Теракт в «Крокусе»: как ситуация выходит из-под контроля Кремля

Пятому президентскому сроку Владимира Путина предшествует то же, что и первому — теракт.

Жертвами нападения группы террористов в пятничный вечер в подмосковном ТРЦ «Крокус Сити Холле» стали 137 человек — расстрелянных, задохнувшихся от дыма, задавленных обломками обрушившейся кровли здания. 180 посетителей были ранены.

Это — крупнейший теракт в России со времен «Норд-Оста» и Беслана.

Уже под субботнее утро российский спецназ задержал в Брянской области четверых подозреваемых в совершении теракта. На трехминутном видео допроса один из них говорит, что с ним связался некий «помощник проповедника», предложив «убивать людей» за деньги, «где-то полмиллиона рублей» (это около 5 тыс. долл.). Но трудно поверить в то, что теракт совершили неподготовленные «парикмахеры»: эксперты в сфере безопасности, комментируя на разных площадках действия террористов, отмечают их уверенность и профессионализм.

Почерк Путина: самые громкие теракты в России за четверть века

Российские СМИ сообщают, что подозреваемые в теракте — выходцы из Таджикистана и, очевидно, для таджикской диаспоры в России наступают непростые времена. Источник Би-би-си утверждает, что как минимум двое нападавших были убиты. Причем один еще в зрительном зале, а второй — в Брянской области при задержании других предполагаемых участников нападения. Всего же, по словам главы ФСБ Александра Бортникова, по делу о теракте было задержано 11 человек.

Ответственность за нападение в Подмосковье взяло на себя ИГИЛ. Разведка США сообщила американским СМИ, что нет причин сомневаться в этом заявлении. Напомним, что еще в начале марта посольство США в России предупредило своих граждан о возможности терактов в Москве. Вероятность теракта оценивалась в них как «неминуемая». По информации The Washington Post, сообщение основывалось на данных разведки об активности в России базирующегося в Афганистане подразделения ИГИЛ «Вилаят Хорасан» (ИГИЛ-К).

Российское агентство ТАСС со ссылкой на источники подтвердило передачу США российской стороне данных о подготовке теракта. Но российская сторона, по словам источника пропагандистов, сочла предупреждение «малоинформативным». 19 марта, выступая перед коллегией ФСБ, Путин назвал сообщение США «провокационным»: «Все это напоминает откровенный шантаж и намерение запугать, дестабилизировать наше общество».

Между тем в Москве еще задолго до поимки подозреваемых назначили организаторов трагедии. И это — украинцы. (Впрочем, поначалу российское издание «Коммерсантъ» писало, что его источники среди силовиков связывают теракт с «Русским добровольческим корпусом».) Уже в пятницу «православный олигарх» Константин Малофеев призвал нанести по Украине ядерный удар в ответ на теракт. А в субботу кремлевская пропагандистка Маргарита Симоньян написала, что за терактом стоит «не ИГИЛ. Это хохлы».

Но зачем Украине подобный теракт? Чего добьется Киев, организуй он гибель 137 мирных посетителей подмосковного ТРЦ?

Украинские спецслужбы отличаются дерзостью и креативностью. Тем не менее, целенаправленно работая по уничтожению военных целей, объектов критической инфраструктуры, они никогда не проводили осознанных акций против мирного населения. Вот и военный эксперт российского издания «Новая газета» Валерий Ширяев отмечает: «Почерк ГУР и СБУ категорически не совпадает с известными нам обстоятельствами теракта в «Крокус Сити Холле». Все их известные до сих пор акты произведены под копирку: покушение на конкретного человека путем минирования или расстрела в удобных обстоятельствах».

Что-то изменилось? Зачем Киеву отходить от этого правила?

Чтобы дать Путину козырь для проведения мобилизации?

Чтобы оттолкнуть от Украины международное сообщество, для которого подобный шуттинг ужаснее, нежели длящаяся одиннадцатый год российско-украинская война?

Чтобы подыграть Трампу с его антиукраинской риторикой?

Чтобы растормошить российское общество, у которого каждый убитый в «Крокусе» вызывает желание мщения?

Чтобы разбудить россиян, винящих в смерти своих сыновей и отцов на фронтах «специальной военной операции» не Путина, а «хохлов»?

Трудно найти логичное объяснение интереса Украины в ужасной трагедии в «Крокус Сити Холле». Его и нет: для Киева организация подобного теракта была бы самоубийством. И если уж есть идейные камикадзе, готовые пожертвовать своими жизнями, чтобы убить десятки простых россиян, то разве не эффективнее было бы использовать их для нападения на российский правительственный кортеж?

Однако в Кремле не только не собираются отбросить «украинский след», а делают его основной версией. Поначалу ФСБ сообщила, что после совершения теракта группа террористов намеревалась пересечь российско-украинскую границу, имела «соответствующие контакты на украинской стороне». Позже Путин в своем телеобращении заявил, что террористов было четверо, «они пытались скрыться и двигались в сторону Украины, где для них предварительно было подготовлено «окно» для перехода границы».

