"В мой дом прилетели обломки ракеты". Леся Патока об украинском языке до 24 февраля, кокошники Поляковой и то, почему бросила Португалию ради Украины

Украинская художница по костюмам и автор "Воина света", принесшего Украине первую за 80 лет победу на конкурсе "Мисс Вселенная", Леся Патока в начале полномасштабного вторжения волею судьбы оказалась в Португалии. Несмотря на то, что страна–мечта миллионов активно подражала ее работам, стилистке так и не удалось там себя реализовать.

Что заставило Патоку вернуться в Украину, где российские оккупанты разрушили ее жилье, какими были отношения с популярной певицей Олей Поляковой, для которой художница создала знаменитый кокошник, и почему у украинцев сейчас есть уникальный шанс почистить все в корень и построить страну с нуля, – в эксклюзивном интервью для OBOZ.UA.

– По образованию вы педагог и географ-психолог. Пришлось ли работать по специальности?

– Нет, не пришлось. У меня на эту тему интересная и поучительная история. Я из семьи учителей, а дети учителей – это такие немного "сломанные" дети (улыбается). Мама хотела, чтобы я тоже была учительницей географии. А я, честно признаюсь, не любила географию. Но решила поступить на педагогический ради родителей. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что это решение было ошибочным.

Мне очень нравится система, которая есть в США. Там детям дают выбор путешествовать, поработать официантами или на заправках, посмотреть, что они хотят, и уже в двадцать сделать свой сознательный выбор... Так вот, мне еще удалось поступить на бюджет и получать стипендию. Параллельно я работала аниматором в боулинг-клубе. И могу сказать, что у меня к этому было талант, наверное, потому что каждое лето я проводила в детском лагере. Но, видя изнутри, что учительский труд не очень ценится и низкооплачиваемый, решила, что образование получу чисто для родителей.

Поэтому после третьего курса, когда уже самостоятельно достаточно зарабатывала, поставила родителей перед фактом, что перехожу на заочную форму обучения, которую оплачиваю сама. В ходе практики я получила очень хорошее предложение от директора престижного лицея, но отказалась. Это не мой путь.

– А с чего вообще начинался путь к одному из самых известных художников по костюмам в Украине?

– У нас в семье было так, что если я хотела что-то себе купить или пойти на какие-то условные "гульки", то должна сама на это заработать. Потому я разносила социальные газеты по своему микрорайону, а наш район не очень безопасный, мягко говоря, может конкурировать с Троещиной. Затем распространяла косметику Avon, Oriflame, раздавала флаеры.

Затем меня пригласили в еженедельный журнал "Телегид", в котором печатались анонсы программ телевидения. Там была интересная рубрика Hand made. Собственно, я начала ее вести, и она набирала популярность. Тем не менее это не была моя основная работа – подработка.

Основной работой был боулинг-клуб, где мы с моим бывшим мужем вели дни рождения, развлекали детей, мы там были звездами и, собственно, жили на это. И однажды главный редактор предложила мне постоянное место в рубрике Fashion – "Оденься как звезда". Надо было ездить по магазинам, искать похожие вещи, чтобы одеваться как Рианна или Бейонсе, к примеру.

Я, не имея ни малейшего опыта, начала это делать, и у меня начало получаться. Когда наш главный редактор Ярослава Гресь перешла работать в журнал Hello, то позвала меня в свою команду на фриланс. Помню, как мне поручили первую съемку с Алексеем Мочановым, известным гонщиком. Надо было сделать из него секси-мачо, бегать по магазинам, искать подходящий образ. И так началась моя история еще не художника по костюмам, а больше стилиста.

Потом журнал, к большому сожалению, закрыли, и я не знала, что делать. Меня звали к конкурентам, но я не была уверена, что хочу продолжать. Мне было интересно попробовать себя в работе в видеоклипах, хотя и было ноль связей. Дальше случилась какая-то магия – звезды, которых я снимала для журнала и которым очень нравились мои работы, стали приглашать меня на съемки своих клипов.

В то же время, чтобы собрать средства, я делала еще костюмы для рекламы. Это настоящая история, как постепенно я начала расти, общаться с известными стилистами, и они подтягивали меня на работу, беря своей помощницей. Так я знакомилась и с режиссерами. И вот тогда началась моя история как художника по костюмам, когда получила заказ от группы "Ляпис Трубецкой" на песню "Принцесса", для которой мы делали все: и костюмы, и арт-объекты. До этого все костюмы монтировались в моей квартире. Но когда поняла, что не могу создать четырехметровый замок для видеоклипа в своей комнате, решила открыть собственную студию – Patoka Studio.

