"Сырский будет искать слабые места России": генерал Райан о наступлении Украины, планах окупантов и новой стратегии Запада

Начало 2024 года украинская армия проводит в сложных боях на востоке и юге, в условиях дефицита некоторых видов вооружения и с чувством неопределенности, сдержат ли западные партнеры обещания оставаться с нами "столько, сколько нужно". Силы обороны Украины ведут кровопролитную борьбу с противником, который, к сожалению, учится и совершенствуется.

Почему в этом году ВСУ вряд ли пойдут в наступление, где ждать "мясных штурмов" россиян и что в своем подходе должно изменить Запад — в интервью "Телеграфу" рассказал генерал-майор Вооруженных сил Австралии в отставке и военный стратег Мик Райан. Он неоднократно бывал в Украине, поэтому хорошо ориентируется в наших событиях.

"Путин может воспользоваться моментом нестабильности"

— ВСУ занимают оборонные позиции как на востоке, так и на юге. Как вы думаете, какие участки фронта будут самыми опасными в ближайшее время, где Россия может готовить наступательные действия?

— Думаю, что Путин действительно может воспользоваться моментом сочетания военной и политической нестабильности в Украине, хотя такую возможность легко переоценить, ведь ваша страна не раз демонстрировала чрезвычайную стойкость и единство.

Впрочем, дефицит артиллерийских боеприпасов — очень важная проблема на данный момент, также можно говорить о потенциальной нехватке средств перехвата. Во-вторых, нехватка людей — законопроект о мобилизации все еще рассматривается парламентом. Бывший главнокомандующий ВСУ Залужный давал понять, что нужна мобилизация до 500 тысяч человек, чтобы дать войскам на передовой перерыв для ротации для формирования новых сил.

Учитывая все факторы, я думаю, что почти неизбежно мы увидим большее российское наступление в течение следующих нескольких месяцев. Россияне не так заботятся о своих людях, как Украина. Они будут рады бросить больше солдат в "мясорубку", если это будет означать захват территорий и в то же время ущерб имиджу правительства Украины перед народом и международным сообществом.

— Возможно, россияне попытаются прибегнуть к чему-то похожему на Купянском направлении? Недавно СМИ сообщали о серьезной концентрации российских сил там.

— Думаю, это будет одно из ключевых направлений. Но я считаю, что именно Донецкая и Луганская области являются очень важными целями для россиян. Это два района, на которых они сосредотачивали свои силы последнее десятилетие. Это области, которые находятся вблизи российской границы, безусловно, там гораздо проще организовать материально-техническое обеспечение для наступательных операций. Они будут стремиться захватить новые позиции и продвинуться на участки, которые легче защищать.

Вероятно, российские операции будут в основном сконцентрироваться на востоке, но атаки будут продолжаться и на юге. Сейчас это, как вы знаете, происходит в районе Роботино, и там, где ВСУ имеют небольшой плацдарм на левом берегу Днепра в Херсонской области.

"ВСУ сосредоточатся на стратегической обороне"

— Какие факторы могут обеспечить Украину достаточными ресурсами для широкомасштабного контрнаступления? И при каких условиях возможны такие операции в этом году? Или же 2024 год должен стать годом подготовки к контрнаступлению уже в 2025-м?

— Думаю, что 2024 год будет в основном посвящен стратегической обороне ВСУ с целью возобновления сил.

Украинская армия значительно выросла, но также понесла серьезные потери за два года, поэтому требует восстановления. Мобилизация будет иметь решающее значение для этого. Также необходимо перевооружение, а для этого — огромные поставки боеприпасов, которые, надеюсь, произойдут после одобрения американцами законопроекта, который включает пакет помощи Украине на 60 миллиардов долларов, и который вновь находится на рассмотрении в Конгрессе.

Есть еще ряд оперативных проблем, которые украинские военные должны решить, и которые пока не удалось решить ни им, ни россиянам. Я публиковал статью для Института современной войны о пяти тактических и оперативных задачах, которые должны быть решены в этом году Украиной и НАТО, поскольку мы не можем позволить России нас обогнать.

*Отметим, в своей статье Райан приводит следующие проблемы:

— интеграция старых и новых технологий;

— массовые операции VS рассредоточение сил: современные вооруженные силы должны уметь действовать как рассредоточенно, так и совместно. И при этом свести к минимуму возможность их обнаружения противником;

— уменьшение стоимости средств защиты от ракет и беспилотников: необходима разработка различных недорогих систем уничтожения;

— правильный баланс между дальнобойными ударами и ближними боями;

— приближение к врагу: Украине и Западу следует разработать концепцию, как прорывать оборону россиян.