Серьезно? Террористы едут по дороге с камерами наблюдения на разыскиваемом «Рено» через треть страны к западной, наиболее контролируемой границе? Где идут активные боевые действия и проводится антидиверсионная работа? И уж тем более трудно оценить правдивость заявлений задержанных об «окне», если одному из них отрезают ухо, заставляя его съесть: после допроса третьей степени, проведенного российскими «спецами», даже самый правоверный мусульманин может признаться в любви к свинине, борщу и вареникам.

То, что история с «окном» на украинской границе шита белыми нитками, видно и по комментарию посла Беларуси в РФ Дмитрия Крутого, за два часа до выступления Путина, заявившего, что белорусские силовики помогали россиянам, чтобы не дать террористам уйти через белорусскую границу. И еще больше вопросов возникает, когда читаешь комментарии о том, что неподалеку расположены подразделения Росгвардии: спецназ добирался до ТРЦ почти час, хотя штаб ОМОН располагается меньше чем в трех километрах от «Крокус Сити Холла», а террористы уехали на той же машине, что и приехали…

Странности поведения террористов и российских спецслужб лишь подкрепляют доводы сторонников конспирологической теории, что за терактом в «Крокус Сити Холле» стоит Кремль. Но вопрос о вовлеченности Лубянки в теракт остается открытым. Не вызывает сомнений способность и готовность ФСБ, ГРУ или другого российского секретного подразделения совершить массовое убийство россиян. Достаточно вспомнить взрывы жилых домов в России в 1999 году.

Но зачем Кремлю новый теракт?

Чтобы усилить поддержку Путина? Так логичнее организовать теракт до выборов, а не после «триумфальной победы» 17 марта. Чтобы провести мобилизацию? Так для этого вполне хватило бы атак «Русского добровольческого корпуса», легиона «Свобода России» и Сибирского батальона на приграничные районы Белгородской и Курской областей и обстрелов Белгорода. Чтобы ужесточить режим, обосновывая необходимость репрессий? Так Путин делал это и до теракта в «Крокусе».

Для того чтобы достичь этих и других целей, у Кремля есть иные варианты решения, нежели гибель 137 человек. При этом теракт не работает на мобилизацию в российскую армию, поскольку не армия, а ФСБ борется с терроризмом, и спецслужбе мобилизация не нужна — она укомплектована и обеспечена по горло.

Поэтому, вполне возможно, что трагедия в «Крокус Сити Холле» — это провал российских спецслужб, сконцентрированных на борьбе с донаторами ВСУ, сторонниками Навального, геями, и упустивших угрозу в лице ИГИЛ. Провал, демонстрирующий серьезные проблемы в работе ФСБ с исламистским подпольем. Провал, которого не избежали ни МОССАД с ШАБАК 7 октября, ни ЦРУ с ФБР 11 сентября.

Косвенным подтверждением того, что теракт стал неожиданностью для Кремля, не имевшего понятия, как реагировать на «черного лебедя», служит долгое молчание Путина: как и в случае с реакцией на мятеж Пригожина, российский лидер выступил с телеобращением лишь спустя почти сутки после трагедии в «Крокусе».

Но если организаторами теракта были не украинские спецслужбы и не российские, то у России серьезная проблема. Да и у Запада тоже. У всех тех, кто сгонял ИГИЛ с насиженных мест в Сирии и Ираке. А это означает, что у России и Запада появляется общий враг, общие заботы, увеличение потребности в контактах и взаимодействии… И тут проблема возникнет для нас, для Украины, поскольку появляется перспектива не только секторальных форм сотрудничества наших партнеров с нашим врагом, но и угроза глобальной договоренности в ущерб интересам нашей страны.

Пока же Кремль цинично использует трагедию в своих целях. Прежде всего для оправдания и легитимизации ужесточения режима Путина, усиления спецслужб, борьбы с несогласными и убийств россиян, сторонников РДК. Уже сейчас звучат призывы депутатов и чиновников вернуть смертную казнь за проведение терактов. За ее введение высказались замглавы комитета Госдумы по безопасности Юрий Афонин, советник генпрокурора Наталья Поклонская, глава «Справедливой России» Сергей Миронов.

Кроме того, теракт в «Крокусе» будет использоваться не столько для проведения мобилизации, сколько для мобилизации масс («быть вместе, в одном строю») перед лицом «циничного и жестокого врага» — Запада и его «марионетки» Украины. Как отмечает российская журналистка Екатерина Винокурова, «теракт, скорее всего, надолго похоронил «партию умеренных»… Тем, кто остается в России, надо будет просто принять, что нам предстоят годы жизни в предельно милитаризованном обществе, в котором едва ли не ключевое влияние на внутреннюю политику будут оказывать «ястребы» из Совбеза».

Но одновременно возрастают и риски увеличения числа межнациональных и межрелигиозных конфликтов, когда ура-патриотически настроенные граждане будут устраивать погромы таджиков, узбеков, других мигрантов из Центральной Азии. Z-автор Владислав Угольный пишет, что «люди хотят погромов. Ножками топают и хотят погромов. Дискуссия, разделившая общество, это кого громить — чурок или хохлов». И вот уже раздаются призывы ограничить въезд мигрантов в Россию на время проведения «СВО».

Для Кремля в этом кроется угроза дестабилизации, опасность того, что ситуация может выйти из-под контроля.