Люди приходят на "Евровидение", как Христос на Голгофу: продюсер о целесообразности расходов на конкурс, политичность шоу и шансы Украины попасть в топ

Как и всегда, Национальный отбор на Евровидение 2024 вызвал оживленное обсуждение в украинском обществе. Победа дуэта Jerry Heil и Alyona Alyona с песней Teresa & Maria сопровождалась обвинениями в накрутке голосов, а поведение Melovin и SKYLERR разочаровало многих зрителей.

"Телеграф" решил пообщаться с музыкальным продюсером и медиаэкспертом Денисом Путинцевым о шансах Jerry Heil и Alyona Alyona на победу в Евровидении, обоснованности бюджета Нацотбора и целесообразности участия Украины в этом песенном конкурсе во время войны.

* Денис Путинцев входил в состав жюри "Фабрики звезд 2" и продюсировал многих известных артистов. А сейчас он на должности советника начальника Херсонской областной военной администрации по вопросам медиа и идеологии.

Отсутствие доступа к "Дие" фактически парализовало официальный ресурс документооборота для всех граждан Украины

— Как вы оцениваете нынешний Нацотбор и реакцию зрителей на выступления артистов?

— На мой взгляд, в этом году, эту масштабную историю со сбоем в "Дие", можно было раздуть до большого скандала. Вместо этого малой кровью обошлось. Кажется, максимум, что из этого вышло – это мемы.

Возможно это потому, что идет война, поэтому люди понимают, что срачи вокруг "Дии" не ко времени. А еще мне кажется, что люди, которые должны были поехать на Евровидение и представить страну в этом году, действительно отвечали тому, что мы видели на сцене. Там других шансов не было. Возможно, там было несколько артистов, которые могли бы претендовать на то, чтобы поехать в Швецию. Но среди этих артистов точно была Jerry Heil и Alyona Alyona. Возможно, поэтому не так сильно, как всегда развился этот срач.

— Я видела, что девушек обвиняют в том, что они заплатили деньги, чтобы набрать эти голоса. Возможно ли это?

— Ну, это фигня полная, мне так кажется. Я никак не хочу быть адвокатом Jerry Heil и Alyona Alyona. Тем более, что лейбл ENKO мне ничего за это не заплатил. Я лично знаю Ваню Клименко, лично знаю эту команду. Я не думаю, что было бы правильно с точки зрения финансовой тратиться на такие вещи.

У меня больше вопросов к "Дие" и министерству цифровой трансформации. Ведь как такая история могла положить "Дию"? Мы вообще-то не просто в игрушки какие-то по "Евровидению" играем. А реально люди не могли в течение значительного времени воспользоваться важными документами и сервисами.

Отсутствие доступа к "Дие" фактически парализовало официальный ресурс документооборота для всех граждан Украины.

Поэтому это меня больше беспокоит, чем то, что Jerry Heil и Alyona Alyona могли как-то подкупить голоса. Не думаю, что это так. Конечно, нельзя исключать вероятность технических ошибок в "Дие". С учетом масштабов платформы они вероятно случаются. Однако они не катастрофические.

Поведение Melovin после оглашения результатов Евровидения не делает ему чести как артисту. Если это был пиар-ход, он оказался неудачным, жлобским и инфантильным. То же касается и SKYLERR (Ред. — Валерия Кудрявец), которая сняла свою кандидатуру еще до начала голосования. Она прекрасно понимала, что не имеет шансов на победу, но все же принимала участие в отборе. Возникает вопрос: зачем?

Артист должен идти до конца, если согласился и подписал контракт. В договоре "Суспільного" — это черным по белому написано, что такое делать нельзя. Ну, знаете, молодые артисты ведут себя не зрело, как дети. Вот мне так кажется. И это нормально. С другой стороны, любой скандал – это пиар, который может сыграть на руку.

"Важно сформировать четкий месседж, который будет донесен со сцены. Именно от него будет зависеть наша победа"

— Есть ли действительно шансы с песней Teresa & Maria победить на "Евровидении"?

— В отличие от многих предыдущих лет, я в этот раз доволен результатом отбора на "Евровидение". Он был предсказуем, и я считаю, что это связано с качеством песни. Она, безусловно, хитовая, форматная для "Евровидения", уже стала вирусной в TikTok, люди ее поют, а букмекеры дают высокие оценки нашим исполнителям.

Безусловно, над номером еще предстоит много работать. Важно сформировать четкий месседж, который будет донесен со сцены. Именно от него будет зависеть наша победа.

Еще более важно то, что они будут говорить на пресс-конференциях, интервью с западной прессой. Сейчас ведь в Украине война. И этот месседж, который могут донести девушки гораздо важнее, чем просто победа и статуэтка Евровидения.

— О каком именно месседже речь?

— Теперь на Jerry Heil и Alyona Alyona возложена огромная ответственность. Их поведение, каждое слово и действие на "Евровидении" повлияют на восприятие Украины миром.

Еще несколько лет назад мы могли относиться к конкурсу легкомысленно как к развлекательному шоу. Мол: "Это просто песенный конкурс, не нагнетайте". Однако сейчас ситуация кардинально поменялась. Люди у нас приходят на "Евровидение", как Христос на Голгофу.

И ответственность большая, и хейт очень велик, если они там не занимают какие-то призовые места. Потому что мы уже разбалованы тем, что наши артисты всегда в топе находятся на Евровидении.

