Какие прогнозы по экономике Украины на следующий год?

Надо набраться общенационального терпения. Продолжается битва за экзистенциальный выбор

Следующий год будет сложным в военном плане. Мы будем ограничены в действиях из-за исчерпания запасов вооружения и военной техники у наших партнеров, слишком медленными темпами восстановления их оборонной промышленности и небольшими возможностями по наращиванию собственного военного производства. Поэтому надо набраться “общенационального терпения”, максимально воздержаться от общественного давления на высшее военно-политическое руководство государства в части требований “быстрых масштабных побед и наступлений” (как это было в конце 2022 года) и дать ему возможность выстроить и применять такую стратегию и тактику, которые принесут наибольший успех в будущем. Наша цель – не только освобождение наших территорий и максимальное ослабление потенциала врага (который остается сильным), но и сохранение жизни защитников и защитниц Украины, гражданского населения, уменьшение масштабов разрушений, избежание превращения наших территорий в “мертвые земли”.

Мы должны помнить, что, несмотря на огромные потери 2022-2023 годы в личном составе и технике, в войске и на хранении врага еще находятся 57% от первоначального количества танков, 63% боевых бронированных машин, 77% самолетов, 66% вертолетов (без нового производства). И хотя часть из этого будет иметь ограниченные возможности для применения – это все еще очень много, чтобы вести длительную позиционную войну. Нам с союзниками придется приложить немало усилий для быстрой реанимации и наращивания военного производства. Учитывая подписанные в 2022-2023 годах контракты, рассчитываем на появление более широкой линейки техники совместного производства уже в 2024 году.

Это будет сложный год в геополитическом плане. Увеличение веса евроскептиков, выборы в США, эхо чего мы уже почувствовали под конец текущего года. В этом плане сверхважная задача для нашей дипломатии – не дать “сойти с радаров” длительной войне России против Украины, усиливать фокус на необходимости расширения “военного” и невоенных (финансового, гуманитарного, энергетического) “Рамштайн”, активизировать работу с государствами “Глобального Юга” и теми, кто до сих пор не дал трезвую оценку и не определился – на чьей он стороне. Мы должны поддержать такую динамику контактов, которую демонстрируют, например, консультации по Формуле мира.

Если во время первого раунда в Копенгагене речь шла о представителях 13 государств ЕС, то встреча в Киеве 1 декабря собрала уже представителей 86 государств и международных организаций. Необходимы дополнительные усилия для расширения коалиции “военного Рамштейна”, ведь потенциал задействованных в нем сейчас стран постепенно исчерпывается. Должны добавить напора во внедрении новых и расширении санкций против России, ведь скорость окончания войны зависит не только от нашей способности уничтожать врага на поле боя, но и от его возможности продолжать вести эту войну. Призываю наших партнеров отказаться от своих опасений, что поставки новых видов оружия (прежде всего, для “контроля над небом”) и введение расширенных санкций могут “спровоцировать Россию на эскалацию”. Не умаляя военный потенциал и коварство врага, все же напомню, что страна, декларировавшая полную гегемонию на Черным морем, сейчас вынуждена прятать остатки своего флота от украинских морских дронов и ракет…

Главный риск для макрофинансовой стабильности – полнота и ритмичность внешнего финансирования. Ситуация сложная и будет отличаться от этого года. Впрочем, с 1 января 2024 года бюджетное финансирование не остановится. Есть запас до двух месяцев, в течение которых рассчитываем на законодательное оформление политических решений о выделении большей части из необходимого $37,3 млрд внешнего финансирования. При этом актуальность вопроса будет оставаться весь год и дополнительно обострится под его конец (в случае продления войны на 2025 год). В этом контексте крайне важно продвинуться на пути к практическому решению вопроса конфискации замороженных российских активов, что не только даст нам дополнительный ресурс, но и ослабит финансовую нагрузку на наших международных партнеров.

На одной только таможне “теряется” ежегодно около 100 млрд грн.

