Мобилизация как "стометровка", люди как ресурс. Есть ли этому альтернатива?

Законопроект о мобилизации действительно спровоцировал всенародное обсуждение. В истории Украины, пожалуй, не было законопроекта, который так внимательно читали бы в каждой семье.

Одни, чтобы понять, когда их демобилизуют, другие, когда мобилизуют, а третьи, как укрыться от призыва. Но каждая из сторон видит в этих законодательных новеллах не решение своих проблем и не часть плана Победы, а проявление стратегической растерянности власти.

ДОЛГАЯ ВОЙНА И СТОМЕТРОВКИ

Мобилизация 500 тыс. чел. не решает основополагающий вопрос этой войны. Что мы будем делать в 2025 году, когда война продолжится, будет достаточно интенсивной, а россияне расширят фронт на всю границу? Что будет, если москва таки проведет мобилизацию и выставит более 2 млн рабов, а не 400 тыс. о которых говорит Залужный?

Уже сейчас британская разведка утверждает, что россияне готовы без надрыва терять до полумиллиона за сезон. За два года у них потери на уровне 350 тыс. Мы снова будем искать новых 500 тыс. украинцев?

Военные говорят, что у нас есть потенциально 3 млн. чел. призывного возраста. Еще есть женщины. Затем можно еще раз снизить возраст призывника и повысить предельный возраст демобилизации... Но, есть такой исторический прецендент как “парагвайский сценарий” (объяснение в конце текста). Советую подробно погуглить.

Сегодня военно-политическое руководство заговорило о «длинной войне» и «стратегической обороне», однако все их инициативы по мобилизации и фискализации свидетельствуют о планировании на короткую перспективу. В сочетании с ложью и генерированием завышенных оценок ставят под угрозу будущее нашей страны.

Создается впечатление, что мы мобилизуемся как на стометровку, в то время как нам нужно бежать Большой Марафон. А мы к нему готовы?

РЕСУРСЫ ИЛИ АКТИВЫ?

Системной проблемой руководства государства является то, что в своих решениях по мобилизации оно используется исключительно ресурсной парадигмой. Для Генштаба и Минобороны люди – это мобилизационный ресурс, как боеприпасы, техника и средства.

Ресурсная арифметика военного командования ясна. ГШ ВСУ стремится выйти на минимальный паритет по живой силе с Россией. Чисто арифметически и очень линейно. Но количеством войн мы не можем выиграть.

Такая ресурсная логика передается вниз к непосредственным исполнителям и порождает ситуации, когда, например, некоторые командиры, рассматривают "добавленные" к их бригадам отдельные ТРО (добровольцев!) как “расходный ресурс”, который они используют, практически не обращая внимания на потери.

Добавьте к этому бюрократию, "армейский совок", "жуковщину", "армейское рабство" - это все! Бойцы об этом рассказывают родственникам, а те "сарафанным радио", не говоря о враждебном ИПСО, разносят дальше. И это становится массивным демотиватором для возможных мобилизованных и добровольцев.

У политиков не менее ресурсная электоральная логика. Политическое руководство учитывает рейтинги. Оно пытается переложить на военных ответственность за непопулярные решения. Устраивает информационные войны, минусирует популярных военных. Это еще больше подрывает доверие к власти как неспособной управлять процессами, и она теряет легитимность в глазах народа.

Необходимо полностью изменить подход к войне. Люди, в которых нуждаются Силы обороны, должны быть не ресурсом, а активом. Это другое отношение к гражданам, к солдатам. В экономике актив - это то, что нужно беречь, во что нужно вкладывать, чтобы получить в будущем выгоды в результате его использования.

ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДОГОВОР

Государство имеет монополию на насилие, это и делает его государством. Применение этого насилия и принуждения оправдано, легитимизировано, когда оно применяется для общего блага. Это известная аксиома. Но большинство забывает, что есть и вторая часть этой формулы – доверие. Если есть доверие, то насилие и принуждение трансформируются в самоограничение и служение.

Можем ли мы сказать о нынешнем государстве в Украине?

Власти призывают защищать страну, жертвовать своей жизнью и не представляют проявлений подлинности намерения. Напротив, генерирует кучу признаков распада, нравственной деградации и наглую коррупцию. Имеющийся дефицит доверия государство покрывает усилением принуждения и насилия.

- Власти нарушили старый "общественный договор". Раньше элиты воровали, но давали выживать простым гражданам в нерегулируемой "теневой зоне", где "глубинный народ". На сегодняшний день "пищевая база" сузилась и власть пытается еще больше обложить все процессы. Однако, она продолжает воровать. И делает это демонстративно. Еще предлагает легально откупиться от мобилизации. Богатые не воюют, гибнут только бедные.

