Замораживание войны? Какие у нас есть перспективы

Описывая сценарии на 2024-2025, я отмечал, что инерционным сценарием (то есть таким, которым все сейчас движется) является худший для Украины сценарий войны на истощение с потерей западной поддержки и, вследствие этого, значительной потерей способности оказывать сопротивление. Но наиболее вероятным сценарием я называл не его. И это довольно нестандартный случай, потому что обычно инерционный сценарий и является наиболее вероятным. Но когда действуют мощные силы, которые пытаются сбить инерционный сценарий и переключиться на какой-то лучший, то инерционный сценарий теряет вероятность. Это как раз то, что сейчас имеем.

Наиболее вероятным сценарием я называл второй – сценарий замораживания войны, который в прошлом году выглядел совершенно невозможным. Ведь против замораживания войны были настроены как украинское общество, так и Путин, который выбрал себе первый сценарий войны на истощение.

Прошло три месяца, и сейчас в воздухе начинает ощущаться запах второго сценария. Он все еще выглядит неприемлемым для украинского общества и для российского руководства. Но он очень нужен Америке и Европе. Он нужен европейской индустрии, чтобы нарастить оборонные возможности. Он нужен европейским лидерам, чтобы подготовить свои общества к изменениям. Он нужен Байдену, чтобы выйти на выборы миротворцем. Он нужен Трампу, чтобы критиковать Байдена за несостоятельность и выровнять провал, созданный неудачной межпартийной борьбой. Он нужен всем украинским политикам, чтобы провести выборы и победить (все они надеются на победу).

Но и два главных противника этого сценария не могут похвастаться непоколебимостью позиции. Украинское общество в целом не примирилось с категорической необходимостью мобилизации. Политики затягивают принятие закона, и мы не видим бешеного давления общества с целью ускорить этот процесс. Люди, которые на фронте, не вечные и не железные, но даже голос миллионов их родственников не слышен на фоне единого марафона.

Так же и путин, хоть и продолжает агрессивную риторику, но посылает достаточно смешанные сигналы. Мы не знаем, что из этого является маскировкой, а что настоящим, потому что мы не знаем реального состояния российской экономики. Мы не знаем, считают ли в Кремле, что время играет на них или на нас. Мы даже сами не уверены, на кого играет время.

За всем этим стоит Китай. Хотя он и имеет стратегию собственного выигрыша при всех вариантах продолжения или завершения войны, но мы не знаем, не считает ли выигрыш от перемирия большим. Очень вероятно, что да, потому что у него экономические проблемы, решению которых война не способствует.

Напомню, что сценарий замораживания войны предусматривает вторую фазу агрессии через 3-5-7 лет, после восстановления способности России и изучения ею ошибок первой фазы. Это означает, что разрушительное влияние второй фазы может быть больше. Для этого Россия и Украина должны интенсивно готовиться к этой фазе – Украина с помощью Запада, Россия с помощью Китая. Но успешность украинской подготовки зависит от итогов выборов – победа модернизаторов и ускоренная модернизация армии и государственных институтов способна предотвратить вторую фазу войны, а победа популистов может привести к слабой подготовке и потере украинской государственности, что и является стратегической целью Путина.

Итак, очень вероятно, что в ближайшее время нас с разных сторон будут склонять к замораживанию, замирению, перемирию и тому подобное.

Это означает, что украинскому обществу срочно нужен открытый честный диалог по трем ключевым вопросам:

• 1 •

Является ли приемлемым замораживание в условиях, когда, с одной стороны, Украине не хватает оружия, мобилизация тормозит, есть шанс провести выборы, – а с другой стороны, Россия нарушит перемирие в любой момент, а в США к власти могут прийти люди, настроенные обезоружить Украину и Европу. Иными словами, на кого работает время – на нас или на врагов.

• 2 •

Если ответ на первый вопрос положительный, тогда какие красные линии нельзя переступать при любых условиях? Очевидно, список красных линий включает недопустимость:

любой «демилитаризации», потому что это приглашение к продолжению агрессии;
отказа от европейской и евроатлантической интеграции, потому что это будет означать, что 10 лет прошли зря;
признания изменения политического статуса оккупированных территорий, потому что это нарушение Конституции.

Вместе с тем на какие-то уступки придется идти, и надо долго и качественно проговорить красные линии в обществе.

• 3 •

Если ответ на первый вопрос отрицательный, то что мы как общество должны делать, чтобы отказ от переговоров и продолжение войны не превратились в сжигание жизней и в конце концов в поражение, а вели нас к победе.

И начать этот общественный диалог стоит с обсуждения того, что такое победа и что такое поражение. Это не один бит информации, не черно-белая картинка: между победой и поражением лежит широкий спектр, включающий частичные победы и поражения, непобеды и непоражения. Что означают слова, которые мы ежедневно используем? Все ли слои общества понимают их одинаково? Где граница между приемлемым и неприемлемым?