Как найти смысл для Украины

Год назад Президент Зеленский назвал будущий, тогда 2023, год годом победы. Через год мы видим, что этот год стал не годом победы, а в лучшем случае годом фрустрации. Общественная реакция на предложения (пока только на предложения) нового закона о мобилизации показывает, что до победы стало не ближе, а сильно дальше. Если в начале года, когда в Украину еще приезжали зарабатывать политический капитал западные президенты во главе с Джо Байденом и чувствовалось приближение победы, то потом выяснилось, что мы – этический самозванцы, которые воруют у самих себя, и победа стала отдалятся. Говорить о ценностях на Западе нашим лидерам стало проблематично. Украинцам стало понятно, что победа под вопросом. А самые продвинутые задались вопросом – а что для нас победа?

Через год после объявления года победы можно констатировать, что украинцы не хотят воевать за государство Украина в нынешнем виде. Они не видят в этом смысла. А когда человек не видит смысла, то, в лучшем случае, он создает видимость. В «17 мгновениях весны» есть эпизод когда Штирлиц комментирует работу Мюллера в день когда сам был близок к провалу:

– Я видел как вы строили сегодняшний день. У вас было все как всегда. У вас не было вдохновения.

– А если бы я взял бы и применил к вам третью степень устрашения?

– Если бы вы сделали это, группенфюрер, вы бы остались один на один со многими врагами, здесь, в этом здании. И я не уверен, что вы бы победили.

То есть, Мюллер понимал, что ему не выгодно валить Штирлица.

Но я задам рамку шире. Не может быть смысла существования у страны, если его нету у пассионарных людей этой страны. Стало быть, смысл существования Украины – сумма и общность (именно так, это важно!) смыслов ее пассионариев, которые и составляют настоящую элиту. Формальные элиты сегодня представляют госчиновников, которые не видят никакого иного смысла как продолжать грабить Украину. Это видно по законодательным инициативам в сфере экономики. В этом ключе очень символичен скандал в который вляпалась украинская художница Соня Морозюк. Напомню, она с начала войны позиционировала себя художницей смыслов, писала картины с фразами, которые поднимали моральный дух украинцев, в Киеве есть муралы с ее картинами. А на днях выяснилось, что Соня – невеста чувака, семья которого замешана в крупных коррупционных скандалах. Поиски смысла пока свелись к украшениям Cartier за баснословные деньги. Ну да ладно, это теперь ее личная драма. Единственное, она не заслуживает шакальего экспресса, которые выехал по ее адресу.

О главном! Настоящая элита – это те, кто может ответить на вопросы «зачем?» или «чтобы что?». Человек – это то, за что он готов умереть. Смысл моего выхода в эфир в том, что эту колонку прочитает несколько сотен тысяч людей, которые за счет социальных контактов доведут месседж до нескольких миллионов. Мой месседж состоит в том, что нужно каждому из них, каждому из вас, друзья, нужно найти свой личный ответ на вопрос – а за что я готов умереть? Только ответив лично каждый для себя на этот вопрос, мы сможем сформировать такой ответ на исторические вызовы, что позволит нам:

а) дать коллективный ответ на вопрос «зачем?» сопоставимый с историческим вызовом,

б) сформировать такие идеи, которые дадут больше вариантов развития событий,

в) начнут выводить нас из воронки катастроф,

г) позволят сформировать что для нас победа в этой войне и станут ее приближать.

Если мы с вами, друзья, не ответим для себя за что мы готовы умереть, мы будем умирать за то, что скажут или определят другие. Вам нравится умирать за коррупционеров и воров? Лично мне нет.

Моя профессия состоит в том, что я решаю проблемы других людей в определенных областях – маркетинг, развитие бизнеса и всем, что этим связано. Я этим занимаюсь уже более десяти лет. И по характеру работы я общаюсь со множеством людей. Причем, это, как правило, активные люди – предприниматели малого и среднего бизнеса, маркетологи, управленцы. Я очень хорошо знаю аудиторию, которая прочитает эту колонку, мог бы даже детально описать ее при необходимости. Но цель колонки не в этом. Дело в том, что у меня надежда только на активных пассионарных людей, которые могут действовать, что-то предпринимать. И я верю, что поиск личного смысла каждым представителем креативной и активной части украинского общества может дать толчок к формированию адекватного вызовам ответа на них.

Почему так важно сформулировать ответы (индивидуальные и коллективный) на экзистенциальный вопрос и дать новую элиту?