Несмотря на все риски ожидаем, что макрофинансовая стабильность будет сохранена. Бюджетная эмиссия рассматривается как опция последней надежды. Главный внутренний резерв, кроме уже принятых решений, – детенизация, борьба с коррупцией.

В декабре 2023 года мы приняли пакет законов, которыми существенно усилили нашу “антикоррупционную рамку”, поддержали бюджетным ресурсом ее стабильное функционирование. Ожидаем, что в 2024 году “рамка” отблагодарит бюджет и государство дополнительными поступлениями в результате борьбы с коррупцией. Ведь на одной только таможне “теряется” ежегодно около 100 млрд. грн.

Остаются значительные объемы рынков контрафактной подакцизной продукции. Доля одного только нелегального рынка табачных изделий оценивается в 2023 году как 21,8%, а потери бюджета от этого – 23,5 млрд грн. Есть еще значительный рынок спирта и алкогольной продукции. В отношении них должны быть применены как сугубо правоохранительные механизмы, так и жесткий контроль за оборотом соответствующей продукции, а в отношении последнего – еще и завершение приватизации государственных активов в спиртовой промышленности. Рассчитываем в следующем году на полный перезапуск Бюро экономической безопасности (структурный маяк в программе МВФ), поддержку нашего законопроекта о прозрачном конкурсе с отбором руководства Таможни.

Важными шагами для сохранения макрофинансовой стабильности будут также: продолжение реструктуризации внешнего долга, поддержка устойчивости банковской системы (полное возвращение к рыночному банковскому надзору и его усиление, начало урегулирования NPL (доля неработающих кредитов), начало внедрения планов докапитализации по результатам диагностики банков) и другие шаги, определенные программой с МВФ. Отдельно хочу обратить внимание на Национальную стратегию доходов, которая будет представлена в ближайшее время, и которая будет определять направления реформирования налоговой системы в среднесрочной перспективе.

В бюджете безусловным приоритетом остается безопасность и оборона, на которые, как и в этом году, будет направлено не менее половины расходов. Невоенные капитальные расходы из-за зачисления дорожного фонда в общий фонд бюджета, перенаправления военного НДФЛ из местных в государственный бюджет уже ограничены. Оборонный заказ будет увеличен, что вместе с усилением сотрудничества с иностранными производителями вооружения и военной техники даст стимулы для развития ВПК и смежных отраслей. Понимая огромную роль в современной войне БПЛА, в государственном бюджете на их изготовление и закупку предусмотрено 43 млрд грн – это 16,8% от общего объема расходов на вооружение, военную технику и боеприпасы (255 млрд грн). Для сравнения – расходы только на БПЛА превысят в 2024 году почти на 20% все военные закупки, которые осуществлялись в год до начала полномасштабного вторжения. Кроме дронов, в приоритете ракетное вооружение и боеприпасы (на эти две позиции будет направлено 175 млрд грн), масштабирование производства средств радиоэлектронной борьбы, бронетехники.

Социальная сфера остается вторым главным приоритетом. Мы восстановили индексацию прожиточного минимума. В 2024 году в два этапа вырастет минимальная заработная плата до 8 тыс. грн. Ожидаем по итогам 2024 года на реальное увеличение средней заработной платы на 8,5%. Весной планируем в очередной раз осовременить пенсии. Иллюзий, что все в порядке и этого вполне достаточно, здесь не должно быть, мы делаем то, что сейчас нам по силам.

Сохраняем стимулы для развития малого и среднего бизнеса, будем расширять его кредитование через программу “5-7-9%”, в том числе с привлечением международных партнеров. Планируем и дальше совершенствовать условия этой программы, чтобы сориентировать ее на поддержку прежде всего перерабатывающих предприятий с высокой долей добавленной стоимости.