В этом году ВСУ ждет много работы. Но это не значит, что украинские войска должны отказаться от сложных, изящных ударов по противнику, которые значительно "выросли" по уровню за последние два года. Речь о морских беспилотниках, БПЛА дальнего радиуса действия и дальнобойных ракетах. Эти удары достаточно мощные и явно направлены на снижение доходов России от экспорта энергоносителей, что является достаточно разумной стратегией.

Хотя Украина в этом году сосредоточится на стратегической обороне, восстановлении наземных сил и защите от российских ракетных атак, она, вероятно, также будет атаковать Россию, объекты в Черном море, чтобы сохранить открытыми очень важные морские экспортные пути.

Какую стратегию выберет главком Сырский

— Существуют разные точки зрения, откуда ВСУ стоит начинать наступательные операции, когда войска будут иметь необходимые ресурсы. И Крым, очевидно, один из вариантов. Есть ли смысл в крымской кампании, и что для этого нужно Украине?

— Очень важно определить, где слабое место России. И я думаю, это то, что генерал Сырский делал последние несколько лет. Во время битвы за Киев он атаковал россиян не напрямую, а мощно ударил там, где они были слабы, и это привело к каскаду проблем противника. То же самое он сделал в Харьковской области.

Поэтому Сырский будет искать российские слабые места или пробелы, которые можно использовать или проверить, применив украинские силы. Думаю, он попытается сделать что-то подобное, скорее всего, в начале 2025 года. Но он не стремится к боям, подобным тем, что были на юге во время контрнаступления.

— Как разные процессы в мире могут повлиять на войну в Украине? Имею в виду выборы в России и США, войну на Ближнем Востоке и т.д. Ситуация в мире становится все более напряженной – существует обеспокоенность даже о начале Третьей мировой войны…

— Безусловно, к войне на Ближнем Востоке приковано большое внимание. Это занимает много времени тех, кто принимает решения в Вашингтоне. У них всего 24 часа в сутки, и им приходится сосредотачиваться и на Ближнем Востоке, и на Украине, и на западной части Тихого океана, где они имеют дело с Китаем. Стратегическое внимание национальных лидеров и лиц, принимающих решение о нацбезопасности, рассредоточено на многих конфликтах. Это проблема.

Вторая большая проблема — промышленные мощности в Штатах и Европе. Они улучшились, но им нужно пройти долгий путь, чтобы соответствовать потребностям поля боя в Украине, не считая Ближнего Востока и потенциальных непредсказуемых ситуаций в Тихом океане.

Наконец, нам нужно лучше объяснять населению на Западе, почему эта борьба будет затяжной, и почему гражданам нужно иметь стратегическое терпение, чтобы обеспечить украинские Вооруженные силы необходимыми ресурсами не только для защиты страны, но и для победы над Россией. Это потребует изменений в мышлении западной общественности и западных политиков. Очевидно, осложнениями могут стать выборы в США и Великобритании. Не думаю, что российские "выборы" что-то изменят — мы будем свидетелями, как Путин будет и дальше забрасывать проблемные участки солдатами.

"Россияне не так глупы, как мы надеемся"

— Мы понимаем, что россияне также учатся и адаптируются, как вы сами отмечали в статье для Foreign Affairs. Какие ключевые шаги должны сделать Украина и ее западные партнеры, чтобы лишить россиян инициативы в поле боя?

— К сожалению, русские не так глупы, как мы все надеемся. Если бы были, уже проиграли бы. Но русские войска смогли немного научиться и адаптироваться. В частности, они адаптировали стратегический подход к кадрам благодаря мобилизации и постоянной "криптомобилизации" (скрытой мобилизации. — Ред.) с сентября 2022 года, что дало им необходимый человеческий ресурс.

Указ о "частичной мобилизации" с сентября 2022 года также содержал указания по мобилизации оборонной отрасли. По итогу, россияне мобилизовали промышленность задолго до Запада. Они приспособились к санкциям и теперь больше импортируют технологий двойного назначения из Китая, а оружия и боеприпасы из Ирана и Северной Кореи.

Итак, что нам делать с этим? Во-первых, Украина должна решить кадровую проблему, будь то путем мобилизации или призыва на военную службу – здесь решение за вами. Во-вторых, необходимо решить проблему дефицита боеприпасов, возможно, за счет увеличения производства артиллерии и других средств, таких как FPV-дронов и подобного вооружения.

Кроме того, Украина, видимо, уже рассматривает ряд вариантов для стратегических ударов с целью деградации российского оборонно-промышленного комплекса, чтобы убедиться, что темпы производства не вырастут.

