Российские мотивы украинской власти: расследование СМИ

Когда владельца «Конкорд капитал» Игоря Мазепу пытались надолго упрятать в СИЗО, «кто-то» проплатил 30 000 долларов телеграммам-каналам, чтобы поднять волну «народного гнева» против предпринимателя. Этот удивительный факт был обнародован на разборе кейса в Кабмине. Сумма, казалось бы небольшая, но очень показательная.

Об этом пишут НАШІ ГРОШІ.

Впервые силовики не зарабатывали, а тратили деньги. И логика в этом, к сожалению, была. Потому впервые какого-то бизнесмена загоняли в угол не для того, чтобы раздеть, а чтобы послать сигнал всем остальным: «если уж такого мужчину посадили, то и вам не стоит рыпаться».

Попытка завести предпринимателей в стойло является, к сожалению, лишь фрагментом устойчивого движения Украины к авторитаризму под руководством Офиса президента. Незаметно, но постоянно в Украине встает дом с очертаниями тюрьмы, и именно сейчас мы входим в эпоху, когда «большие строители» пытаются полностью завершить проект.

Тезис напомним, что им уже удалось, и над чем они работают сейчас:

Парламент. «Большое парламентское большинство» выглядело угрожающим сразу после выборов. Однако сегодня она превратилась уже просто в большую кнопку, которую в Офисе включают при необходимости. Хотя потребностей действительно немного: все, что нужно можно решить исполнительными органами. Сами же депутаты большинства, и до этого не выделявшиеся особой яркостью, сегодня уже даже перестали комментировать какие-либо контраверсионные проблемы и, как правило, ограничиваются патриотическими лозунгами и «внушают в народ оптимизм» в социальных сетях.
Правительство. Должен бы подчиняться парламенту, однако, ввиду статуса кнопки у последнего, слушается направления кураторов из Офиса. Ситуация здесь настолько очевидна, что расписывать ее – тратить бумагу.
Внеправительственные контролирующие органы. Давно прошли те времена, когда Антимонопольный комитет или Счетная палата сражались за право быть независимыми, как и записано в законах. Сейчас главу АМКУ переводят в Счетную, будто это отделы какого-то министерства.
Силовики. Здесь тоже, кажется, все ясно даже не слишком политизированным украинцам. Как выглядит Татаров, может, некоторым и неизвестно, но то, что он существует – знают все.

Здесь есть важный нюанс, который касается НАБУ и, считается, не совсем слушается Офиса президента. На самом деле это не столь важно. Ручная правоохранительная система должна выполнять две функции: запугивать наиболее строптивых и доить всех остальных. Для этого СБУ-ДБР-БЕБ-НПУ вполне достаточно, ну и еще, конечно – вся прокуратура. Что же касается НАБУ, то пусть делают план на «чиновниках второго эшелона». Главное, чтобы не смотрели в сторону олимпийских богов. Ну они и не смотрят.

Суды. Считается, что в подавляющем большинстве суды стали неплохими. И там действительно часто можно найти правду. Но и здесь есть один немаловажный аспект. Для того чтобы держать своих оппонентов в тонусе, нужен лишь один сегмент служителей Фемиды: следователи судьи. Незаконные обыски, аресты, паралич счетов и собственности предприятий и граждан: все это следователи судьи подписывают даже не вчитываясь. И не потому, что они тупы или морально ущербны, они просто рабы следствия и прокуратуры. В это трудно поверить, но в частных беседах следователи судьи просят активистов пролоббировать более жесткие законы, хотя бы немного стреножившие следователей. Потому что самостоятельно принимать такие решения им не разрешено: телефонное право стало снова важнее закона.

В результате сотрудничества «суд-следствие» невиновный человек, посидевший несколько месяцев в СИЗО, у которого арестовали на год имущество и уничтожили бизнес – выходит на свободу, как посланник ко всем остальным. Послание простое: «плати, а не бунтуй». В суд, то есть в «нормальные судьи» дело никто передавать и не собирается: уничтожение проходит еще на этапе следствия.

Бизнес. Это самое интересное. В том смысле, что этот кирпич в строение тюрьмы кладут именно сейчас. Так же, как и медиакирпич.