Рассчитываем оживить жилищное строительство, которое просело за 9 месяцев 2023 года на 4,3%, за счет активизации государственных программ еОселя и еВідновлення. Будем продолжать активно поддерживать аграриев, которые сегодня обеспечивают Украине 2/3 экспортных поступлений. Для привлечения инвесторов, поддержки экспортеров планируем существенно расширить программы страхования военных рисков. Если удастся задействовать все внутренние и внешние стимулы, можно рассчитывать, что замедление роста в 2024 году будет менее заметным.

В 2024 году в два этапа вырастет минимальная заработная плата до 8 тыс. грн

Дополнительный потенциал роста – улучшение бизнес-климата. В 2023 году правительственная рабочая группа работала над наиболее масштабной за время независимости дерегуляционной реформой. Из существующих 1025 инструментов государственного регулирования – 235 (или 23%) предлагается отменить, 537 – упростить и преимущественно цифровизировать. Однако, по состоянию на середину декабря отменена только сотня инструментов. Рассчитываем, что в 2024 году эта работа будет завершена как можно раньше. В планах на грядущий год – такая же масштабная реформа системы государственного надзора и контроля, с переводом ее на единые стандарты европейского образца.

Мощный драйвер восстановления – проекты восстановления. Необходимая институциональная рамка есть. Нужно обновить представленный в Лугано План восстановления Украины, которому в июле 2024 года исполнится два года, и перейти к его практической реализации через конкретные проекты, помня о фундаментальном принципе “восстанавливать лучше чем было”. “Умные решения” во всех сферах, диджитализация, “зеленые технологии”, ресурсо- и энергоэффективность, безопасность – должны быть в основе каждого кейса восстановления. Рассчитываем на принятие такой программы, хотя и более компактной, в рамках Ukraine Facility с ЕС. Приоритеты восстановления также понятны – объекты, создающие значительное количество рабочих мест, жилье, образовательные и медицинские учреждения, транспортная инфраструктура и инфраструктура безопасности. Для активизации возвращения украинцев из-за рубежа – это программа-минимум, ведь люди должны иметь где жить, где работать и зарабатывать на жизнь, где учить детей и лечиться.

Должны уделить существенное внимание усилению киберзащиты. Враг не имеет особого успеха на фронте, не может повторить блэкауты в энергетике, поэтому он будет пробовать найти такие цели, где мы еще остаемся уязвимыми (как атака на национального мобильного оператора “Киевстар”), а потенциальный масштаб убытков может быть значительным.

Гуманитарное разминирование. Одна из ведущих задач на 2024 год. Ведь засоренность территорий взрывоопасными предметами сдерживает и процессы восстановления хозяйственной деятельности, и реализацию проектов восстановления. Должны активизировать работу сразу по пяти направлениям: 1) наращивание количества специалистов по разминированию; 2) увеличение количества привлеченной техники (в том числе масштабирование запущенного производства в Украине); 3) наращивание привлечения международной помощи, в частности со стороны государств, имеющих соответствующий опыт, поддерживающих Украину, но по собственным политическим соображениям не готовых участвовать в военной помощи; 4) запуск прозрачного рынка гуманитарного разминирования, где государство частично будет компенсировать стоимость работ для их заказчиков; 5) рост из-за этих вышеупомянутых факторов темпов очистки территории Украины в

Аграрии на сегодня обеспечивают Украине 2/3 экспортных поступлений

Завершу ожидания на 2024 год, по сути, с того, с чего начал оценки уходящего года – с евроинтеграции. Очень прошу, не верьте разнообразным “информационным цыганам”, которые в лучшем случае ловят хайп, а в худшем – сознательно или не сознательно распространяют российскую пропаганду, пытаясь преуменьшить значение открытия переговоров как таковых, что это “не имеет продуктового значения” (как они говорят), а само членство как очень и очень далекую, почти невыполнимую перспективу. Это не так. Они это говорили и два года назад перед каждым новым этапом вступления. Украина сейчас задает темп евроинтеграции, наше присоединение является вызовом, который без преувеличения будет инициировать структурные изменения и реформирование самого ЕС. Это очевидно, и это признают на уровне политического руководства в самом ЕС. На это есть политическая воля. Конечно, мы не знаем, какой будет политический ландшафт в ЕС в среднесрочной перспективе, в течение которой будут продолжаться переговоры, но мы сделаем максимум, который зависит от нас.