Причина того, что победа начала отдаляться в том, что у нас по умолчанию сложился следующий доминирующий корпус идей и, соответственно, действий – все переходим на украинский, кто не перешел, тому хейт, в то время как чиновники продолжают воровать не снимая дорогих вышиванок, государственная политика сводится к международному попрошайничеству, экономика умирает, производство оружия не позволяет рассчитывать только на себя, идей выхода на субъектность нету ни у государства, ни у общества.

Идея чтобы на украинском говорили «від Сяну до Дону» мне нравится. Давайте так, нравится! Несмотря на то, что Украина в 1991 году не была моноязычной и не является моноязычной сейчас. Мне не нравится то, как эта идея проповедуется и реализовывается. Потому что такие посты как у Ярославы Гресь «про мову» отбрасывают эту идею на годы назад, в то время как видео, когда армянская девушка поет в чат-рулетке «Черемшину», влюбляет в Украину сильнее всех мовных омбудсменов вместе взятых. Найдите в youtube «Елена Ереван Черемшина» или «Армянка поет для украинца песню на украинском». Украинский язык, украинская культура и страна Украина могут быть предметом большой любви. В Украину нужно влюблять, а не пропагандировать её силой и хейтом. Это похоже на невротические попытки сагитировать вакцинироваться два года назад. Причем это делают те же селебрити что и тогда. Никто по принуждению любить Украину не будет.

По мотивам общения с людьми за время с начала войны я заметил, что есть несколько причин перехода на украинский. Часть людей совершенно искренне и по любви перешла на общение на украинском никак не ущемляя тех, кто общается в Украине на русском. Часть перешла от страха что будут хейтить. Часть перешла на украинский из-за конформизма, им это выгодно в силу каких-то обстоятельств. Часть перешла от невроза спровоцированного травмой войны. А Фома Аквинский, если не ошибаюсь, говорил, что если вы не воруете или не убиваете не по убеждениям, а из страха, то вы не делаете ничего хорошего, просто увеличиваете количество страха в мире. Друзья, если вы не любите украинский и перешли от страха, конформизма и невроза, то все, что вы сделали, это увеличили количество страха, конформизма и невроза в этом и так непростом мире. Не надо так с украинским! Он этого не заслуживает!

В Украину можно только влюбить, но заставить всех ее любить невозможно. И нужно отдать себе отчет, что посты в социальных сетях «про мову» от наших селебрити и нежелание украинцев мобилизоваться имеют прямую связь. Это прямая связь! Я бы даже предложил наложить наложить табу на слово «украинизация». Украинский язык и украинская культура не заслуживают этого, они чище и богаче этого. Нет никакой нежной украинизации. Украинизация как процесс плоха любая – нежная, острая, с паприкой, с перцем, да хоть с трюфелями. Это не влюбляет в украинский, а унижает его.

Новым элитам, повторюсь, это люди, которые знают свой личный ответ на вопрос «зачем» и осознают за что они готовы умереть, а за что нет, нужно найти сначала свой личный смысл существования Украины. Только пройдя через внутренний личный поиск смысла можно сформулировать смысл для всей Украины. Это должна быть такая идея, за которую будет готовность умереть (если нужно) и у одессита, и у крымчанина, и у харьковчанина, и у львовянина, и у диаспорянина. Эта идея будет настолько прекрасна и пленительна, что будет не только объединять таких разных людей как украинцы, но и влюбит в себя много людей, которые, не будучи этническими украинцами, влюбятся в нее и приедут в Украину стать ее частью.

Путь к этой прекрасной и пленительной идее великой Украины лежит через ответ активных украинцев на вопрос – за что я готов умереть. Здесь вопрос не в призыве к мортальности. Скорее наоборот, готовность умереть – это максимальная готовность подтвердить свои убеждения действием. Стать в авторскую позицию. Следовательно, ответ на вопрос за что человек готов умереть парадоксальным образом увеличивает его витальность и способность стать автором своей жизни избавившись от жертвенной позиции. Если мы не найдем ответа на этот вопрос, мы будем умирать за то, что выберут за нас другие. Подумайте об этом в последний день этого года, продумайте об этом проснувшись в новом году, подумайте об этом сидя за столом или гуляя с собакой, подумайте об этом сидя за чаем на кухне или глядя в окно поезда несущегося к месту назначения. Тогда и станет понятен ответ на вопрос – а что для нас победа?

Еще не все предрешено и есть время изменить судьбу.

С Новым Годом, друзья!

Геннадий Охримчук – автор, маркетолог, украинец.