То, что процесс укрощения бизнеса уже стартовал, ярче всего свидетельствует история с Мазепой. Ибо это, напомним, был первый наезд на крупного предпринимателя не ради заработка, а для показательной расправы. Почему это так выглядит? По нескольким причинам. Во-первых, упомянутые выше деньги, которые силовики или их кураторы влили в черные медиа. Во-вторых, такого жесткого «пакета наездов» еще не использовали. Перечислим основное:

Задержание на границе и распускание слухов о том, что Мазепа пытался скрыться, хотя к этому времени он регулярно пересекал границу;
Обыски без определения суда. Законодательство позволяет такое делать, но в уникальных случаях: когда просто сейчас преступники уничтожают вещественные доказательства. На уголовное производство многолетней давности это никак не натягивается. Хотя прокурора Евгения Слёту это не смутило, и на суде он объяснял это «оперативностью досудебного расследования»
недопуска адвокатов. В Украине такое когда-то было давно нормой, но, казалось, те времена уже прошли. Оказалось – нет.
Требование невероятного залога. Напомним, следствие считало, что убытки государства составляли 7 млн., поэтому попросило залог в 700 млн. Следователь судья Евгений Хайнацкий, подтвердив зависимость следственных судей, «снизил» сумму до 350 млн. И только после волны возмущения в обществе апелляционные судьи зафиксировали 21 млн. человек. Напомним, что по Уголовному кодексу залог должен быть меньше миллиона.
Сам факт того, что наезд производил наиболее ручной правоохранительный орган Офиса – ДБР. Напомним, его поле деятельности – другие правоохранители. Юридически силовики объяснили это так: по делу проходит человек из районного госкомзема, а среди его обязанностей есть право налагать админштрафы за нарушение кадастра. Почти милиция. Другими словами: « нам сказали нагнуть, мы – нагибаем. А закон и логика – это для слабаков». В принципе, следователю Юрию Ковальчуку, который ведет дело Мазепы, такая работа не в новость: он еще во время Майдана нагибал студентов, чтобы они не бунтовали.

Важный аспект: почему для показательного распинания выбрали Мазепу. Во-первых, он действительно известен среди коллег, во-вторых, суть работы инвестиционного банкира в том, что он оперирует не только своими средствами, но и средствами многих других бизнесменов. То есть удар по одному автоматически означает удар по десяткам других. Стоит напомнить, что одно из крупных соглашений недавно произошло между ним и Порошенко. В-третьих, он слишком много говорил о коррупции у власти. Да и не только говорил: Манифест 42, объединивший многих предпринимателей против давления власти, предстал во многом благодаря его усилиям.

Почему в кейсе Мазепы Офис президента временно отступил – поговорим ниже, а сейчас о последнем этаже – медиа.

В то же время, как ДБР тренировал предпринимателей, СБУ взялась за строительство последнего, седьмого этажа, то есть журналистов. Не будем пересказывать потуги СБУ относительно команды Бигуса и Юрия Николова. Зафиксируем основное: несмотря на возмущение многих украинцев, Офис полностью прикрыл своих опричников. Четкое и понятное уголовное преступление стало просто некоей служебной халатностью. Единственное, на что смогла депутатская оппозиция – вызвать главу СБУ. Он не придет. Ибо перед кнопками не отчитываются.

Финальный результат: по состоянию на данный момент у нас построено прочных 5 этажей, и 2 этажа, которые строились, но временно развалились.
Почему наезд на бизнес и медиа не удался?

К сожалению, это не заслуга украинского народа. Всегда было так, что в Украине именно народ защищал свои права сегодня это не так. Не потому, что народ стал хуже, просто изменились обстоятельства. Огромное количество украинцев покинули Родину, у многих либо траур, либо депрессия. А еще – военное положение, которое не позволяет ни митинговать, ни переизбирать.

Главным спасателем в этот раз стали западные страны. Мы их можем справедливо критиковать за малую помощь или за медленную бюрократию, но только у них осталась дубинка, которая может частично унять наших будущих маленьких путинов. Эта дубинка – деньги.

Именно эта дубинка сделала то, чего не может сделать сегодня украинское общество: частично осадить людей, уверовавших в собственную эксклюзивность, а порой и божественность.

К счастью эта дубинка остается. К сожалению, он не всесилен. Никакие разрушения уже построенным 5-ти этажам он нанести не может. Все эти великие страны мероприятия не могут заставить украинское государство изменить хотя бы один правоохранительный орган – БЭБ. А ведь это лишь фрагмент системы.
Что будет дальше?

Сегодня Офис президента со строительством «новой Украины» визуально отступил: предпринимателям пообещали три месяца без обысков и круглые столы примирения, журналистам – проверки в СБУ и тщательное исследование. Все это реально – пустая игра слов. Так что очередные попытки – вскоре. К сожалению, каким-то одним действием ситуацию не переломить: выборов еще долго не будет, и вера в свою непогрешимость у власти будет только расти.

Так что единственный путь, кажется, это – сплачиваться. Поднимать крик, если несправедливо избивают не только твоих, но и неизвестных чужих: журналистов, которых я не читаю, предпринимателей, которых я не знаю, или даже щемящих чиновников, потому что они не вписываются в систему. Сегодня это тяжело: во время войны нет лишних сил. Но, к сожалению, в противном случае пока одни воюют с Россией там, другие построят Россию здесь.

Олекса Шалайский «Наші гроші»