Time: План перевооружения Украины изнутри

Война на Украине вступила в новую фазу со своим особым ритмом.

В последние дни он определяется картиной ударов дроныв в глубину российской территории. Каждое утро мир видит результаты таких ударов в новостях и на фотографиях из России: столбы огня, возвышающиеся над топливным складом в Брянской области, нефтяным терминалом под Санкт-Петербургом и целями в других российских городах и регионах, от Орла и Тулы до Белгорода.

Мир не видит, как это оружие производится, но, как правило, это происходит глубокой ночью на секретных базах в Украине. Они настолько тщательно охраняются, что, кроме военных, лишь нескольким гражданским инженерам разрешается наблюдать за пусками, тщательно записывая и измеряя работу оружия, способы его использования и любые неудачные случаи.

"У нас нет времени испытывать эти вещи на полигоне", - говорит Александр Камышин, министр по стратегическим отраслям промышленности Украины. "Мы испытываем их в бою".

По словам Камышина, почти все недавние удары по целям в России были нанесены оружием не с иностранных складов, а с украинских заводов и подпольных мастерских. Способность Украины производить достаточное количество оружия для собственных нужд стала центральным элементом его стратегии победы над россиянами.

Но для того чтобы эта стратегия сработала, Украине нужно будет преодолеть ряд вызовов. Ей придется соединить старую и изношенную оборонную промышленность с передовыми образцами вооружений и возможностями западных союзников.

Когда-то двигатель советской военной машины – украинская военная промышленность насчитывала сотни заводов и десятки тысяч рабочих. Но заводы пострадали от российских ракетных ударов и атрофировались спустя десятки лет бездействия.

Производство в течение первого года вторжения было скудным. Среди советников Зеленского некоторые видят в этой области наибольшую надежду Украины на победу над россиянами в войне на истощение. Перед Камышиным стоит огромное задание.

Ему нужно будет не только вдохнуть жизнь в украинские заводы, находящиеся в упадке — в некоторых случаях ему также нужно будет перенастроить их для совершенно новых целей. "Сколько бы мы ни производили обычных вооружений, мы не сможем догнать Россию", - говорит Камышин.

"Нам нужно использовать передовые технологии, чтобы найти новый подход". Он сравнил этот вызов с историей о Давиде и Голиафе, играющих на повторе, когда каждая новая фаза войны заставляет Украину искать новую рогатку. До сих пор ее успехи были поразительными.

С момента вторжения украинские инженеры опробовали новые ракеты и приступили к массовому производству боевых беспилотников. Используя старую американскую ракету, украинцы смастерили систему, позволяющую дешево сбивать российские летательные аппараты.

Президент и его команда сделали ставку на то, что со временем переход на отечественное производство может дать достаточное преимущество для победы. Их наибольшим вызовом в ближайшие месяцы будет привлечение иностранных партнеров в украинскую оборонную промышленность и получение лицензий, необходимых для строительства и ремонта западных вооружений.

"У нас была модель: Дайте нам это", - говорит Камышин. "Теперь наша модель будет такой: Давайте сделаем это вместе".

Министерство по вопросам стратегических отраслей промышленности поначалу не казалось Камышину естественным местом для работы.

Когда Зеленский предложил ему должность прошлой весной, он пытался отказаться. В марте 2023 года Камышин уступил и в возрасте 38 лет занял свое место в военной комнате президента среди лучших украинских генералов, дипломатов и шпионов.

До того, как Камышин возглавил министерство, ряд реформаторов пытались очистить оборонный сектор Украины. Каждый из них потерпел неудачу. Одни обвиняли нехватку политической воли в верхах. Другие указывали на культуру расточительства на местах.

Но фундаментальные проблемы отрасли доходят до ее истоков: большинство крупнейших оружейных заводов страны были спроектированы и построены в Советском Союзе для обслуживания нужд Кремля в Москве.

В 1991 году, когда Советский Союз распался, у украинских военных заводов не было другого выбора, кроме как продолжать продавать свою продукцию в Россию. Более двух десятилетий оборонные сектора обеих стран оставались взаимосвязанными, часто работая рука об руку. Связи между ними разорвались только тогда, когда Россия начала свое первое вторжение в Украину в 2014 году.

Той весной и летом российские войска оккупировали Крым и отрезали два анклава на востоке Украины. Пока украинцы давали отпор, их оружейная промышленность прекратила сотрудничество с россиянами. В результате многие производственные линии были вынуждены остановиться. Украинский государственный оборонно-промышленный концерн "Укроборонпром" вскоре стал искать новых партнеров и клиентов, особенно на Западе.

"Нам нужно было взять этого постсоветского бегемота и превратить его в компанию западного типа", – говорит Денис Гурак, которому было еще 20 лет, когда летом 2014 года его назначили ответственным за эту работу. В последующие несколько лет он пытался внедрить реформы корпоративного управления и наладить отношения с крупнейшими производителями вооружений в США и Европе.

