"Каждое утро ее встречали украинские флаги". Василий Попадюк о "сюрпризе" для соседки-россиянки, жизни в Москве и тесте Степане Хмаре

Всемирно известный украинский скрипач-виртуоз Василий Попадюк более 30 лет проживает в Канаде. Однако время от времени бывает с выступлениями на Родине.

Накануне большого тура по украинским городам артист, который, кроме скрипки, владеет еще 15 инструментами, рассказал OBOZ.UA о жизни украинцев за океаном, своих дочерях и жене Соломии – дочери знаменитого Степана Хмары.

– Как часто бываете сейчас в Украине?

– Последний раз приезжал в Киев в декабре. Там у меня живет мама – к сожалению, сейчас болеет. После смерти брата она очень сдала, пришлось обращаться за помощью в частный пансионат. Сама уже не может себя обхаживать, а я далеко. В Канаде живу уже более трех десятилетий. Первый раз приехал сюда в 1988 году, затем в 1993-м. А через три года уже получил необходимые документы. В Оттаве, где живем с семьей, украинского квартала нет, живем в так называемом итальянском, но здесь очень много украинцев, даже церковь – наша, вот ее сейчас как раз буду проезжать, разговаривая с вами.

– В одном из интервью вы рассказывали, что после российского вторжения в Украину вывесили на своем доме желто-голубой флаг и так же сделал в вашу поддержку сосед-ирландец. А напротив живет россиянка, и, когда она выходит из дома, ее встречают два украинских флага. Как она там? Разговаривает с вами?

– Она со мной, может, и хотела бы разговаривать, но я с ней не разговариваю. Раньше, когда выходила, каждое утро ее встречали два украинских флага. У меня флаг сейчас так и висит, а ирландец снял, не знаю почему. Мы с ним в хороших отношениях, он всегда расспрашивает об Украине.

И моя соседка, думаю, не за Путина – давно живет в Канаде, но у меня все равно нет желания с ней общаться. Хотя она ничего плохого не делает – сидит, как мышь, у себя дома. Я знаком со многими россиянами, которые против кремлевской системы. Вот недавно был с гастролями в Мадриде, виделся там с другом, с которым когда-то работали. Он сам москвич, но по национальности – татарин. Вот этот человек страшно как ненавидит Путина. Он искренне – за Украину.

– Как вы относитесь к тому, что в Европе артисты продолжают выступать с российскими произведениями?

– А кто выступает? Я, честно говоря, не слежу.

– Например, Александр Стоянов, бывший премьер Национальной оперы и муж народной артистки Украины Екатерины Кухар, с компанией коллег ездит по Европе с балетом "Лебединое озеро" на музыку Петра Чайковского.

– Но Чайковский – из Украины. Что чисто русское в их классике – даже не знаю. Они все украли. Все украли. Глинка приехал в Италию, его немного поучили, вернулся домой, и с тех пор у них немного началась классика. А до этого играли только на балалайках.

– В вашей биографии есть время, когда вы жили и работали в Москве.

– Я работал в музыкальном театре под руководством Владимира Назарова. Мы выступали преимущественно за границей, и гастроли бывали так часто, что я, честно говоря, даже не чувствовал, что живу в СССР. В коллективе были представители всех республик – это был театр музыки народов мира. Именно здесь меня учили играть на разных инструментах, мы экспериментировали с музыкальными стилями, погружались в разные культуры. Я был в театре и украинцем, и молдаванином, и арабом, и армянином, и цыганом, и французом, а вот русским – нет. В репертуаре был российский номер, в котором демонстративно не участвовал. Меня в Москве называли исключительно Василий, не Вася. Даже в те времена. С распадом Союза вернулся домой. Сам Владимир Назаров – тоже родом из Украины, он ярый антипутинист. В 2014 году покинул пост худруководителя театра. А два года спустя переехал в Украину, получил наш паспорт.

– Интересно, россияне, с которыми вы когда-то работали, звонили по телефону после российского вторжения?