Работа над переговорной рамкой, охватывающей различные аспекты будущих переговоров о членстве Украины в ЕС, уже началась. Параллельно с разработкой рамки будет происходить полный скрининг нашей законодательной базы на предмет соответствия законодательству (acquis) ЕС, которое сгруппировано в шесть кластеров и 33 главы. Это собственно и является структурой будущих переговоров. В марте-апреле 2024 года ожидаем утверждения переговорной рамки, фактического старта переговоров о вступлении в ЕС и открытия первых глав. Но не должны ждать, пока ЕС предоставит нам “домашние задания”, ведь в рамках селф-скрининга мы уже имеем понимание, где и что следует имплементировать.

Рамки реформ на 2024-й известны – это переговоры о вступлении в ЕС по главам, которые будут открыты, программа в рамках Ukraine Facility и программа EFF с МВФ. Наиболее важными будут оставаться внедрение институциональных изменений на усиление верховенства права, развитие эффективной судебной системы, укрепление демократических прав и свобод (с учетом военного положения), демонополизацию экономики, ослабление влияния на нее мощных финансово-промышленных групп и кланов, в том числе через урегулирование вопроса лоббизма, и борьба с коррупцией. Должны все больше соответствовать правилам ЕС – клуба богатых стран, в который нас приглашают. Поэтому увеличение рамок, как и усиление связи реформ с внешним финансированием (“реформы в обмен на деньги”) – это нормально, и отвечает нашим долгосрочным интересам. Все новые члены ЕС, которые до этого были кандидатами на вступление, через это проходили.

Готовясь встретить грядущий новый год, я вспоминаю начало войны, то ощущение национального единства и патриотизма, которого сейчас иногда не хватает в обществе. Как сказал президент, это действительно наше самое мощное оружие, которое разрушило блиц-криг и которого так боится Путин. Чередование эйфории и усталости во время войны – это нормально. Важно не дать этим эмоциональным качелям полностью захватить общественную повестку дня.

Стоит окончательно избавиться от лишних иллюзий, в ловушке которых мы оказались год назад:

“враг вот-вот посыплется, война мгновенно закончится, покупаем билеты от “Укрзализныци” и отправляемся на кофе в Ялту”;

“экономика возродится как Феникс, партнеры зальют нас миллиардами грантов и дешевых кредитов”;

“миллионы беженцев наконец вернутся домой” и тому подобное.

Но и не впадать в тотальное уныние, “фильтруя” активно распространяемую нашим врагом зраду вроде:

“Украина проигрывает войну”;
“внутриполитические противостояния и конфликты обостряются, и оно должно вот-вот выплеснуться наружу”;
“Запад смертельно устал от Украины и надо немедленно идти на переговоры с Россией с непременной сдачей территорий” (секта адептов “корейского сценария”).
Потому что эти самоуверенность и неверие – это две стороны одной медали, которые мешают реальной оценке событий. Есть много факторов, которые свидетельствуют, что война может длиться годами. Мы знаем, что военный потенциал России больше, а сама страна-оккупант никуда не исчезнет. Но разве это новость для нас?

Несмотря на вызовы, которые существуют и о которых я говорю всегда честно и без прикрас, мы уже второй год сдерживаем бывшую “вторую армию мира”, работаем над восстановлением экономики и обеспечением стабильной работы всех сфер общественной жизни.

Есть четкое понимание – что, где, когда и как делать в 2024 году.

Битва за экзистенциальный выбор – быть свободными, достойными и в семье объединенной Европы – продолжается. И в этой битве каждый должен, прежде всего, внутренне для себя определиться, на каком месте он является более полезным.

Поэтому держимся, верим в себя и ВСУ и продолжаем последовательно двигаться к Победе.