- власть использует обман граждан как технологию принуждения. Блокировка выезда людей за границу на основании не законов, а устных указаний и ведомственных приказов. Усиление мобилизационных мер повсеместно происходит с нарушением прописанных в нормативах процедур. А отсутствие возможности эффективного обжалования решений/действий полиции или ТЦК в судах делегитимизирует государство как таковое. Право исчезло. Осталось только насилие.

И это не русское ИПСО, а срез настроений людей. То, что говорят на кухнях, в общественном транспорте, в окопах.

СПРАВЕДЛИВОСТЬ

В последнее время мы видим и слышим много важных заявлений от военных. Как говорит писатель и военный Артем Чех, “если мы не будем тянуть за гриву в армию тех, кто может держать оружие, то скоро закончимся”. И военные имеют право на справедливость, потому что платят своей жизнью существование Украины. Люди "на нуле" действительно устали.

Но можно ли решить эту проблему простым решением? Взять и мобилизовать всех, кто может держать оружие. Это правильное объемное решение? Это будет справедливо?

Конечно, простое решение не всегда плохое. Простое не означает примитивное. Но не в этом случае.

Довольно верно тезис, что представление о справедливости для всего общества нельзя навязывать с дивана, из офиса и даже с окопа. Простите, но это правда. Справедливость – это результат общественного консенсуса, достигаемого путем согласования властями законов государства и представлений граждан о том, как и РАДИ ЧЕГО они согласны ограничивать себя законами.

Следовательно, снять дефицит справедливости и обеспечить фронт людьми можно только путем заключения нового общественного консенсуса или общественного договора. Нет для этого времени? Напротив, как раз сейчас и время для этого!

ЧТО ДЕЛАТЬ?

У нас происходит экзистенциальная война за право украинцев на существование и сохранение Украины. В таких войнах воюют не только армии, но и общества и их организованность в целом. Российское общество и его армия авторитарны по своей сути, поэтому основным преимуществом является количество, управленческая вертикаль принуждения и отношение к людям как к расходному материалу (ресурсу).

Украинское общество и его армия находятся на переходном этапе от авторитаризма к человечности, где качество каждого человека уникально и важно. Внутренняя битва еще не завершена, авторитаризм соблазнителен и понятен, но человечность открывает стратегические перспективы.

Мы не можем делать ставку на авторитаризм и количественный подход, потому что проигрываем россии. Она априори имеет там неоспоримое преимущество. В свою очередь, мы можем победить в асимметричной войне качества с количеством. Поэтому наш стратегический выбор в сторону человечности неизбежен, но на переходный этап нужно время, которого у нас нет.

На переходном этапе и во время количественной войны на истощение недооформленная в организационные формы человечность является нашим уязвимым местом, в том числе и для враждебных ИПСО. Мы не можем реформировать отдельно армию, не реформировав порождающее ее общество. Поэтому нам нужна Народная Армия!

Мы об этом говорили еще в марте 2022 года: взрослому обществу не нужна диктатура, а нужна народная армия. Что мы можем сделать сейчас – это двигаться в эту сторону.

Цель 5+ млн. ответственных граждан-военнослужащих по “швейцарско-израильской” модели службы, обеспечивающей необходимый мобилизационный потенциал, кадровый резерв, пополнение потерь, своевременную ротацию, непрерывность и качество обучения и высокую мотивацию в течение длительного времени для постоянно действующей армии 1+ млн. человек.

Нужна дорожная карта поэтапного перехода от существующего типа ВС к народной, с четкими временными рамками и понятной динамикой основных показателей. Фронт в переходный период должен быть удержан, это аксиома.

1. Вовлечение в защиту страны КАЖДОГО гражданина. Речь идет о многоуровневом привлечении граждан к взаимодействию на уровне компетенции отдельного человека, с возможностью получить новые навыки и, в перспективе, когда придет черед, стать в строй ВСУ или пойти на военное производство.