В этом году Jerry Heil и Alyona Alyona представят Украину именно во время решающего года в нашей войне. И многое зависит именно от наших западных партнеров. Какой бы ни была официальная позиция организаторов "Евровидения" — только потому, что в международном конкурсе принимает участие Украина, а Россия не участвует, то конкурс уже политический. И политическая реакция на выступление наших артистов на Евровидении будет иметь большое влияние.

Меседж песни "Дива Мария, Мать Тереза" о женской энергии, которая может спасти мир и нашу страну, должен быть правильно транслирован. Он должен стать призывом к еще большему объединению Европы для помощи Украине. Важно донести до людей в Европе, которые до сих пор не отдают себе отчет в серьезности ситуации, что война идет не только за Украину, но и за всю Европу. Даже если они этого не подозревают.

"Если бы Melovin победил, я бы тоже не был против"

— Вы указали, что были артисты, которые могли бы поехать представлять Украину в 2024 году. Кроме Jerry Heil и Alyona Alyona, кто именно?

— Тот же Melovin, потому что у него, во-первых, есть опыт "Евровидения". Во-вторых, он сформирован артист. Возможно, еще не сформирован медийно, как человек: он не может определиться во многих вопросах. Однако это более психологические аспекты, вероятно. Нужно еще несколько лет, чтобы он сформировался как персонаж, а не просто как вокалист, артист и певец.

Однако если бы Melovin победил, я тоже не был бы против. Ведь у него также был форматный трек для "Евровидения", тоже хитовый. Единственное, он более коммерческий. И скажем так, меньше в нем смыслов для Украины по сравнению с песней Jerry Heil и Alyona Alyona.

Я еще очень болел группой NAHABA. Знаете, мне очень досадно, что они не были замечены ни жюри, ни читателями, ни зрителями. Но я понимаю почему да. У них мало опыта сценических выступлений, ведь они только начинают свой творческий путь.

Их энергия, несомненно, мощна, даже немного агрессивна. Это ощущается в их музыке, в их месседже. И это, безусловно, могло бы увлечь европейскую публику. Я согласен, что на этой сцене они выделялись бы эмоционально.

Однако я также согласен с жюри, зрителями и читателями, что им не хватило опыта. Им не удалось полностью передать энергию, которая заложена в композиции.

Это очень важно, ведь многие молодые группы "рассыпаются" во время выступления. И их крутые треки, которые звучат в наших ушах, то ты видишь, что артисты на сцене просто распадаются. Потому что артист просто не дотягивает до того, чтобы называться артистом. Хотя у него могут быть крутые песни и треки.

"Нам нужно играть в эту игру, чтобы победить"

— Кроме скандала с "Дией", украинцы выразили возмущение относительно якобы "чрезмерных" сумм за проведение Нацотбора. Действительно ли это большая сумма?

*Национальная общественная телерадиокомпания Украины (НСТУ) потратила почти 11 миллионов гривен (10 999 811,46) на создание финального концерта Национального отбора.

— Я не знаю, много ли, мало ли. Потому что никогда финансовыми вопросами в таком контексте не занимался.

Если есть какая-то отчетность, то давайте просто проследим, что на что пошло, и тогда уже об этом рассуждать. А у нас все любят размышлять просто в общем о каких-то суммах. Возможно, реально такая сумма была израсходована, и она была рационально израсходована. Возможно, это было нерационально израсходовано. Однако нужно взять кошторис и сравнить с рыночными ценами. Тогда будет понятно, и мы не будем фантазировать по этому поводу.

Во-вторых, хочу сказать, что если эти деньги идут на продвижение Украины сейчас на европейскую сцену и на европейские медиа, опять же с правильными нарративами, то любые деньги можно на это потратить, которые есть в ресурсе. Ведь эта война, напоминаю, началась не с оружия, а с телевизора. Именно он прочистил мозги нашим северным соседям. И война, я уверен, кончится тоже не с помощью оружия. Она закончится с помощью идеи, медиа, каких-то нарративов и контрпропаганды. И того месседжа, который Украина и цивилизованный мир будут присылать другому миру.

Поэтому участие в таких конкурсе, она неоценима, она вообще не имеет какого-либо бюджета. Любой имеющийся бюджет нужно тратить в частности на идеологию и культуру. Следует тратить на то, чтобы показывать Украину в мире. Когда мир устал от войны, ему нужно будет показывать что-нибудь другое.

К сожалению, или к счастью, мы с вами понимаем, что все, что рядом с нами И все, что происходит в этом мире, – это шоу и энтертеймент. И эта война, к сожалению, как бы цинично это ни звучало сейчас, я не боюсь сказать такие слова: это тоже шоу-бизнес, но на другом уровне.

И нам нужно играть в эту игру, чтобы победить. Если мы будем отказываться от того, чтобы заявить о себе на международной, европейской сцене, это точно неправильное решение.

— Что касается детального финансового плана, то его не предоставляли на сайте Prozzoro.

— Именно поэтому незнание порождает сплетни. Это опять же вопрос к "Суспільному", вопрос к организаторам. Если они не выставляют кошторис, значит есть что скрывать.

Однако опять же я не берусь оценивать это. Потому что я не знаю, сколько что стоит. Если бы я увидел кошторис, возможно, смог бы оценить.

Я точно знаю, что "закидоны" о том, что на эти деньги можно было бы купить много дронов — несколько инфантильны. Знаете ли вы, как корректно сравнивать это? Вы же не знаете, какой эффект окажет участие Jerry Heil и Alyona Alyona при правильных нарративах в "Евровидении". Возможно, этот эффект будет более мощным, чем миллион дронов.