Америка могла бы задушить Россию. Почему она этого не делает?

Америка способна создать в России полноценный экономический кризис, однако не видит в этом необходимости, считает профессор Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Олег Ицхоки.

О том, что санкции пока оказались неэффективны, свидетельствует рост российской экономики и стабильно высокие доходы от экспорта нефти. Денег на войну не только не стало меньше — расходы на оборону и безопасность на рекордно высоких уровнях, вооружение и запчасти для него продолжают импортировать.

Однако при наличии желания и политической воли США могут нанести экономике России серьезный удар. Для этого у них не один, а целых три способа.

Больше нефти

Доходы от продажи нефти обеспечивают значительную часть поступлений бюджета и валютной выручки России, несмотря на санкции. И пока российская нефть продается не дешевле 60 долларов за баррель, у страны-агрессора останутся деньги на ведение войны. Если цены все же опустятся ниже, то войну будет сложно финансировать уже в 2024–2025 годах.

Существенно опустить мировую цену нефти США могли бы, даже не прибегая к санкциям. Для этого достаточно увеличить производство нефти внутри страны. США — самый крупный производитель нефти в мире. При этом большая часть идет на домашнее потребление, а меньшая — на экспорт. Как в таком случае получается, что у ОПЕК по-прежнему такая власть на мировом рынке нефти? Почему США не диктуют свои условия?

Ведь в ответ на любое сокращение добычи странами ОПЕК+ они могут расконсервировать добычу сланцевой нефти. На нее в 2022 году пришлось 66% всей добычи в США (7,8 из 11,9 млн баррелей в день). В 2023 году американские компании увеличили добычу еще на миллион баррелей (до 12,9 млн). Управление энергетической информации (EIA) США ожидает, что добыча вырастет на 300 тыс. баррелей в день в этом году и на 200 тыс. в следующем. У аналитиков более смелые прогнозы, в 2024 году добыча может вырасти на 500 тыс. баррелей.

Но американские компании могли бы производить гораздо больше нефти — не 13 млн баррелей в день, а, например, 15.

Рост добычи стимулировали высокие цены — в 2022 году они были $101 за баррель Brent, а в 2023 году — $83, в том числе благодаря увеличению предложения США и вопреки сокращению добычи странами ОПЕК+. Также США в сентябре 2023 года стали чистым экспортером нефти и нефтепродуктов — до этого экспорт превышал импорт целый месяц только в 1940 году.

Президент Джо Байден, несмотря на доминирующую зеленую повестку, все же призывал нефтяные компании увеличить производство и одобрил крупный проект бурения на Аляске. Когда после российского вторжения в Украину цены на нефть превысили $100 за баррель, крупнейшие игроки — Exxon и Chevron — решили не увеличивать добычу значительно, опасаясь обвала цен. Однако к концу 2022 года несколько более мелких компаний и сотни частных фирм начали наращивать добычу. Такими темпами достичь уровня 15 млн баррелей в день США смогут лет через пять, по прогнозам экспертов.

Чтобы рост добычи был еще более масштабным, американская администрация могла бы гарантировать компаниям рентабельность. Например, пообещать, что даже при обвале мировых цен внутренние для них не упадут ниже $80 за баррель в течение года. Тогда прирост был бы намного больше, чем какие-либо флуктуации производства нефти в Саудовской Аравии. Таким образом США могли бы не только уронить мировые цены на нефть, сократив доходы России, но и забрать большую долю мирового рынка. Это в целом возможно.

Больше снарядов

Также США могут легко решить проблему нехватки снарядов для поставки Украине. По данным исследовательской группы Кильского института, с начала вторжения России в Украину США и их союзники отправили ей боеприпасов, ракет и танков на сумму около 100 млрд долларов. Однако этого недостаточно.

Для увеличения производства необходимого вооружения власти США могут использовать специальный закон Defense Production Act (предусмотренный для случаев, когда идет война, в которой США так или иначе участвуют), который позволяет субсидировать фирмы, производящие вооружение.

США есть куда наращивать свои военные расходы. В 2022 году они составили 3,1% ВВП, что близко к самому низкому уровню со времен Второй мировой войны. Даже если вы добавите к этому 106 млрд долларов, которые президент Байден запросил в качестве помощи для Украины, Израиля и Тайваня, то общая сумма будет около 3,6% ВВП. Для сравнения, это значительно меньше 4,6%, потраченных на пике войны в Ираке и Афганистане в 2010 году, не говоря уже о 8,9% в 1968 году, во время Вьетнамской войны.

C Defense Production Act США могли бы увеличить производство военной продукции в десятки раз. Этого не произошло — ресурсы государства не были использованы, чтобы увеличить военное производство, что затягивает войну в Украине и связанные с ней потери.

Как объясняет политолог Кирилл Рогов, если произвести снарядов в 10 раз больше, чем нужно, то тогда войны не будет. Но в этом случае снаряды окажутся никому не нужны. А если произвести снарядов почти столько, сколько нужно, то естественным образом возникают такие акторы, как Путин, которые хотят проверить Запад на прочность.

Если третьи страны вмешиваются в конфликт, они должны делать это очень решительно и предоставлять подавляющую поддержку, показало исследование экономистов школы менеджмента им. Келлога. То есть быстро и резко укрепив мощь Украины и убедившись, что Россия знает об этом. Иначе это приведет только к бессмысленному затягиванию войны.

