как Международный уголовный суд выдал ордер на арест Путина и уполномоченной при нем по правам детей Марии Львовой-Беловой, весь мир понял, что принудительное перемещение украинских детей – это настоящее преступление. А никакая не эвакуация, как пытается представить страна-агрессор. Это похищение. Украина говорила об этом еще в начале широкомасштабной агрессии, и наша правда имеет юридическое подтверждение.

Несмотря на то что до сих пор остаются те, кто стремится хоть как-то оправдать действия россиян, подавляющее большинство мирового сообщества поддерживает Украину и требует от РФ вернуть каждого ребенка в родную страну, в родной дом.

- Есть ли рычаги влияния?

– К сожалению, тотальной безопасности детей в мире просто не существует. Есть хорошо прописанные документы - Женевские конвенции, Конвенция по правам ребенка, международное гуманитарное право. Но весь этот комплекс работает, только когда выполняются его требования. РФ же не собирается ничего выполнять. Следовательно, должны быть изобретены механизмы давления на страну, которая отказывается жить по законам гуманизма.

Сейчас мировое сообщество, и мы это чувствуем, начинает понимать, что депортированные украинские дети – это не только проблема Украины, это проблема всего мира. Хотя, конечно, самая болезненная она для нас, потому что речь идет о нашем будущем – нашем похищенном будущем.

Это не лагерь отдыха. Это – плен

- Что известно об этих "лагерях перевоспитания"?

– У россиян есть хорошо спланированная геноцидная политика. После анализа 387 случаев возвращения домой наших детей мы можем говорить, что россияне придумали не менее шести сценариев похищения. Самый массовый – это вывоз детей в так называемые "лагеря отдыха". А там начинает работать четко прописанная методичка.

Сначала ребенок действительно как будто отдыхает. А через три – четыре недели, когда он начинает скучать по дому и спрашивать, когда уедет обратно, ему говорят, что возвращение невозможно. И начинаются разговоры наедине: "в Украине тебя никто уже не ждет", "там опасно", "ты должен остаться у нас"...

Происходит тотальное давление против всего украинского, вводятся наказания за употребление нашего языка, за любые высказывания о родине. А не дай бог ребенку сказать другому ребенку “Слава Украине!”, за это его палками могут избить, оставить без еды и прогулок, отправить в изолятор.

Об этом рассказывают все дети, которых удалось вернуть в Украину. В разных случаях все происходит совершенно одинаково, по одной методичке.

– Сколько ребенка могут содержать в таких лагерях?

– Сколько захотят. Есть случаи, когда нам удавалось вернуть ребенка через 8 месяцев и даже через год. Но в среднем через полгода ребенка начинают готовить к передаче в приемную российскую семью или перевозят по разным лагерям, чтобы у него не складывались постоянные отношения с другими детьми.

Это не лагерь отдыха, это настоящий плен.

Под видом оздоровления россиянам проще держать под контролем большую группу украинских детей и проводить с ними так называемую доктринацию. То есть оказывать максимальное давление с целью промывания мозгов. Чтобы дети и сами боялись вернуться домой, потеряли веру, что родители продолжают их любить, чтобы разрывались родственные связи.

А в некоторых лагерях еще милитаризация происходит. К примеру, лагеря так называемой Юнармии, куда россияне отправляют своих сложных подростков. Туда же помещают и украинских мальчиков в возрасте 14 – 16 лет, которых приучают к мысли, что после 18 им придет повестка в российскую армию. Принудительную паспортизацию тоже никто не отменял.

"Давайте одного или всех заберем"

- Есть мнение, что чаще всего россияне "спасают" детей, лишенных родительской опеки. Но вы говорите и о разлуке с любящими родителями. Можно подробнее обо всех сценариях?

– Да, я их перечислю, чтобы была ясна тактика врага.

• Сценарий 1. Дети похищаются после смерти родителей. То есть сначала россияне убивают взрослых, а затем делают вид, что спасают осиротевшего ребенка. Часто такие дети ранены после российских обстрелов.
• Сценарий 2. Ребенка похищают прямо из биологической семьи, незаконно лишая родителей их прав. Например, когда какая-то семья отказывается сотрудничать с временными оккупационными властями или придумывают другую причину. Могут просто забирать детей, которые находятся на попечении родственников.
• Сценарий 3. Детей разводят с родителями во время фильтраций. После выступления в Давосе на весь мир стала известна история 12-летнего Саши из Мариуполя, которого забрали от мамы в фильтрационном лагере и сказали, что она его бросила. Мальчика разыскала и спасла бабушка, а что случилось с мамой – мы не знаем до сих пор.
  Когда используются эти первые три сценария, у детей, как правило, отбирают личные вещи, не дают возможности связаться с родными, не сообщают родственникам о судьбе детей. Заявления российских властей о том, что они делают все, чтобы воссоединить семьи, – это абсолютная ложь.
• Сценарий 4. Это вывоз детей из учреждений институционального надзора. Россияне ни разу не согласовали запросы на гуманитарный коридор, чтобы детей можно было эвакуировать на подконтрольную Украине территорию. Ни одного! Зато они создают гуманитарный кризис, когда на оккупированных территориях заканчиваются лекарства, еда - и опять-таки "спасают" детей.
  Если мы говорим об учреждениях институционального надзора, которые вывезли россияне после 24 февраля прошлого года детей, то мы знаем поименно всех детей. А вот если говорим о 9 годах аннексии Крыма, части Луганской, Донецкой областей, то здесь вопрос посложнее. Мы не знаем, какие заведения сохранились в настоящее время, закрылись или были созданы. Но это все украинские дети, которые были лишены своей родины насильственно.
• Сценарий 5. Это те же лагеря «перевоспитания», о которых мы уже говорили. Детей разводят с родными и ломают психику.
• Сценарий 6. Россияне образуют так называемые принудительные медицинские осмотры на временно оккупированных территориях, и у совершенно здоровых детей вдруг появляется диагноз, ребенок "нуждается" в лечении и реабилитации в РФ. Могут обойтись и без медосмотра. Приведу реальный пример: в Херсоне к семье с пятью детьми пришли представители оккупационных властей и сказали, что один ребенок должен поехать с ними. Если родители не согласны, то заберут всех пятерых.