– Да, писали в мессенджерах всякую чепуху. Невероятно, как людям промыли мозги. А некоторые меня вообще удалили из друзей – и мне от этого стало даже приятно. И где-то даже смешно. А знаете, почему они так бесились? Когда писали мне всякую чушь, то я в ответ отправлял песню группы "ТИК" "Кацапы", где есть слова: "На х*й идите, москали!".

В свое время я дружил с художником Никасом Сафроновым. Бывал у него дома. Он также звонил по телефону во время войны: "Васенька, это все закончится!" Я его послал – и все. Конец дружбы.

– А правда, что у вас когда-то в России украли скрипку? А потом – в Канаде?

– Уже три украли… Сначала в Москве, потом – в Оттаве. Последнюю – в Америке, в прошлом сентябре. Мы выступали с Олегом Скрипкой в Вашингтоне. В моем авто, находившемся на паркинге, разбили окно, достали скрипку и трубу, которую мы для Олега арендовали. Баян его не смогли вытянуть. Трубу впоследствии нашли, вор сдал ее в ломбард, так и вышли на него. А вот куда подевалась скрипка, не признается.

– Она очень дорогая?

– Да, все они очень недешевы. Эту, которую потерял в США, мне любезно предоставили в длительное пользование. Теперь надо либо отдавать деньги, либо – другую скрипку, имеющую такую же ценность. У меня есть – такой же стоимости. Ее, пожалуй, и отдам. И это еще не все происшествия, которые произошли с нами во время поездки. Когда мы возвращались на автомобиле из Америки в Канаду, где был запланирован концерт, я потерял паспорт. Зашли в Duty Free за сигаретами, держал паспорт в руках – четко это помню. А потом раз – и исчез. Искали-искали – не нашли.

Что делать? Говорю: "Поехали дальше на свой страх и риск". Подъехали к канадскому пункту пропуска, я просунул в будку водительские права, объясняю ситуацию. Пограничник посмотрел в компьютер: "Вы же не в первый раз теряете!" А у меня есть такая плохая привычка. "Ну поезжайте", – добавляет. У Олега Скрипки глаза были такие большие от удивления, вы бы видели! Говорит: "Это все? Как это? Меня в отель по правам отказываются селить, а здесь – через границу".

А у меня был даже случай, когда без паспорта попал в Америку. Мы должны были с моей группой выступить в городе Нэшвилл. Я утром встаю и, как иногда бывает, не нахожу паспорта. (Смеется.) А их меняют здесь каждые пять лет, а старые нужно как-то повредить – отрезать уголок или дыру сделать, чтобы было понятно, что он недействителен. Ну я взял этот обрезанный паспорт и поехал. А в аэропорту Торонто есть терминал, обслуживающий исключительно рейсы, следующие в США. Там и таможня.

Подхожу, объясняю ситуацию. Сотрудник на меня смотрит как на инопланетянина. Потом говорит: "У тебя три варианта. Первый: едешь домой и ищешь паспорт. Второй: мы тебя арестовываем, платишь большой штраф. А третий: что-нибудь придумаем. Тем временем все мои коллеги уже прошли контроль, а меня – в сторону. Попал в отстойник с талибами какими-то. Сижу, жду. Тут вызывают, говорят: "Ты счастливчик! Наш руководитель видел тебя на фестивалях, у него девушка – украинка. Поэтому сейчас выпишем справку, что ты потерял документ на территории аэропорта". И выписали такую бумажку – мы с ней все потом еще фотографировались. Попасть в США без документов – это нереально, а мне удалось. А назад тоже пустили, потому что домой возвращался. Главное, водительские права со мной. (Смеется.)

– В бытовой жизни на каком языке разговариваете?

– С женой – исключительно на украинском. Наши дочери рождены здесь, между собой общаются на английском, с нами – на украинском с канадским суржиком. А в учебных заведениях – на французском. Старшей Моряне – 28 лет. Уже обитает отдельно, и у нее все хорошо. Софии – 19, Катрусе – 14. И это просто дурдом, потому что переходный возраст. Учиться не хочется, ничего не хочет – не знаю, что вырастет из этих детей. (Смеется.)