– Вас называют автором известных кокошников Оли Поляковой. Почему именно этот головной убор русского национального костюма стал ее образом?

– Идея создания принадлежит не мне. Я являюсь ее реализатором. История с Олей Поляковой и ее кокошниками была, когда она только начинала свою карьеру. Это был ее первый видеоклип "Хлопали шлепки". Я была хорошо знакома с Мишей Ясинским, продюсером Поляковой. Он ко мне обратился как к реализатору. Так и познакомилась с Поляковой. Я сделала эти кокошники, это были произведения искусства, характерные, к сожалению, для России.

У нас была очень длинная история, хотя я никогда не работала над образами Поляковой, потому что у Оли очень сложный характер, у меня тоже, а два сложных характера – это невозможно. Но мы сотрудничали по головным уборам, у нас были разные кокошники: светящиеся, с косичками и т. д. Кроме них, делали ей еще короны. В какой-то момент она начала от этого образа отходить, и наше сотрудничество на этом закончилось. Но меня очень порадовала история, когда Оля Полякова в начале полномасштабного вторжения сжигала на Лысой горе тот самый кокошник, который я сделала для нее.

– Полномасштабное вторжение в Украину застало вас на отдыхе за границей, а затем местом своей временной защиты вы выбрали Португалию. Каким был период вашей жизни там?

– Впервые за два года я уехала с дочерью и своей подругой отдыхать на Шри-Ланку с летними вещами за два дня до вторжения. Когда все случилось, было ужасное чувство от неспособности что-либо сделать. Ты на другом конце света, твой город бомбят, твою страну захватывают, там твои родители, друзья. Куда возвращаться с ребёнком? Спустя неделю после полномасштабного вторжения в мой дом прилетели обломки ракеты. Я с ужасом вспоминаю этот отдых. Родители отказывались уезжать, дистанционно пыталась помочь соседям. Еще и ко всему там, на Шри-Ланке, было много россиян, драки, ссоры плюс внутренние проблемы острова с многочасовым отключением света, можно сказать, блэкаут почувствовали на себе гораздо раньше. Потому начала искать варианты, куда же ехать.

Авиакомпания Air Arabia игнорировала наши емейлы с просьбой обменять билеты. Я категорически не рекомендую эту компанию никому. Через некоторое время мне все же удалось выйти с ними на связь через Instagram, и все, чего добилась, это перевод средств в баллы в личном кабинете. Мы с подругой наивно надеялись, что нам удастся обменять билеты, но, к сожалению, эта компания летает только в две столицы Европы – Киев и Тбилиси.

Мы подумали, что летим хотя бы в Грузию, но с нас потребовали еще и доплату! Мы были в шоке. У нас в стране война, мы не можем вернуться домой, а у нас еще требуют средства! Не имея выбора, решила улететь в Тбилиси. Нам казалось, что это и ближе, и их культура нам близка, но начала читать, что в результате туда стало прибывать еще больше россиян. Поэтому выбор пал на Португалию, как можно дальше от представителей страны-агрессора.

Прожила там полгода. Я была уверена, что в Лиссабоне у меня не будет проблем с работой. Первое, что я сделала, когда приехала, это начала узнавать, есть ли в Португалии шоу "Маска", ведь я делала костюмы для нашей, украинской "Маски". Узнав, что были скопированы три мои работы (что вполне законно по действующим правилам этого шоу), нашла контакт канала и написала им большое письмо, о том, что я – Леся Патока – художница по костюмам, я здесь, в Лиссабоне, давайте сотрудничать! На что получила достаточно сухой ответ, типа спасибо, мы сохраним ваш контакт. Сказать, что это был шок, не сказать ничего. Но я решила не сдаваться, искала местных звезд.

Португалия – страна, которая хорошо относится к гендерному равенству, национальным меньшинствам. И я подумала, что смогу делать костюмы в этом направлении. Но не сработало. Затем меня познакомили с человеком, который отвечал за Netflix в Португалии и Испании. И это могло бы быть идеальным решением, потому что он был в восторге от моих работ. Но тот человек сказал, что "при всем уважении, мне нечего делать в Португалии", потому что португальцы не об этом. Не о таком масштабе, не о таких костюмах. И если я хочу, то он поможет мне с работой в Испании, но я должна выучить испанский язык. А мне уже португальский язык тяжело давался, и я поняла, что мне в Португалии делать нечего.

