Затравили на работе? Как защититься: советы экспертов

На днях в Верховной Раде зарегистрировали законопроект, предусматривающий возобновление мер государственного контроля за случаями мобинга – систематической травли или дискриминации работников со стороны коллег или руководства. Поводом для изменений стало то, что после отмены плановых проверок в связи с внедрением военного положения, в Государственную службу по труду и территориальным органам поступило около 1000 обращений о мобинге на рабочем месте.

"Телеграф" выяснял, каким образом будут проводиться эти проверки и возможно ли привлечь к ответственности работодателя, не потеряв при этом работу.

Травить могут не только подростков

Понятие "мобинг" было интегрировано в украинское законодательство еще два года назад, когда Верховная Рада приняла документ №5749.

Мобингом называют дискриминацию работника или систематическую травлю, направленную на его унижение, порчу деловой репутации, или препятствование трудовой деятельности. Целью мобинга может быть принуждение работника к увольнению или переходу на другую должность, снижение его заработной платы или увеличение нагрузки.

Противоправные действия со стороны работодателя или коллег могут проявляться в виде психологического, физического или экономического давления и в результате приводят к образованию напряженной, враждебной и оскорбительной атмосферы в коллективе по отношению к одному человеку или группе работников.

Признаки мобинга:

• распространение ложных слухов;
• изоляция работника, игнорирование его;
• отпускание острых слов в сторону жертвы;
• чрезмерная придирчивость;
• доносы;
• нежелательное поведение с сексуальным подтекстом;
• причинение материального вреда.

По закону, в таком случае пострадавший имеет право подать заявление (лично или через профсоюз) в Государственную службу по труду и территориальным органам для проведения проверки на предмет мобинга, после чего обратиться в суд о признании фактов травли и получить возмещение ущерба.

Если правонарушение будет доказано, обидчику грозит административная ответственность:

• штраф 1700-2550 грн. или 20-40 часов общественных работ;
• за повторный или групповой мобинг – штраф 3400-5100 грн или 40-60 часов общественных работ.

Инициатор законопроекта – председатель подкомитета по вопросам высшего образования комитета Верховной Рады по вопросам образования, науки и инноваций Юлия Гришина – отмечает: закон о мобинге был принят уже во время полномасштабной войны, когда большинство проверок в сфере труда (кроме случаев незаконного увольнения или теневого трудоустройства) были приостановлены.

Однако за последние два года Государственная служба по труду получила около 1000 заявлений о мобинге (о 100 из них сообщил лично образовательный омбудсмен), что стало поводом для возобновления проверок фактов нарушения прав на рабочем месте.

– Во всех развитых странах мира мобинг признают противоправным действием и за него предусмотрена ответственность. То, что в Украине этот вопрос так долго оставался без решения, было, откровенно говоря, позором. Особенно острой эта проблема стала во время войны. Вместо того, чтобы объединиться на всех уровнях и вместе работать на победу, наши граждане испытывают притеснения на рабочем месте, что влияет не только на психологическое состояние украинцев, но и на экономические показатели. Давно подтверждено, что атмосфера в коллективе имеет прямое влияние на эффективность работы.

Следует понимать, что 1000 заявлений, полученных Службой по вопросам труда, – только верхушка айсберга, ведь обычно работники предпочитают не поднимать эту тему. Если человек был вынужден написать жалобу, значит, он фактически доведен до отчаяния. Мы обязаны реагировать на такие случаи и делать все возможное, чтобы искоренить мобинг как явление или, по крайней мере, предоставить механизм эффективной борьбы с ним, — говорит Юлия Гришина в комментарии "Телеграфу".

Народная депутат уверяет: несмотря на скептическое отношение общества к эффективности подобных механизмов, закон о мобинге действительно работает. Аналогичной была ситуация и с внедрением в Украине ответственности за буллинг (травля в учебных заведениях): критики реформы апеллировали к сложности доказывания факта нарушения прав, но за время действия закона государству удалось спасти от издевательств и психологического насилия сотни детей и подростков.

Шансы на справедливость

Дела о мобинге относятся к категории сложных, ведь носят субъективный характер и требуют собрания обширной доказательной базы, говорит адвокат юридической компании Riyako&Partners Екатерина Онищенко.

По словам юриста, ключевую роль в доказывании факта травли работника будут иметь свидетельские показания с обеих сторон. Впрочем, суд может скептически относиться к словам граждан, имеющих родственные связи с потерпевшим или с ним в близких отношениях. Свидетельские показания со стороны ответчика также могут подвергать сомнению, если эти лица напрямую зависят от него.