Большую часть времени я чувствовал себя Дон Кихотом, - говорит Гурак. "Я, пожалуй, сделал около 10% того, что собирался сделать". По его словам, главные препятствия возникали не со стороны Запада, а со стороны старых руководителей системы, многие из которых не заинтересованы в адаптации к западному рынку.

Как следствие, новая политика, которая внедрялась сверху, столкнулась с жестким сопротивлением на низших ступенях, и к 2016 году правительство почти отказалось от попыток изменить систему. В феврале 2022 года отечественная оружейная промышленность продолжала работать вхолостую, почти не выпустив ни одного артиллерийского снаряда в первый год вторжения.

Государственный пороховой завод обанкротился в феврале 2023 года, обремененный долгами. Государственный оружейный конгломерат "Укроборонпром" даже не произвел корпоративных изменений, необходимых для создания совместного предприятия с западной фирмой.

В тот момент у Офиса президента не было много времени, чтобы решить эти проблемы. Чтобы отбиться от россиян, Украина нуждалась в быстрых поставках оружия, а для того чтобы выжать достаточную огневую мощь из заброшенных государственных производителей, понадобились бы месяцы.

Вооруженные силы полагались на имеющиеся запасы, как собственные, так и союзников, которые пожертвовали оружие на десятки миллиардов долларов, чтобы помочь дать отпор россиянам. Но со временем эти запасы начали иссякать, оставляя большие пробелы в украинском арсенале.

Одна из самых больших проблем была связана с минными тральщиками, в которых украинцы нуждались в начале летнего контрнаступления. Оборудование для разминирования с Запада поступало слишком медленно, и Камышин быстро понял, что эти машины не были сложными.

Они выглядели как металлические когти, прикрепленные к передней части бронемашины, и вскоре бригады украинских сварщиков были предназначены для их скорейшего изготовления. На большинстве заводов, которые он посетил, было полно рабочих, стремившихся внести свой вклад в военные усилия, но их руководители часто не понимали, что нужно военным.

Однажды Зеленский попросил Камышина разобраться с скоплением поврежденных танков. Украина готовилась отправить их на ремонт в Польшу. Но после поездки на украинские танковые заводы и прифронтовые ремонтные пункты Камышин понял, что с определенной поддержкой со стороны государства они вполне способны справиться с этой работой.

В июне 2023 года директора одного из этих танковых заводов Германа Сметанина назначили возглавить государственный оборонный конгломерат "Укроборонпром". Он сразу начал проталкивать корпоративные реформы, которые не удалось осуществить нескольким его предшественникам.

Через несколько месяцев он превратил государственный концерн в корпорацию, способную сотрудничать с иностранными фирмами, и начал ездить в США и Европу на переговоры о партнерстве.

Вызовы, безусловно, огромны.

Перед министерством Камышина стоит задача реформировать гигантскую систему секретных объектов в разгар вторжения, в то время как российские ракеты обстреливают его заводы, а украинские спецслужбы охотятся на вражеских агентов изнутри.

Несмотря на вес своей ответственности и потенциальные последствия в случае неудачи, Камышин не кажется слишком озабоченным. Россия не раз пыталась убить ключевых фигур в военной промышленности Европы. Однажды она пыталась отравить торговца оружием в Болгарии, заводы которых поставляли оружие для украинской армии.

"Цена" убийства

"Это звучит скучно", - говорит Камышин.

"Но есть формула: "Цена убийства". "Она применяется почти к каждому оружию, которое производит Украина. Одна ракета "Стугна", например, убивает в среднем трех вражеских солдат, каждый из которых стоит в среднем 4613 долларов", - говорит Камышин.

Для сравнения, простые FPV, имеют соотношение "стоимость убийства" около 1650 долларов. Эта разница привела его к простому выводу: "Вы должны вложить в такие дроны как можно больше денег".

В прошлом году Украина инвестировала около миллиарда долларов в отечественную программу дронов, и эта цифра удвоится в 2024 году. Около двухсот фирм в Украине сейчас производят дроны для военных, начиная от стартапов и заканчивая крупными предприятиями советских времен.

Летом 2016 года одна из ведущих украинских аэрокосмических компаний представила беспилотник под названием "Горлица. Он имел скромный радиус действия около 100 километров и мог осуществлять разведку и наведение на цель, критически важные задачи в условиях артиллерийской войны.

Но когда в 2022 году началось российское вторжение, у Украины был только один такой дрон, прототип. Лишь на второй год вторжения они были переработаны для полетов на гораздо большие расстояния и запущены в серийное производство.