- Это как будто какой-то оброк...

- Именно так. Или налог, который украинцы должны платить оккупанту своими детьми. Нормальный человек не может такое даже вообразить!

Цель всех сценариев одна: либо уничтожать наших детей на украинских территориях – убивать, наносить психологическое или сексуальное насилие, либо похищать, чтобы пополнять нашими детьми свою нацию, свою армию.

Механизма возврата не существует, каждая операция – индивидуальная

– В прессе были рассказы о том, что родители добровольно отправляли детей в лагеря, веря в оздоровление.

- Да, есть родители, даже переживающие, что их обвинят в коллаборационизме за то, что подписывали какие-то документы. Все это происходило и происходит абсолютно по принуждению, родители просто не имели другого выхода. Большинство родителей даже ничего не подписывали, документы на детей в лагерях были подделаны.

- А известны случаи усыновления россиянами похищенных детей? Это как-то можно урегулировать?

- О никаком урегулировании не может идти речь, потому что речь о преступлении. Ни Украина, ни одна страна мира не признает такие юридические процессы.

Такие случаи, как правило, фиксировали. И о взятии под опеку, и об усыновлении. С усыновлением ситуация сложнее, потому что везде в мире существует его тайна, в РФ она тоже есть. Но никак это не может быть законным. Каждый украинский ребенок должен вернуться домой.

- По возможности, расскажите о механизме возврата. Есть ли поддержка международных гуманитарных организаций?

– Это очень тяжелый процесс. Именно потому, что нет единого механизма. Механизм может работать только тогда, когда государство отдает детей. А здесь мы говорим о стране-оккупанте, которая не признает, что похищает детей, что удерживает их, по сути, в плену.

Сейчас мы пытаемся привлечь все мировое сообщество, объединяемся, чтобы создать такую ​​процедуру, которая заставит Россию отдать всех украинских детей. Уже видим определенные варианты, но это требует информационной тишины.

Что касается международных организаций, то самый широкий мандат в этом вопросе имеет Международный комитет Красного Креста. Но он, к сожалению, никак себя не проявил, мы разочарованы его бездействием.

Однако мы также понимаем, что в переговорах о возвращении детей без посредничества мы не можем обойтись. Речь идет о странах, которые могут взять на себя такую ​​миссию, об активизации международных сообществ. Мы снова возвращаемся к тому, что это не только украинская проблема, это проблема мировая, потому что такая беда может случиться в любой стране, а никто не хочет, чтобы она случилась.

Пока можем говорить о разработках индивидуальных операций по спасению отдельных детей или небольших групп. Повторяю, это очень сложно.

Речь может идти о 200-300 тысячах детей

– Сколько детей были депортированы или принудительно перемещены?

- По данным государственной информационной платформы " Дети войны " по состоянию на сегодняшний день, депортированы или принудительно перемещены 19 546 детей. Это те, о которых есть подлинные сведения. На самом деле речь может идти о 200-300 тысячах детей. Приблизительно такое количество могло оставаться на временно оккупированных территориях.

Россия заявляет о 744 000 украинских детях, которых якобы эвакуировали. Но о них ничего не известно. Россия никому не отчитывается, не предоставляет списки или персональную информацию. Мы считаем, что эта цифра слишком преувеличена, как и все в российской пропаганде.

– В прифронтовой зоне до сих пор остаются дети. Они тоже могут попасть в плен или погибнуть. А вокруг принудительной эвакуации идет полемика.

– Принудительная эвакуация действует уже сейчас. Просто она происходит при обязательном участии одного из родителей. Мы должны беспокоиться о жизни и здоровье детей, но не можем лишать их семьи.

Мы продолжаем призывать родителей, родственников вывозить детей из зоны риска, уверяем, что поддержим во всем. Но если люди постоянно находятся в состоянии стресса, им тяжело принимать адекватные решения. Единственная стабильность – это их дом, вот они и говорят, что пока стоит дом, никуда не поедут.

Вопрос очень сложный. Ни в одной стране мира нет такого понятия, как принудительная эвакуация. Ответственность за детей несут родители. Мы стараемся работать с ними по максимуму, уговариваем не прятать, вывозить детей в безопасные места.

- Многие не хотят выезжать из зоны постоянных обстрелов, потому что некуда. У людей нет за пределами региона родных или близких. Такие семьи могут рассчитывать на помощь?

– Конечно, могут! Их вывезут, приютят, окажут материальную, гуманитарную помощь. Дети смогут ходить в школы, в детские сады, а не дрожать от взрывов в подвалах. В Украине никто никого не бросит.