Многоуровневое привлечение означает:

- первый уровень обновления учетных данных и прохождение ВЛК не может являться поводом автоматической отправки в часть;

- Прохождение месячного базового курса подготовки не означает, что завтра заберут на ноль. Курсы – это место, где исчезает недоверие к ВСУ. Подготовка может быть максимально распределена, с широким привлечением гражданских возможностей и практической целесообразности (такмед в больницах, саперное дело, на строительстве местных укрепрайонов и т.п.);

- больше рекрутинга, меньше принуждения, увеличивать возможность самоопределения при мобилизации, предоставить возможность частям напрямую выбирать людей на свободные должности;

- определять ВОС по опыту работы, а не по первичному образованию;

- направление в зону боевых действий без должной военной подготовки и обучения должно жестко наказываться. Ответственные лица должны нести персональную уголовную ответственность;

- сохранение жизни личного состава при выполнении боевого задания должно стать критерием празднования и продвижения командиров;

– провести инвентаризацию мобилизованных в составе ВСУ. Найти механизмы для демобилизации откровенного балласта, который не сражается и фактически не имеет добавленной стоимости для ВСУ. Снизить количество "бумажной армии";

- гарантировать частичную демобилизацию после службы в зоне боевых действий 36 месяцев с постепенным снижением сроков;

- определить роль профессиональных военных, выпускников военных вузов (ежегодно выпускают от 5 до 7,5 тыс.), а не закрывать дыры мобилизованными офицерами запаса (после военной кафедры) без военного опыта;

- создать условия для желающих участвовать в производстве для обороны без отрыва от основной работы. Такие предложения уже есть (пример - Житомирский дрон), их следует масштабировать на всю страну.

- государство должно упростить деятельность волонтерских производств и снабжение их товарами для нужд обороны.

2. На уровне стратегирования принципиально отказаться от ресурсного подхода к людям. Сохранение жизни и создание условий для раскрытия потенциала каждого должно быть положено в основу плана Победы. Как говорит военный Святослав Дубина, “военная доктрина должна состоять в сохранении жизни и здоровья военных. Должна быть не политика героев, а политика перевода армии на высокотехнологичное, высокоточное вооружение с минимальными рисками для военных во время военных действий. Общество должно знать, сколько бойцов погибло и что привело к их гибели?

3. Вовлечение больших масс во взаимодействие в защите страны приведет к повышению запросов общества к качеству власти. Мы будем участвовать не только в обороне, но и непосредственно своим взаимодействием будем переучреждать государство. Это значит, что одним из ключевых элементов должен стать Новый общественный договор – какую Украину мы хотим после войны? И что делается сейчас в государстве, как это мотивирует его защищать?

Это тема справедливости, подлинности намерений, соблюдения обещаний, этики. Властям придется проявить эту подлинность. Иначе ее не будет или государства в целом.

Такими ответами (проявлениями подлинности намерения) могут стать:

- ротация депутатов ВР на фронт (“стажировка в подразделениях” на определенный период);

- мобилизационная лотерея для чиновников (не определение процентов, подлежащих мобилизации, а через открытую лотерею рандомного выбора);

- инклюзивность выработки управленческих государственных решений;

- соблюдение властями обещаний в контексте мобилизации и защиты прав военных;

- отказ от вау-обещаний, которые власть не может реализовать, потому что это уже обесценивает ее в глазах людей;

- полное прекращение практики обмана людей как формы принуждения;

- отказ от репрессивной фискализации;

- откровенная дискуссия и дебаты вместо пропагандистского "телемарафона";

- расширение пространства для самоорганизации и взаимодействия граждан в системе обороны и защиты страны.

Государство должно предусмотреть место встречи неформального/непроявленного и формального/проявленного. Не место, где “глубинный народ” будет арестован, оцифрован и отправлен на фронт, по факту обманутый, а место, где такая встреча породит общий интерес защитить страну и построить что-нибудь новое. Такое, чего не было.

Если у нас будет народная армия, живая связь войска и гражданских, участие миллионов в защите страны, то после войны у нас будет на что опереться. Такую страну можно защищать, в такую ​​страну хочется возвращаться, в такую ​​страну следует вкладываться. Мы создадим наш общий актив как общее благо для будущих поколений.

ДЛЯ СПРАВКИ: "Парагвайский сценарий" - речь идет о последствиях Войны Тройного Альянса (Парагвайской войны) для самого Парагвая в 1864-1870 гг. Против этой страны объединились Бразилия, Аргентина и Уругвай. Следствием войны стал полный разгром Парагвая.

Даже после поражения его регулярных сил конфликт надолго перешел в состояние медленно тлеющей партизанской войны. По некоторым оценкам, общие потери Парагвая — как из-за военных действий, так и из-за болезней, включая период партизанской войны — достигали 1,2 миллиона человек, или 90 % его довоенного населения.

По другим данным, эти потери составили 305 тысяч человек из 525-тысячного довоенного населения страны. Утрата почти половины территории, послевоенное зависимое состояние и уничтожение промышленности надолго превратили Парагвай в одну из самых отсталых стран Латинской Америки.