Политолог Олег Саакян: Договоры о безопасности не могут быть заменителем вступления в НАТО

Стремительные изменения политических конфигураций в мире напрямую влияют на возможность Украины защищаться от российской агрессии. Поэтому Киеву критически важно держать руку на пульсе всей мировой геополитики. Более того, принимать в ней активное участие. Об успехах нашей страны на этом направлении, договорах безопасности с западными союзниками, перспективах вступления в НАТО, эволюции американских элит и роли личности в мировой политике и многом другом Коротко про поговорила с политологом Олегом Саакяном.

Вместо "доброй воли" будут юридические обязательства

– Украина подписала договоры о безопасности с Германией, Францией и Британией. Что нам это дает? То же, что и соглашение между США и Израилем – деньги, оружие, технологии, разведданные, но без ввода войск союзников для нашей защиты?

– Да, эти договоры для нас очень важны с нескольких позиций. Они создают горизонт сотрудничества с Западом и политическую рамку их помощи. Начиная с военной помощи и технологий и заканчивая обменом разведданными. То есть все это переводится из режима «доброй воли», по которому нам сейчас помогают наши западные партнеры, в режим официальных, юридических обязательств. И все это теперь не будет зависеть от того, кто будет у власти – Трамп или кто-то другой.

Например, сейчас помощь США нам зависла из-за того, что у них внутриполитический кризис, вызванный выборами. А был бы такой договор с Америкой, он фактически оберегал бы от внутренней турбулентности в стране.

Сейчас такие договоры уже подписаны с тремя ключевыми государствами европейского пространства – Великобританией, Францией и Германией. И в отличие от Будапештского меморандума, у ​​них нет чего-то такого, что имеет расплывчатые формулировки, нет обещаний, которые невозможно выполнить. Эти документы уже писались в характере тотального реализма с описанием исключительно того, что действительно произойдет – без каких-либо иллюзий. Почему они крайне важны? Потому что это договоры не столько о гарантиях безопасности, а договорах о гарантии помощи и поддержки. А это уже больше и важнее.

– Чем эти договоры отличаются? Например, Германия взяла на себя гораздо меньше обязательств по Украине, чем Британия и Франция. Немцы обошли стороной поддержку Украины по вступлению в ЕС и НАТО. Почему это так?

– Ну, немцы вообще более консервативны в своих взглядах, и они очертили более узкую рамку помощи нам. Они всегда менее решительны в движении вперед, зато они более действенны в движении вширь. Пока другие государства расширяют дальность помощи, немцы усиливают ее емкость. Пока другие работают над какими-то высокотехнологичными решениями, Германия поставляет нам больше всего взрывчатки, снаряжения для нашей армии.

В целом все эти договоры достаточно шаблонны, но не адаптированы под конкретные государства с точки зрения их международной политики, характера и с точки зрения профилизации их военно-промышленного комплекса. То есть это не универсальный документ – с каждой страной есть какие-то отдельные нюансы. Образцом служит договор с Великобританией, которая была первопроходцем, но с каждой страной он имеет свои особенности. Британия, например, специализируется на кораблях, Франция – на артиллерии и ракетах, немцы, как я уже сказал, – боеприпасы.

- Есть ли угроза, что эти договоры со временем станут заменителем нашего вступления в НАТО? Наши западные партнеры имеют такой соблазн?

- В коммуникациях с нашими союзниками четко отмечается и юридически прописано, что все эти договоры о гарантиях безопасности не могут быть заменителем вступления в Альянс. Напротив, в рамках этих договоров происходит больше синхронизация процесса вступления Украины в НАТО, и когда политически появится окно возможностей для такого вступления, оно будет мгновенно реализовано.

Второй момент – нам нужно четко отдавать себе отчет в том, что в ближайшее время мы не вступим в НАТО. То есть говорить об этом «вместо» сегодня вообще нерелевантно, потому что никто не знает, когда именно Украина будет вступать в Блок.

- Каков наш горизонт вступления в НАТО, его временные рамки?

- Я бы исходил из средней и долгосрочной перспективы и в ближайшие годы не рассчитывал на вступление Украины в НАТО. Согласно самому оптимистичному сценарию, нам это удастся сделать до конца этого десятилетия.

Реакция Запада на смерть Навального была довольно слабой

- США подпишут с нами гарантии безопасности ли трамписты смогут помешать?

