Эта война по меньшей мере на десять лет – военнослужащий ВСУ/Кирилл Сазонов о ситуации на фронте и не только

Украина усиливает оборонительные позиции на фронте. По данным британской разведки, ведется активная работа по строительству всевозможных фортификаций и оборонительных сооружений. Ведь лучше поздно, чем никогда. Какая сейчас ситуация на линии фронта и как долго может продолжаться война – в эфире Апостроф TV попытался ответить военнослужащий Кирилл САЗОНОВ.

- Все ли в порядке с оборонительными укреплениями на линии фронта там, где вы находитесь?

– На Сумщине и Запорожье начали очень активно строить укрепления. И даже среди россиян началась истерика, мол, ВСУ готовят страшные укрепления и, видимо, там будут сидеть иностранные наемники. Но я посоветовал бы россиянам бояться не наемников, а ребят из ВСУ – потому что это гораздо хуже для них.

Что касается Купянского направления, где работает наша 41-я бригада, здесь изначально уделили достаточное внимание укреплениям. Зарываемся в землю, даже мерзлую. Где есть возможность, работает техника. К сожалению, не везде есть такая возможность, потому что враг наносит удары по технике. Там, где нет возможности использовать технику, ребята работают с лопатами. Все знают, что нужно зарыться как можно глубже в землю – это возможность выжить. Это защита от дронов, арты и минометов. Без этого никак.

То, что сейчас сосредоточились на укреплениях, стратегически означает, что мы будем держать оборону на этих рубежах очень крепко. При этом наши арта, ракетчики и дронщики будут бить по логистике врага и их базам. А дальнобойное оружие, как мы видим, наносит удары по нефтеперерабатывающей отрасли врага. И так будет выглядеть война до тех пор, пока мы не соберем достаточно сил и ресурсов для наступления и освобождения (территорий).

– Не секрет, что за последние месяцы украинская артиллерия работала в режиме экономии. Но буквально сегодня утром чешский президент Петр Павел сказал, что в ближайшие недели в украинскую армию поступит до 800 тысяч артснарядов. На сколько этого может хватить и будет ли достаточно, чтобы хоть как-то выстроить паритет с российской артиллерией?

- Что касается снарядов, я процитирую одного из сослуживцев, который сказал: "Достаточно снарядов - это когда убит последний кацап и у нас еще осталось немного снарядов". Во всех остальных случаях, пока хоть один бегает, снарядов недостаточно – нужно еще.

Что касается снарядов и мин для минометов, о которых не всегда упоминают, хотя это очень важно в пехотных боях. Мы вышли где-то на паритет летом. Потом было чуть похуже. Сейчас мы очень ждем эти 800 тысяч снарядов из Чехии. Но понемногу к нам идут и снаряды, и ракеты, и ФАБы.

Вообще как, когда и откуда приходят к нам боеприпасы – это военная тайна. Мы и сами не знаем деталей – привезли и на том хорошо. Главное – снаряды уже идут. А из США или Чехии – это, по большому счету, значения не имеет. Конечно, нужно гораздо больше, как снарядов, так и мин.

Есть и украинские снаряды, пусть они производятся в Польше или Румынии. Так или иначе это производство оружия и это очень важно. Ибо даже когда мы россиян прогоним до границ, война не закончится. Мы видим, что в мире уже много горячих точек, и должны говорить уже не об украино-российской войне, а о третьей мировой. С одной стороны цивилизованный мир, а с другой – союз диктаторов. Это Россия, Иран, Эритрея, КНДР и т.д. И эта война не будет быстротечной. Поэтому снаряды, обученные опытные воины – это все будет очень необходимо в ближайшие десять лет. Поэтому вкладываться в производство оружия, в подготовку воинов – это в перспективе очень важно.

Тем более что все оружие, которое производят союзники или Украина - мы проверяем в боевых действиях. И мы видим, что тяжелая бронетехника, как танки – не так важна, потому что ее разбивают еще на подходах. Можно работать на разной технике – мы выскакиваем на вражеские позиции на багги и джипах. Потому что они быстрые и по ним труднее попасть.

Берем дроны. Кто пять лет назад мог предположить, что дроны станут столь веским оружием, даже одним из ключевых факторов на фронте.

- Как отразился на фронте российский самолетопад, наблюдавшийся в феврале?

– Россияне сами в шоке от потерь самолетов и, что важно, потерь опытных экипажей. Ведь подготовить хороший экипаж на современный самолет – это не три месяца и даже не полгода. То есть эти потери весомые.

Но враг продолжает сбрасывать КАБы – и на Херсонщине, и на Авдеевском направлении, и здесь, на Купянском. Россияне рискуют. Я не ппошник, но говорят, что россияне понесли такие потери, потому что стали подлетать слишком близко к линии фронта. Плюс говорят и то, что у нас появилось какое-то оружие, которое очень точно работает по самолетам, к чему россия была не готова. Но это если и будет озвучено, то не сейчас и точно не нами.