Ярлык террориста

Естественно и заслуженно было бы сейчас признать Россию страной — спонсором терроризма (сейчас таких стран четыре: Иран, КНДР, Куба и Сирия). Этот статус предусматривает ограничения на помощь от США, запрет на экспорт и продажу продукции оборонной промышленности, контроль над экспортом товаров двойного назначения, а также автоматически исключают страну из международной финансовой системы. Последствия будут и для каждого правительства, которое будет участвовать в торговле вооружением с Россией, им грозят вторичные санкции. Для американских компаний практически любые сделки с Россией станут рискованными.

Кроме того, такой статус лишает страну иммунитета. То есть суды США смогут рассматривать иски против России. И тогда лица, признанные пострадавшими от ее террористических действий, смогут получать финансовые компенсации, в том числе из замороженных российских активов.

Это серьезно усложнило бы всю торговлю с Россией, в том числе экспорт российских товаров и импорт чипов, использующихся в вооружении в обход санкций. Международная торговля была бы сведена к бартеру нефти на потребительские товары через страны-посредники, как это было во время Советского Союза.

Решение принимает Госдепартамент, но пока нет никаких признаков, что Энтони Блинкен рассматривает такую возможность. Хотя Украина с апреля 2022 года добивается этого и ряд политиков в США поддерживают эту идею. Например, спикер палаты представителей Конгресса Нэнси Пелоси. Президент Байден открыто дал понять, что не считает нужным объявлять Россию страной-террористом. В сентябре 2022 года на пресс-конференции его прямо спросили, надо ли дать России этот статус. И он ответил «нет», но не дал объяснений.

Почему они этого не делают

У каждого из этих способов есть свои издержки.

Резкий рост нефтедобычи пока не рассматривается по двум причинам. США не любят сильно вмешиваться в функционирование рыночных механизмов и стараются избегать этого любыми средствами.

Кроме того, администрация Байдена не хочет замедлять зеленый переход, то есть постепенный отказ от ископаемого топлива в пользу возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Для зеленого перехода дорогая нефть — в помощь, поскольку, сокращая издержки, потребители стремятся от нее отказаться в пользу субсидируемых ВИЭ. Поэтому действия ОПЕК+, которые приводят к высоким ценам на нефть, власти США рассматривают как благо.

Для американских демократических политиков, очевидно, зеленая повестка — больший приоритет, чем снижение доходов России от нефти. Для тех, кто следит за войной в Украине, это может показаться неверно расставленными приоритетами. Но если смотреть с точки зрения Америки, то эта война — региональный конфликт, разворачивающийся довольно далеко от США. Тогда как зеленый переход — центральная глобальная проблема этого десятилетия.

Если бы чиновники советовались с экономистами, те бы сказали, что хорошо, когда есть низкие цены на нефть производителей и высокие цены для потребителей. То есть нужны существенные налоги на использование углеводородов, которые разделили бы цены производителя и потребителя. И тогда стимулы для зеленого перехода будут от налогов, а не от высоких цен на нефть. Но, очевидно, домашнему избирателю сложно продать высокий налог на бензин. Трудно представить, что в Америке введут 300%-й налог на топливо или бензиновые автомобили, как в некоторых европейских странах.

Что до производства вооружения, то оно задерживается не только из-за недостаточного финансирования, но и из-за нехватки мощностей, которые США не форсируют к запуску. Даже план по удвоению производства противотанковых ракет Javelin по этой причине пришлось перенести с 2024 года, как изначально планировалось, на 2026 год.

Этот сдерживающий фактор США пытаются преодолеть, перенеся производство в другие страны. Так, планируется, что польские компании будут делать разработанные в США ракеты Javelin, а немецкие компании — производить детали для реактивного истребителя Lockheed Martin F-35 и новую ракетную установку.

Против признания России спонсором терроризма летом 2022 года выступил Госдепартамент из-за опасений за зерновую сделку, по данным Politico. Основная причина — США не хотят, чтобы 5,5 млн баррелей в день российской нефти пропали с мирового рынка и привели к значительному росту мировых цен на нефть. Вероятно, введение этой критической меры оставлено на случай существенной эскалации российской агрессии за пределы Украины.

Главная причина, почему не принят ни один из трех вариантов — американских политиков, как и общественность, не сильно волнует Путин. Они не очень его боятся. Возможно, они думают, что Путин достаточно уже ограничен и обезврежен этой войной, которая будет продолжаться еще несколько лет. И это для США не выглядит как катастрофа.

Если сравнивать отношение в США к угрозе со стороны России с угрозой от, например, Китая, то это разница на несколько порядков, поскольку к противостоянию с Китаем в американском обществе относятся с полной серьезностью, в отличие от противостояния с Путиным. Возможно, это близорукая точка зрения.

Все перечисленные меры — вполне реальные варианты, которые точно должны были бы быть частью плана США, если бы все это происходило во времена холодной войны. Интересно, что было бы, если бы сейчас президентом США был Рональд Рейган, который объявил Советский Союз империей зла накануне его распада? Быть может, один из сегодняшних кандидатов от республиканцев Никки Хейли станет таким президентом.