Когда вернулась в Украину для создания костюма "Воин света" для конкурса "Мисс Вселенная-2022", который стал лучшим костюмом мира, меня начали отмечать в stories на фотографиях из Португалии. Там же проходил карнавал, где подавляющее большинство девушек были в костюмах "Воин света"! Тогда я выложила свою stories со словами "Боже мой! Какой сюр! Страна, которая не дала мне никакого шанса хоть попробовать, потом подражает, снова копирует мои работы, когда я уже вернулась в свою страну, где продолжается война!".

– Когда смотрела программу с Евгением Синельниковым "Наши в Португалии", то создалось впечатление, что вы достаточно уверенно чувствовали себя в Лиссабоне. Есть ли что-нибудь такое, по чему скучаете?

– У меня щемит сердце по здешним ярмаркам. Они там просто фантастические! Я очень скучаю по ним. На киевских ярмарках до сих пор сильный отпечаток советщины, нет того, что продают португальцы. Хотя у меня создалось впечатление, что сами португальцы не ценят своих королевских сокровищ. Потому что отдают шикарные вещи за бесценок. Мы с подругой, с которой вместе приехали в Лиссабон и которая там осталась, даже создали проект "СКАРБОНАДЫБАНКА". Он идет каждые выходные онлайн для таких же поклонников ярмарки, как и я.

– Как вы считаете, какие изменения претерпел украинский шоу-бизнес от полномасштабного вторжения России в Украину?

– Сейчас шоу-бизнес "мертв" с точки шоу как для человека, занимавшегося костюмами для шоу, но очень прогрессивный с точки времени. Сейчас не время делать шоу, костюмы, все сознательные исполнители направляют средства на помощь Вооруженным силам Украины. Когда я вернулась в Украину, то поняла, что еще не скоро буду работать с шоу-бизнесом, но очень рада, что с началом войны мы наконец-то увидели, кто из топовых исполнителей есть кто, кто уехал за границу и не вернулся и даже не проводит сборы, не донатит. Мы увидели тех, кто очень быстро "переобулся" и понял, в какую сторону двигаться.

Мы часто говорим с нашими друзьями, знакомыми о "переобувке", хорошо это или плохо. По-моему, есть те, кто "переобулся" и создает хороший контент. При этом есть такие, что делают такую "дичь" и такую шароварщину, что лучше бы они просто исчезли с начала полномасштабной. Потому что, на мой взгляд, сейчас идеальное время для Украины. Да, оно очень сложное, да, мы тратим все, что можем, на свою безопасность, донаты и т.д. Но это время, когда мы можем почистить все под корень и выстроить все с нуля. Построить культуру, фирменную музыку. Для меня это очень важно.

Мне хочется верить, что у нас будет возрождение такой музыки, за которую не было бы стыдно. Сейчас еще и такое время, столько музыкальных пабликов, что и продюсер не нужен. Меня радует, что группа "Один в каноэ", за музыку которой тебе не только не стыдно, а я ею восхищаюсь, дает четыре концерта в месяц в Киеве и не сидит в кресле жюри топовых передач.

Или история с ONUKA. Очень нишевая история. Совершенно не масс-маркет. Это проект, которым я горжусь. Ната с Женей очень близкие мне люди, это как семья, это уже давно не клиентские отношения. Я горжусь многими своими проектами, но этот для меня особенный, в котором я с самого начала, и для меня он показатель качества моего полноценного продукта, на котором уже воспитано точно одно поколение, потому что проекту десять лет. И им можно показывать, что Украина может быть небанальной, не в вышиванке. Она может быть стильной и смиксованной.

– Как при таком ритме жизни удается совмещать карьеру и материнство? Ваша близкая подруга Ната Жижченко в одном из интервью сказала, что карьера – это легче, чем дети?