– Скорее всего, Америка будет во второй очереди подписантов договоров с Украиной. В частности, из-за их политического кризиса и из-за того, что до сих пор у них нет денег на выполнение такого договора, если он будет подписан. То есть избирательная кампания в США сейчас не создает возможностей для того, чтобы это было сделано в ближайшее время.

- На ваш взгляд, повлияет ли смерть Навального на помощь Украине? Откроет ли это нашим партнерам, чтобы они стали более решительными и поняли, что Путин - это тоталитаризм, диктатор и угроза?

- Нужно признать, что, судя по официальным заявлениям, реакция на смерть Навального на Западе была достаточно слабой. Поэтому рассчитывать на то, что это как-то повлияет на помощь Украине, не стоит. Хотя в общем контексте это усиливает позицию Украины.

– Каково, на ваш взгляд, будущее НАТО при победе Трампа?

– Оно станет более европоцентрическим. В таком случае Европе придется играть большее лидерство для обеспечения функционирования, дееспособности и безопасности Атлантического альянса. Он не будет недееспособным, но просто центр лидерства переместится в Британию, Францию, Германию.

Риски выхода США из НАТО при Трампе есть, но они не велики. В США приняли закон, запрещающий президенту единолично принимать такие решения. То есть голосов в парламенте для этого не будет.

Республиканская партия стала слабее, потому что изменился ее избиратель

- В США в последнее время появилось такое понятие, как «путинское крыло» в Республиканской партии, или те же трамписты. Насколько, по вашему мнению, их вес будет усиливаться?

– Это будет зависеть от того, насколько Трамп станет безальтернативным кандидатом от республиканцев. Сейчас вес трампистов достаточно мал. Но он будет прямо пропорциональным победе или поражению Трампа. Мы видим, что им удается сорвать финансирование поддержки Украины.

– Объясните, пожалуйста, почему Республиканская партия в целом стала такой хилой, почему она попала под влияние Трампа? А ведь исторически республиканцы всегда были решительно настроены против тоталитаризма в СССР, а затем и России?

– Потому что за несколько последних десятилетий сменился республиканский избиратель. Сейчас уже более 40% избирателей партии, согласно исследованиям, не являются носителями доминанта христианской идеологии Республиканской партии. Это фактически популистически настроенный избиратель, с одной стороны, создавший Трампа, а с другой - Трамп стал маркером настроений этого избирателя.

А сторонники классической республиканской идеологии сегодня составляют около 30% избирателей партии. Их на себе сконцентрировала оппонент Трампа – Ники Хейли, стоящая на классических позициях.

- Она еще может победить Трампа на партийных праймеризах или победит он внутри партии?

- Если он не допустит какой-либо кардинальной ошибки вроде его заявления об отказе защищать союзников по НАТО, он победит. А Хейли показывает серьезную обеспокоенность республиканских элит Трампом.

Диктаторы – слабое звено Трампа

- Каков шанс, что Трампа снимут с выборов через суд, запретив ему участвовать в них? Два штата уже приняли такое решение.

– Это будет опять же зависеть от его поддержки и популярности внутри партии. Большинство судейского корпуса в США формировалось при республиканской администрации. Соответственно, если мы можем говорить об определенной политической конъюнктуре, то этот суд является республиканским. Если Ники Хейли будет увеличивать свои показатели внутри партии, Трампа могут снять с выборов. Если нет – то республиканская элита вряд ли решится снять его.

– А какая природа симпатии Трампа к Путину, почему он все время тяготеет к российскому диктатору?

– Потому что он сам является политическим авантюристом и склонен к авторитарной форме правления. Ну и, соответственно, такие лидеры как Путин, Орбан, Эрдоган, Мадуро ментально близки для него в восприятии. Он бы сам с радостью пошел бы по их пути, но в США есть предохранители против диктаторских замашек благодаря противовесу в лице парламента и судебной системы.

Кстати

– Япония предоставит Украине финансовую помощь на 11 миллиардов долларов. Какой смысл помогать нам, почему они это делают? И как это принципиально для нас?

– Эта страна, на данный момент, «подставляет нам руки» на фоне американского политического кризиса в части финансирования. Помимо этого, Япония является одной из величайших экономик мира. А помогает она нам потому, что прекрасно понимает все угрозы для нее от России и ей подобных – Китая и Северной Кореи. Если Российская Федерация победит в Украине, то в мире воцарится подход «право силы». Поэтому, с точки зрения внешнеполитических интересов и ценностных ориентиров для Японии, она и помогает нам.