– Но ведь три языка – это уже очень хорошо! А правда, что вы как-то сказали, что, если бы сейчас встал вопрос об эмиграции, вы бы не уехали из Украины?

– Это – стопроцентно! Хотя я очень люблю Канаду и чувствую себя здесь дома. Я уже говорил в каком-то интервью: Канада – это Украина с капитальным ремонтом. Здесь действительно очень много украинцев. Вот вчера брал кофе (а накануне в Барселоне мне подарили футболку с украинской надписью, которую надел) – подошла пара канадцев. Говорят: "А мы тоже украинцы!" Правда, они родились уже в Канаде.

Надо сказать, что сейчас многое устроено в Украине лучше, чем в Канаде. Когда я уезжал, такого не было. Еда очень вкусная, сервис на высоком уровне – очень нравится, что все можно сделать быстро. Канада раньше была более прогрессивной, а сейчас здесь ничего не меняют. Что-то новое пропихнуть – очень тяжело, не надо им этого, все устраивает.

Как-то у меня в доме полетел кондиционер, пришли канадцы, говорят: "Вам надо менять всю систему, обойдется это в 8 тысяч долларов". А потом наведался переехавший из Донецка мастер, к слову, общался со мной на безупречном украинском языке. И этот Кулибин что-то сделал за 250 долларов – и все заработало. Он говорит, что в Украине технологии пошли вперед.

– Как живется украинцам, приехавшим уже после российского вторжения?

– Тем, кто знает язык, более или менее хорошо. Другим – тяжеловато. Но им все равно гораздо легче, чем нам было. И помощь дают, и все документы, и рабочие визы, банковский счет открывают, бесплатный проезд – тоже значительная помощь. Нам надо было бороться. Когда я приехал в Канаду, у меня было 100 долларов, зубная щетка и скрипка. А потом мне говорили: "Так ты еще богатым переехал". Один мой друг, у которого сейчас гольф-клуб, две фабрики и украинский ресторан, приехал сюда с пятью долларами в кармане.

Здесь очень важно – связи. Говорят, в Канаде коррупции нет. Она есть, но заключается в другом. Тут все по рекомендациям, трудно чего-то сразу достичь, если ты просто приехал и никого не знаешь. Но кто хочет работать – в конце концов найдет себя. Однако трудиться нужно много. Канаду называют трудовой колонией с усиленным питанием. Миф, гуляющий в Украине, что здесь деньги растут на деревьях, – неправда. Нужно вкалывать.

Когда кто-то из знакомых мне переселенцев пытается впадать в депрессию, говорю: "Не надо! Это так же, как пойти в армию, – через два года все становится на свои места каким-то чудом. Когда приходишь – ты никто и всем "по барабану", кем был до этого, но понемногу становишься кем-то. Да и здесь всем все равно, кем ты был до эмиграции. Бытует даже шутка: если вам стало на улице плохо – быстро останавливайте такси, потому что таксист с очень большой долей вероятности окажется врачом в прошлой жизни.

– Что вы слышите сейчас об Украине? Правда ли, что за границей устали от войны?

– Резкого утомления от войны не замечал, негатива – тоже. Но что говорить: война всех измучила. Надо приближать победу, которая обязательно состоится, потому что сила света все равно победит. И помогать этой победе наступить – кто чем может на своем месте.

– Украинцы, которые нашли временное убежище в Канаде, откуда они?

– Много вижу переселенцев из Киева, из западных областей, но есть и из восточных. Иногда слышу и русскую речь – в Канаде такого не было раньше никогда. Но, когда начинаешь говорить с ними, быстро переходят на украинский. Знаете, Канада такая страна, что рано или поздно все русскоязычные переходят на украинский. "Русский мир" здесь не пройдет. Почти все россияне, с кем здесь знакомы, поддерживают Украину. Где-то в Facebook, может, когда какая-нибудь ненормальная вылезет, ее быстро запихают назад – и все. В Канаде украинцы имеют вес, занимают достойное место в общине.

– Когда приезжаете в Киев, какие места посещаете?