Мы даже шутим, что когда нам наконец-то дадут F-16, то врага в воздухе не будет, потому что наша ПВО всех собьет.

– Еще один политический аспект войны. До так называемых выборов путина осталось меньше недели. И многие предполагают, что после инаугурации путина могут усилиться бои на фронте, увеличится мобилизационный резерв и вообще у путина развяжутся руки. Военные на фронте следят за подобными новостями?

- Когда есть время, то следим за новостями, общаемся, даже дискутируем.

Что касается путина, кто-то говорит, что после выборов он активизируется, кто-то говорит, что ему нужна хоть какая-то победа до выборов. Во всяком случае, легко не будет. Но они уже полгода напирают, штурмуя наши позиции. Поэтому и сейчас будет тяжело, и дальше будет тяжело – в общем будет так, как было.

Что касается мобилизации на россии, то до 2023 года они закрывали более половины потребностей за счет наемников из депрессивных регионов рф. Кстати, пленные уже ничего не придумывают о маневрах, заблудились и так далее, а прямо говорят "у нас столько не заработаешь, хочу купить квартиру, имею долги, поэтому подписал контракт и пошел воевать". Иностранцев они тоже вербуют за зарплату и российский паспорт (особенно мигрантов). То есть они кадровые вопросы закрывают не мобилизацией, а наемниками.

Нам тоже нужно об этом думать. И уже много разговоров в экспертной среде, что нам тоже есть смысл делать ставку на наемников. Мобилизацию, конечно, никто не отменяет, и надеемся, что на этой неделе начнут рассматривать законопроект.

Мы очень ждали депутатов на фронте. Они так обещали, но до нас не доехали, к сожалению. Наверное, здесь им скучно или негде фоткаться. Нам хотелось донести до них реальную ситуацию. Я бы показал им ребят, которые в 21-23 года пошли добровольцами на контракт – как они умело воюют. И кричать, что в 25 лет человек не готов воевать – это неправда, потому что воюют ребята очень хорошо.

Показал бы им также ребят, которым уже за 50. Они часто не вытягивают эти нагрузки. Поэтому людей категории 50+ я бы вообще не мобилизовывал, а брал только добровольцев, если они нужны и смогут справиться с работой и должностью, на которую они идут.

Что касается нормы, что бронь получает тот, кто имеет белую зарплату от 35 тысяч – я бы это вообще не рассматривал. Представляете, какое будет социальное напряжение, как будет работать российская ИПСО – мол, бедные будут воевать за богатых. У нас так с мобилизацией не все хорошо, а мы еще подбрасываем дровишек россиянам. Поэтому эта норма – не очень хорошая идея.

– Есть еще одна интересная инициатива от нардепов. Возможность мобилизации осужденных. Как военнослужащие относятся к этому? Как вы воспримете рядом заключенного или осужденного?

- Совершенно нормально. Мне 48. Многие мои собратья - им за 40-50 лет. У многих из нас в прошлом что-то было. Кто подрался и имеет условную судимость, кто попал в ДТП и тоже имеет условную. Такое есть – и у многих.

Потому дайте людям шанс. Может, кто-то хочет пойти добровольцем. Поэтому следует дать человеку второй шанс. Конечно, тот, кто совершил государственную измену, подвел своих ребят - пусть сидит. А кто залетел по пустякам – не вижу проблемы.

Я не хочу видеть рядом убийц и насильников. Не хочу на фронте атмосферы тюрьмы и каких-то понятий. Но если человек единожды совершил ошибку и хочет свою вину закрыть таким образом – добро пожаловать.

Еще один немаловажный момент. Я боюсь, что сюда могут хлынуть коррупционеры, бюджетные воры и т.д. Многие из них с высшим образованием, военной кафедрой, деньгами и умением договариваться. Так вот боюсь, что они придут не к нам в окопы, а в штабы. И начнут не пользу приносить ВСУ, а мешать. То есть пополнят украинскую бумажную армию и начнут устраивать какие-то проверки, бюрократию. Это то, что мешает, и этого не хотелось бы видеть. Плюс кто-то будет воровать по привычке.

То есть если вы из тюрьмы добровольно хотите в армию, то добро пожаловать на передовую. Здесь есть чем заняться. Но такие точно не нужны в штабах, чтобы не умножать бюрократию, потому что ее и так с головой.

К примеру, освобождение Киевщины. У меня с собой было удостоверение добровольца и две бумажки, подписанные комбатом и замкомбрига ТРО. Одна о том, что у меня есть автомат, с которым я круглосуточно перемещаюсь по территории области. И вторая о том, что я собственное авто использую в целях выполнения боевых задач и на нем передвигаюсь по области.

Дальше пошла куча журналов. Даже журнал учета журналов – и такой есть. И сейчас мы уже шутим по тому или иному журналу. И с этим надо как-то бороться, потому что это очень мешает. Условно на одну денежную выплату на поездку в отпуск нужно три рапорта писать. И я вижу, как наш деловод 24/7 заполняет какие-то бумажки. На это уходит очень много времени, и это очень мешает.