– Так и есть (улыбается). Недавно мы общались с Натой. Она говорит, что у нее два ребенка и две няни. Все деньги идут на них. Я помню те моменты, о которых говорит Наточка. Когда оплачиваешь сады, нянь, кружки и в конце месяца выходишь в ноль, но покупаешь себе время, чтобы иметь возможность выдохнуть, сделать йогу, маникюр, почувствовать себя живой женщиной. Материнство – это отдельная работа. Но у меня уже большой ребенок, девять лет, это уже личность, обсуждающая со мной серьезные темы, с которой можно посоветоваться, которая уже ездит со мной на студию, на съемки, может что-то помочь.

Расскажу вам одну историю. Как-то я хотела привезти из командировки котенка, но решила все же посоветоваться со своим любимым и дочерью, потому что у нас в семье – демократия (улыбается). Чтобы вы понимали, мой любимый – парамедик, госпитальер, находится на Запорожском направлении и больше любит собак. Для него рысь, которую я привезла из Львова, было овер, но сейчас он так ее любит, что когда приезжает, сначала обнимает ее, а уже потом всех нас. Когда я сбросила ему видео, писал мне, чтобы подумала, что это уже два кота. Как буду ходить с ними в бомбоубежище и т.д.? Но, наконец, он согласился.

Поэтому когда я написала аналогичное предложение дочери, была уверена, что она с радостью согласится на котенка. Но что вы думаете? Она написала мне три абзаца с аргументацией, почему мы не можем взять котенка! "Чем ты думаешь, мама? А если котенок не поладит с рысью? А ты подумала о том, сколько это ответственности? Это в два раза больше корма!" Мне, с одной стороны, смешно: сначала у тебя есть родители, которые не позволяют тебе домашних животных, а потом ты выращиваешь ребенка, который говорит тебе: "Мама, чем ты думаешь?"

– До полномасштабного вторжения вы давали интервью на русском языке. В какой момент перешли на украинский?

– В 2021 году я решила перейти на украинский язык. Я коренная киевлянка, и, к большому сожалению, Киев очень русскоязычный. Я всю свою жизнь говорила по-русски. Помню, когда ездила во Львов, который просто обожаю, там переходила на украинский язык и по возвращению в Киев хотелось продолжать. Но у меня было оправдание, что вся сфера шоу-бизнеса общалась по-русски, и не хватало мотивации. А на 2021 год я, как всегда, составляла виш-лист, и одним из пунктов был переход на украинский язык. После Нового года я открыла его и решила начать, как мне тогда казалось, с самого легкого пункта – украинский язык. Первое, что я сделала – это удалила русский язык с клавиатуры. Начала смотреть украинский контент. Моя дочь поддержала мой выбор и тоже перешла на украинский. Многие друзья не могли понять, говорили, что, мол, увидим, насколько тебя хватит. Но ничего, прорвалась!

– У меня после интервью с вами планировался разговор с военнослужащим. И меня поразило, что когда мы договаривались об этом, он сказал, что на неделю наперед не планирует, отучился, мол. Поэтому мы общались буквально на следующий день. Можете ли на собственном опыте подтвердить или опровергнуть, что большинство украинцев отучились планировать что-то больше, чем на завтра?

– Это наша самая большая проблема, решения которой нет. Но я скажу, что если сравнивать с прошлым годом, то изменилось в лучшую сторону. Все мои друзья говорили, что не планируют ничего больше, чем на две недели. Сейчас я понимаю, что могу купить билеты с моими близкими в театр за месяц, что это уже победа. Но чувство, что ты не можешь планировать свою жизнь, не знаешь, когда к тебе может прилететь. Всем кажется, что они в безопасности, находясь в городах Украины, а не на нуле, но мы же видим, как обстреливают жилые дома россияне, поэтому никогда не знаешь… Планирование осталось в прошлой жизни.

Но больше всего меня огорчает то, что я перестала мечтать, не могу себе этого позволить. Но быть в Украине – мой сознательный выбор, для меня очень важно оставаться в моей стране, с моими людьми, менять их истории теми ресурсами, которые есть у меня, давать на аукционы какие-то свои произведения искусства, тем самым помогая нашим ребятам в армии. Хочу, чтобы мой ребенок рос здесь, чтобы дочь знала, что она – украинка и как тяжело нам дается свобода.

Читайте на OBOZ.UA интервью с украинской актрисой Надеждой Маринкой о "неполноценности" украинцев, эвакуации в Португалию мамы с 11 детьми и том, почему не перестанет восхищаться Достоевским из-за диктатора Путина.