Процесс сбора доказательств может осложняться тем, что далеко не все подчиненные готовы свидетельствовать против работодателя, опасаясь стать следующей жертвой мобинга, а анонимное свидетельство в украинском законодательстве не допускается.

– Проблема в том, что доказать обидчивость тех или иных высказываний или невербального поведения крайне сложно. Каждый из нас может по-разному реагировать на действия и слова окружающих. Для доказывания факта мобинга мы должны заверить суд о том, что ответчик четко осознавал последствия своего поведения и преследовал цель причинить тот или иной ущерб потерпевшему. Если в суде у нас будет только слово потерпевшего против слова обвиняемого, дело закончится ничем.

Если есть свидетельские показания (без оценочных суждений) или аудио-/видеодоказательства того, что эти действия совершались, шансов привлечь обидчика к ответственности становится больше. Сейчас суды положительно относятся к электронным доказательствам, хотя не исключено, что защите придется провести фонографическую экспертизу для подтверждения того, что голос на пленке принадлежит фигуранту дела.

Если речь идет о дальнейшем взыскании морального вреда с такого лица, нужно будет в судебном порядке подавать ходатайство о назначении экспертизы с участием психологов, – говорит юрист в комментарии "Телеграфу".

Впрочем, даже имея на руках все указанные доказательства, гарантии на успех истец не будет. По словам адвоката, может сработать человеческий фактор: окончательное решение суд вынесет с учетом норм закона, но все же по своему усмотрению. Учитывая субъективность дела, по всей вероятности, судья может не увидеть в действиях ответчика состава преступления.

Работать нельзя уволиться

Несмотря на то, что законодательство предоставляет гражданам защиту от травли на правовом уровне, продолжать работать во враждебно настроенном коллективе даже после победы в суде может быть достаточно сложно.

Опасения дальнейшей мести со стороны руководства или коллег часто становятся причиной не затрагивать тему мобинга вообще.

По словам кандидата психологических наук, руководителя Центра психологической поддержки "Филина" Светланы Арефнии, сдаваться без боя не следует, ведь таким образом можно подсознательно загнать себя в роль жертвы, которая будет преследовать вас и на следующих местах работы.

– Если вы подвергаетесь дискриминации или травле на работе, бездействовать, надеясь, что все решится само собой, не стоит. Прежде всего необходимо понять, почему это происходит и почему именно с вами. Причиной может быть неправильно организованная работа руководства или личностные причины.

Сначала следует попытаться наладить отношения сами по себе: обсудить с руководством и коллегами то, что вас беспокоит, обозначить границы допустимого и пытаться отстаивать их, а не молча терпеть несправедливость.

Если ситуация не меняется, собирайте доказательную базу, привлекайте поддержку коллег и обращайтесь в учреждения, защищающие права человека на рабочем месте. Если даже после судов (независимо от их результатов) ситуация не меняется и вы чувствуете постоянное негативное влияние на свое психологическое состояние, есть смысл подумать об увольнении, чтобы прекратить это насилие над собой, но только после борьбы, — говорит Светлана Арефния. ".

Следует отметить, что иногда борьба за место под солнцем в коллективе истощает настолько, что единственным верным решением становится увольнение. Об этом по собственному опыту знает журналистка нашего издания, которой в самом начале профессиональной карьеры пришлось поработать в редакции одной из газет государственной собственности.

— Еще во время собеседования редактор заявила, что не верит в мой потенциал, но на работу все же взяла. Затем начались ежедневные придирки к качеству текстов: после вычитывания моих материалов листы были красными от правок, большинство из которых носили сугубо субъективный характер. Кроме того, меня регулярно проверяли "на профпригодность": редактор могла остановить меня посреди коридора и спросить, когда умер Пушкин или какие пять произведений написал Тургенев. Если я не могла ответить, начиналась публичная "порка".

Когда я спрашивала других коллег, почему ко мне такое отношение, мне отвечали, что это "курс молодого бойца". Мол, как только в редакцию возьмут новенького, от меня отстанут. В конце концов, все дошло до обсуждения на рабочих совещаниях недостатков моей фигуры, после чего я поняла, что терпеть это больше не могу и уволилась. О подаче каких-то жалоб даже не думала, ведь за год работы в такой атмосфере я заработала кучу комплексов и начала верить в то, что причина такого отношения во мне самой. Кроме того, шансов на то, что руководство газеты привлекут к ответственности за мобинг студентки, было очень мало, – рассказывает журналистка.

В отличие от Европы и США, где работники имеют очень высокий уровень защиты от дискриминации и травли на рабочем месте, в Украине все еще сохраняются отголоски советской системы организации трудовых отношений. Закон о мобинге и возобновлении проверок на предмет нарушения прав работников является, безусловно, важным шагом на пути нашего государства к европейским стандартам.