– Иногда иду в школу, где учился (Киевская средняя специальная музыкальная школа им. Лысенко при Киевской государственной консерватории. – Ред.). Могу приехать, посидеть немного, не заходя в само здание. Нахлынет что-нибудь, вот и еду. Тамошний парк часто вспоминаю, где ездит детская железная дорога. А так – люблю где-нибудь попить кофе, я кофеман. Знаю места, где варят хороший напиток. "Театр кофе Каффа" на Подоле, был когда-то "Мир кофе" в Пассаже, но его почему-то закрыли – там тоже был неплохой кофе. Я предпочитаю необычный кофе, поэтому там, где бываю, меня запоминают. Пью тройной эспрессо или даже четверной утром, а потом, ближе к вечеру, повторяю. Люблю так: много, крепко, с горчинкой и кислинкой. И в чашку добавляю немного меда.

– У школы Лысенко много известных выпускников. Вы с ними общаетесь?

– Все общаются со всеми, невзирая на то, в какие годы ты учился. Очень люблю и уважаю творчество Тараса Петриненко, люблю композитора Кирилла Стеценко – он очень интересный, настоящий украинец. Они еще во время учебы организовали группу "Эней" в нашей школе. В Киеве школа имени Лысенко – это был островок украинства.

– Советский композитор Владимир Шаинский – правда, что он тоже учился в этой школе?

– Да, он же родом из Киева. О покойниках плохо не говорят, но вспомню одну историю. Он как-то пришел к нам на встречу, что-то пробовал играть, а мы его затопали ногами. У нас была очень антисоветская школа. Даже вспоминаю временами и думаю: как такое могло быть в СССР? Как-то на нас закрывали глаза. Мы ходили без формы, с прическами, которые хотели, – в других школах такого не было. Наша подчинялась Министерству культуры, а не Министерству образования, возможно, поэтому удавалось избегать "идеологического" контроля.

Я добирался на занятия каждый день двумя транспортами. Сейчас даже не представляю такого: 7-летний ребенок сам ездит по городу. 45 минут туда и вечером столько же домой. А могли возвращаться и в девять вечера. После уроков – специальность, затем занятия в оркестре.

– Что вам в Канаде напоминает об Украине? К примеру, готовите дома украинские блюда?

– Да, я люблю куховарить. Вот вчера сварил такую зупу – до сих пор о ней вспоминаю. Очень люблю вареники с разными начинками. Завтра планирую замахнуться на борщ. Свекла, все остальное необходимое для него – это здесь есть. Украинцы в этом плане "построили" Канаду.

– Ваша жена – Соломия Хмара, дочь легендарного украинца Степана Хмары. Когда вы знакомились с ней, знали, кто ее отец? Была робость?

– Конечно, да. Правда, в тот вечер, когда познакомились, не знал ее фамилии, потом это уже прояснилось. С будущей супругой мы познакомились уже здесь, она пришла на мой концерт. После выступления подошла и спросила, учу ли детей играть на скрипке. Я ответил, что у меня нет детей. Ну мы и пошли их делать. (Смеется.) Это правда была любовь с первого взгляда! Когда говорят, что такого не бывает, – вот вам пример.

– Каким был для вас Степан Ильич?

– Настоящим героем, ярым националистом, который был женат на Украине, – поверьте, это не высокие слова, такой действительно была его жизнь. Последний из могикан. У него трое детей – старший Роман живет в Черновцах, Соломия – в Оттаве, а младший Тарас, от второй жены Роксоланы, в Киеве. Степан Ильич время от времени приезжал к нам в Канаду, но чаще мы в Киев. Все вместе виделись на 80-летии тестя в 2017 году. А в конце февраля жена уже ездила в Киев со старшей дочерью на его похороны… Внучки много знают о деде, Соломия им постоянно рассказывает о нем. Они очень любили его.

Также читайте на OBOZ.UA интервью с актрисой Ольгой Атанасовой – о конфликте с учительницей дочери в Германии, попадании "Шахеда" в дом и смерти знаменитого папы.

А еще на OBOZ.UA интервью с известным украинским телеведущим Константином Грубичем – о беглых коллегах, былой дружбе с Данилко и причинах безумной популярности Марченко.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!