"Нам нужен новый Манхэттенский проект"

— В февральской колонке для CNN экс-главнокомандующий ВСУ Валерий Залужный отмечал , что "Украина должна больше сосредотачиваться на технологиях, если хочет выиграть в войне против России". Как вы думаете, какие технологии могут что-то изменить?

— Технологий — большое разнообразие, но Залужный признает, что одной "волшебной пули" не существует. Он отмечал критическую важность ряда технологий противовоздушной обороны: передовых перехватчиков, обнаруживающих их датчиков, а также объединение в одну систему датчиков, перехватчиков и тех, кто принимает решение, где и какой объект перехватить. Информационные технологии и искусственный интеллект являются частью этого.

Еще одна технология – это радиоэлектронная борьба. В последние 13 месяцев произошло массовое возрождение радиоэлектронной борьбы в Украине и России для поиска вражеских штабов, ухудшения работы БПЛА во время плохой погоды и препятствования использованию высокоточных боеприпасов на поле боя. Так что РЭБ-борьба дальше будет только нарастать.

Третье направление – выявление мин и разминирование. Это область, которую я очень критиковал. Технологии и подход НАТО к этому уже не развивались полвека. Нам нужен новый "Мангеттенский проект" (начавшееся в 1942 году кодовое название программы по разработке ядерного оружия в США, которая навсегда изменила методы ведения войны. — Ред.), чтобы на порядок увеличить скорость и точность очистки заминированных территорий. Это важно не только в поле боя. 15% территории Украины загрязнены российскими минами и неразорванными снарядами.

Четвертое – беспилотные системы и эффективное массовое производство различных недорогих БПЛА. Вооруженный боеголовкой FPV-дрон на порядок дешевле и точнее, чем 155 мм снаряд. И все же вам нужны оба варианта в большом количестве.

— Недавно вы писали о "мобилизации интеллектуального потенциала Запада для победы Украины". Речь о том, что вы только что перечислили? И как именно Запад должен изменить ход мышления, чтобы помочь ВСУ?

— Мобилизация интеллектуального потенциала — одна из тех вещей, о которой нечасто говорят, и о которой мало пишут журналисты. Но это критически важно, поскольку объединяет человеческие ресурсы и новые технологии для решения современных проблем.

Под последними следует понимать интенсивное и "чувствительное" поле боя, на котором очень трудно укрыться. Итак, как массовому войску продвинуться по нему, и при этом не попасть под удар, пройти через минные поля, атаковать врага и совершить необходимый прорыв? Ни одна из сторон в этой войне еще не нашла решения. И мы должны опередить россиян в этом. НАТО играет ключевую роль в работе по таким задачам в Украине. Обнаружив выход, мы поможем сами себе, ведь этот опыт можно использовать дальше.

Я думаю, один из способов – это экономически эффективный метод уничтожения вражеских беспилотников и баражирующих боеприпасов. Мы не можем ракетами за сотни тысяч долларов постоянно сбивать дроны меньше по стоимости. Нам нужны разные более дешевые возможности для борьбы с такими целями. Возможности, которые не обременяют финансово сторону, которая защищается. Вместо этого наносят урон стороне, которая атакует Украину беспилотниками, боеприпасами, гиперзвуковыми ракетами и ложью.

— Вы не раз бывали в нашей стране. И недавно анонсировали выход новой книги "Война за Украину: стратегия и адаптация под огнем". Можете рассказать о ней более подробно, и почему Украина является хорошим примером адаптации под огнем?

— Я не хотел просто описывать хронологию, потому что война все время меняла свой вид. Хотелось взглянуть на это по-другому, и я сосредоточился на стратегии и адаптации. Поэтому в первой половине книги рассматривают стратегии, которые приняли Украина, Россия и НАТО, и как эти подходы пересекались и развивались во время войны. Затем я остановился на разных уровнях адаптации как россиян, так и украинцев, на важности реформ, которые делали Москва и Киев в течение десятилетий, предшествовавших этой войне. Вы знаете, адаптация не может появиться с первого дня. Несмотря на выдающиеся военные новаторства украинцев, есть основа, которая закладывается в мирное время.

Так что я исследую перечисленное, а потом предлагаю уроки, извлеченные из этого. Речь идет о том, как эта война позволяет нам учиться и усовершенствовать подход к военным действиям. Я посвятил эту книгу народу и воинам Украины.

*Отметим, выход новой книги Мика Райана запланирован на середину 2024 года. Издателем выступает United States Naval Institute Press.