"Чудом выжили, но дочке посекло ноги": призер Олимпиады рассказала про обстрел Харькова и "равные" условия с россиянами

2 января, в то время, когда российские оккупанты уничтожали ракетами Харьков, сборная Украины по артистическому плаванию должна была провести свою первую тренировку в новом году, но, по словам чемпионки мира и призера Олимпийских игр Марты Фединой, она с командой сначала сидела в укрытии бассейна. А потом лучшая синхронистка Европы-2022 поехала помогать друзьям, которые чудом выжили после попадания ракеты, но остались без дома.

В разговоре с OBOZ.UA Федина рассказала об атаке на родной город, испорченной тренировке и пострадавшей семье. А также призналась, что думает о допуске "нейтральных" представителей РФ к летней Олимпиаде-2024 и равных условиях для всех.

– Первая тренировка прошла, но нас сегодня отпустили раньше из-за произошедшего. И оно понятно. И знаете, в тот момент я подумала, что Россию они допускают к соревнованиям, хоть и не ко всем видам, но все равно, и они там говорят о каких-то равных условиях... Даже если мы не будем говорить о жизни вне спорта, о том, сколько людей сегодня осталось без своих домов и просто без всего, у нас элементарно нет одинакового времени на тренировки.

И это не наша вина, потому что мы просто готовимся меньше, чем они. Мы просто не можем тренироваться. У нас сейчас нет равных условий для подготовки. Уже не говоря о нравственном состоянии и прочем. И год у нас начался новый, а конченые соседи остались старые.

– То есть вы даже успели сегодня поехать на тренировку еще до того, как началась тревога и массированный обстрел Харькова?

– Да. Я проснулась и видела, что там происходит в Киеве. А в Харькове еще было спокойно. Потом только я подъехали к бассейну, и оно как бахнуло. А у нас там есть такое хранилище без окон, так мы там немного побыли и начали разминаться, мол, мы все равно уже там, чего просто сидеть? А потом, когда уже дали отбой тревоги, пошли на водную тренировку.

Но все равно у всех было такое моральное состояние... И потом пришла наша главная тренер и сказала, что давайте сегодня уже завершать тренировки, а потом отработаем, потому что, говорит, я вижу, как вы чувствуете себя и сейчас мы не в состоянии нормально работать. Просто не будет толку.

– В своем Instagram вы выкладывали видео с пострадавшим от обстрела домом.

– В этом доме живет наш друг семьи. И там как раз в тот момент была его жена с дочерью. Я просто не знаю, каким действительно чудом они остались в живых и сильно не пострадали. Только донцы немножко порубили ноги, но конечности целые.

Слава Богу, они живы, но без дома, просто без всего. Я уехала к ним после тренировки. И поскольку обстрел произошел утром, где-то в половине восьмого, жена вторая еще была в пижамных штанах, носках, тапочках и куртке, которую, пожалуй, ей кто-то дал. А их квартиры там нет вообще и рядом ничего нет, все в стекле.

– Думаю, что после такого у многих возникает вопрос, как вы вообще живете и тренируетесь в Харькове? Ведь россияне постоянно обстреливают город из-за близости к границе. Кажется, что Киев, где вы к этому готовились долгое время, лучше защищен благодаря системам ПВО.

– Знаете, спортсмены тренируются по всей стране, а не только в Киеве. И сейчас в Украине вообще нет безопасных мест. Где можно безопасно готовиться? А ехать за границу, мне кажется, что это гораздо сложнее.

А в Харькове, знаете, здесь наш дом. В Киеве было отлично, но все равно дома лучше, здесь наш бассейн, наши родные. Мне кажется, здесь нам лучше готовиться. А по поводу безопасности сейчас нигде не будет безопасно. Хотя в Киеве и есть ПВО, но сколько мы видели обломков, падающих на город. То есть это не особо утешает. Конечно, я понимаю, что без ПВО было бы гораздо больше разрушений, но все равно опасность остается.

– В конце декабря российские оккупанты также сильно обстреливали Харьков. Как готовились к Новому году в таких условиях?

– Честно говоря, какого-то праздничного настроения, конечно, не было. Перед этим 30 декабря россияне также ударили по центру города и гостиницы "Харьков Дворец". Еще и погода была какая-то весенняя – семь градусов тепла. К тому же в нашей стране сейчас нет официальных праздников, а мы собрались в тесном кругу семьи и друзей, почти все врачи, и 1 января им нужно было идти на работу.

И у нас сейчас близкий друг воюет. Первый раз праздновали без него, а он такой, знаете ли, всегда на позитиве, смешной, любит шутить. Он очень радовался, что мы собрались, просил отправлять ему фотографии. Но я понимаю: все, что мы слышим при обстреле, ребята на передовой слушают каждые 5-10 минут.

И мы, конечно, должны быть сильными, держаться, ни в коем случае не представлять виду, что нам тяжело, потому что ребятам, которые нас защищают, не нужны эти сопли и слезы. Но у нас даже не было возможности позвонить другу, потому что он с собратьями как раз собирался идти на задание.

– Российские оккупанты жестоко обстреляли Харьков 30 декабря и вот сегодня. Об этом уже знает весь мир. Также вы рассказывали об этом в своих социальных сетях. Спортивное сообщество как-то реагирует? Или качество конкретных атлетов?

– Честно? Вообще нет. Никто ничего не написал. Я даже не вижу смысла писать об этом на английском языке. Все равно, когда они это видят, просто листают дальше – и все. К тому же, Instagram имеет такую функцию, которая переводит на твой язык. И даже если они что-то прочли, то мне ничего не написали. Ни один человек.

- Уже в начале февраля вас с командой ожидает чемпионат мира. Все время планируете к нему тренироваться в Харькове?

– До 15-го, а потом как раз за две недели до соревнований выезжаем на сборы за границу. И оттуда мы уже поедем на чемпионат мира в Дохе.

– Там же еще не будет России?

– Нет-нет, хотя сам Катар против них ничего не имеет.

– Ну, хоть здесь есть какая-то солидарность с Украиной. Поскольку МОК позволил россиянам соперничать на Олимпиаде-2024.

– У меня просто в голове не укладывается, как после того, как почти каждый день какой-то украинский город из-за агрессии россиян страдает от этого ужаса, но спортсменов РФ все равно допускают к Олимпийским играм. Окей, не всех, но все равно – как об этом вообще может идти речь?

Я считаю, что вообще никогда в жизни больше нельзя допускать, а здесь они говорят уже об этом году... Разговаривали там о 2030-м, 2028-м... А здесь они допускают уже в 2024-м. Это в то время, когда нам, украинцам, еще нужно выжить, чтобы доехать до этой Олимпиады.

Только