С того времени они используются для нанесения ударов по целям в глубине русской местности. В то же время Украина обратилась к западным производителям вооружений, таким как Raytheon и Lockheed Martin, с просьбой предоставить ей больше оборудования. - "Мы нашли черный ход", - говорит Камышин.

Вместо того чтобы просить самые современные технологии, он искал способы реконфигурации оружия, которое США больше не планируют использовать. Американские склады были полны таких комплектов. Одной из полезных вещей была старая версия ракеты Sidewinder, впервые выпущенная в 1950-х годах, чтобы позволить истребителям сбивать вражеские самолеты с неба.

Совместная команда инженеров и военных техников из США и Украины переоборудовала их для запуска с земли, создав дешевую систему противовоздушной обороны из ракет, которые американцы могли бы просто выбросить. "У нас есть ее первый пуск, - говорит Камышин. "И это даст моей стране самодельную противовоздушную оборону".

Во время своего визита в Давос в этом месяце он объявил, что это оружие впервые было использовано для того, чтобы сбить российский ударный дрон.

Зеленский и его команда понимают, что войну нельзя выиграть посредством подручных средств.

Чтобы победить такого массированного и технологически развитого врага, как Россия, Украине понадобится доступ к западному вооружению, в том числе к строго засекреченным чертежам и пособиям по техническому обслуживанию тяжелых вооружений.

Ни одна частная фирма в США или Европе не может делиться такими секретами без разрешения правительства, и Зеленский просил Байдена предоставить такое разрешение. Президент США может попытаться ускорить одобрение, объявив запрос чрезвычайным.

Но, согласно американскому законодательству, он все равно будет нуждаться в одобрении со стороны целого алфавитного ряда инстанций. На этом этапе войны у Украины нет лицензий на ремонт полученного американского оружия, не говоря уже о его производстве.

Джон Улрич, руководитель компании Raytheon Technologies, сравнивает это с тем, если бы вы подарили друзьям автомобиль, но не позволили им заменить моторное масло. В начале своей карьеры Улрич работал над производством ракеты Javelin. США поставили тысячи таких ракет в Украину в начале вторжения, и они имели решающее значение для поражения России в битве за Киев.

Но сейчас, говорит Улрич, Украина нуждается в доступе к более современным технологиям, а также деньгам на их использование и адаптацию к меняющимся реалиям на поле боя. "Эта война будет выиграна на заводе, - сказал он мне. "Это война на истощение".

Ствол продолжает расти…

В течение года Камышин пытается сделать оружейные заводы более устойчивыми к ракетным атакам. Многие украинские производители оружия расположены вблизи линии фронта, где они уязвимы к российским артиллерийским обстрелам и воздушным бомбардировкам.

Вместо того чтобы перенести эти заводы дальше на запад, где их работников и оборудования было бы легче защитить, Камышин решил "продублировать" их, создав несколько производственных линий в разных частях страны.

Вы отрываете ветку, высаживаете ее в другом месте и ухаживаете за ней. Но ствол продолжает расти. Когда я спросил о результатах его поездки в Вашингтон, он не стал останавливаться на встречах в Белом доме и на Капитолийском холме.

Он сосредоточился на переговорах с частным сектором. В прошлом месяце на встречу с ним и Зеленским в Вашингтоне прибыли топ-менеджеры крупнейших фирм оборонной промышленности США.

На минувшей неделе десятки других потенциальных инвесторов пришли на знаковый форум в Министерстве торговли, где министр обороны Ллойд Остин призвал "всю мощь американской промышленности" помочь Украине победить в войне. В кулуарах Камышин и его команда использовали любую возможность, чтобы убедить американских руководителей в ценности работы в Украине.

На частных встречах Камышин пытался продать оборонный сектор Украины как "Шангри-Ла" для инвесторов, с дешевой и мотивированной рабочей силой, гибким регулированием и возможностью опробовать новое вооружение в бою, как только оно сойдет с конвейера. Некоторые компании увидели потенциал.

Аарон Старкс, глава торговой организации 47G, представляющей аэрокосмическую, оборонную и кибериндустрию в штате Юта, подписал соглашение о сотрудничестве с Камышиным и осенью прошлого года посетил Киев, чтобы изучить возможности. "С точки зрения бизнеса, – говорит Старкс, – Украина сейчас является одним из самых горячих инновационных центров оборонных технологий в мире".

Риски могут показаться устрашающими. Украина не застрахована от российского ракетного удара, и нет способа узнать наверняка, как украинцы будут распоряжаться коммерческой тайной своих иностранных партнеров.

Чтобы получить доступ к этим секретам, включая чертежи, необходимые для создания и обслуживания новых систем вооружений, им нужно больше, чем разрешение правительства США. Им также необходимо, чтобы их иностранные партнеры доверяли Украине эти секреты. Такое доверие требует времени, и Камышин только начинает закладывать его фундамент, проводя одну встречу за другой.