Есть принцип разделения властей, поэтому мы не можем быть лоббистами и влиять на законодателя – глава ВАКС

Глава Высшего антикоррупционного суда подчеркнула, что она понимает стремление руководителя САП Александра Клименко спасти 1000 дел топ-коррупционеров, которые могут быть закрыты из-за того, что продолжают действовать "поправки Лозового". Но, как председатель ВАКС, она не хочет, чтобы ответственность за спасение этих дел возлагали на суд. Поскольку суд, по ее словам, должен быть независимым и действовать на основании закона, устанавливающего соответствующие процедуры. Об этом глава ВАКС рассказала в интервью редактору отдела политики ZN.UA Инне Ведерниковой "ВАКС не создан для того, чтобы спасать дела стороны обвинения. Ответственность – на законодателю".

"Кстати, есть единый правовой порядок выражения несогласия с судебным решением. В нашей плоскости есть Апелляционная палата ВАКС и Верховный суд как суды апелляционной и кассационной инстанции", – сказала Михайленко.

"Что касается тысячи уголовных производств, о которых говорит руководитель САП, то по понятным причинам я не знаю, какая ситуация с этими производствами", – добавила она.

В то же время она предупредила о существовании риска, что неоднократное выделение и дальнейшее объединение материалов производств осуществлялось именно для сохранения сроков досудебного расследования, так сказать, чтобы "обмануть" действующую систему исчисления сроков.

В этом контексте журналистка напомнила слова главы САП Александра Клименко, что оставшиеся в УПК нормы дают возможность закрывать любое дело о коррупции на стадии досудебного расследования, и теперь можно расследовать только простые дела. "Например, одноэпизодная взятка, где не нужно ничего рассчитывать, - уточняет руководитель САП. - Но мы расследуем дела, где много эпизодов. А каждый эпизод - это новое производство, которое прокурор объединяет с основным производством. Если мы говорим о преступных организациях"., где может быть по десять эпизодов. У нас есть дело на 700 эпизодов, а это 700 объединений дел. Вы серьезно думаете, кто-то сможет там сосчитать сроки?".

"Иногда ряд выделений и объединений материалов досудебного расследования вызывает вопрос. Я не говорю, что это системно, и, конечно, не хочу ничего утверждать, потому что я не представитель стороны обвинения и могу ошибаться в своем видении. Но судья смотрит на материалы комплексно и объективно как независимый эксперт. В своих решениях я пытаюсь это отследить и дать этому оценку, чтобы принять взвешенное решение. Есть определенный алгоритм, на основании которого я оцениваю, чтобы сделать вывод, что прокурор действовал добросовестно", – ответила глава ВАКС.

На просьбу ответить, добросовестно ли стремление спасти от закрытия 1000 дел о топкоррупции, которые являются результатом семи (!) лет работы антикорблока, Михайленко отметила, что за такое стремление нельзя пренебрегать следователями и прокурорами.

"То, что руководитель САП хочет спасти 1000 дел — это абсолютно понятная позиция его как прокурора. Учитывая, какой колоссальный объем работы выполняется в таких производствах, сколько людей задействовано, какой ресурс на это тратится, какие ожидания этих дел от общества. Но суд не создан для того, чтобы спасать дела стороны обвинения. В том числе и ВАКС. Почему вы эти вопросы задаете нам?", – спросила она.

В то же время глава ВАКС отмечает, что закон, которым пользуется и сторона обвинения, и суд, и сторона защиты, должен быть качественным.

"Если есть нечеткость или неоднозначное толкование норм, то закон некачественный. И только судебная практика путем применения этого некачественного закона может дать ориентиры, как в таких условиях действовать судам и представителям обвинения и защиты. Оценивать, как законодатель принимает законы, — не моя функция. Моя функция их выполнять", – говорит она.

По словам Михайленко, есть принцип разделения властей, согласно которому суд не может влиять на законодательную власть.

Мы не можем быть лоббистами. Когда нам направляют определенные законопроекты, касающиеся деятельности судебной власти, то мы, безусловно, активно включаемся, предоставляем предложения, замечания, комментарии. Мы говорим о проблемах на круглых столах, форумах. Судебная практика — это всегда время, по щелчку пальцами ничего не работает. Не бывает, что сегодня приняли закон, а уже завтра обнаружили проблему. Судебная практика обнаруживает проблему в законодательстве постепенно", – говорит судья.

Напомним, что за разработку всех необходимых изменений в УПК отвечает правоохранительный комитет ВРУ во главе с представителем подконтрольного Банковому большинству, депутатом СН Сергеем Ионушасом.

Глава Высшего антикоррупционного суда Вера Михайленко также заявляла, что и она лично, и другие судьи ВАКС рекомендовали прокурорам Специализированной антикоррупционной прокуратуры самостоятельно продлевать сроки следствия по ряду дел, поскольку они были открыты до 16 марта 2018 г., то есть до вступления в силу так называемых "поправок Лозового" в УПК, когда право продлевать сроки следствия было возложено на следственных судей.

Она также заявляла, что поскольку положения "поправок Лозового" о продлении сроков следствия после уведомления о подозрении следователем судьей, а не прокурором касаются прокуроров всех уровней, а правоохранительная система всегда имеет риск недобросовестного подхода к делу, разделение права продлевать сроки досудебного расследования до объявления подозрения и после может быть попыткой прийти к балансу

Глава ВАКС также подчеркнула, что "внутреннего раскола" между ВАКС и НАБУ и САП нет, ведь говорить об этом можно только по отношению к частям единой структуры, которой ВАКС не является.

Михайленко добавила, что в принятом Верховной Радой законопроекте об усилении самостоятельности Специализированной антикоррупционной прокуратуры осталась в силе норма, позволяющая закрыть уголовное производство по истечении срока досудебного расследования, через известные "поправки Лозового".