Депутаты хотят сбежать, а Арахамия пьет кофе с Порошенко. Что прямо сейчас происходит в Раде

По состоянию на 1 апреля 2024 года в парламенте официально зарегистрирован 401 депутат. Резкое сокращение числа парламентариев произошло после начала полномасштабного вторжения. И поток желающих покинуть стены Верховной Рады, похоже, не сокращается. Впрочем, возможностей для добровольного лишения мандата все меньше.

Что происходит в парламенте накануне важного голосования законопроекта по мобилизации, и стоит ли ожидать сокращения количества депутатов до 300, как это неоднократно предлагали сделать раньше? Обо всем этом читайте в материале "Телеграфа".

Уйти хотят, но не смогут

Глава фракции СН Давид Арахамия за последние месяцы уже несколько раз говорил, что в парламенте есть много депутатов, которые готовы сложить мандат. Только в его фракции 17 таких желающих.

Если начать всех отпускать, то парламент потеряет свою легитимность, считает он: "Мы решили для себя, что не будем давать голоса за составление мандатов. Только если есть медицинская потребность. А так больше нет условий, при которых мы будем голосовать за составление мандатов".

Это был краткий публичный ответ всем, кто мечтает убежать из парламента. Фактически всех действующих депутатов пугает перспектива долгой каденции этого созыва. Ибо официальная позиция Офиса президента: никаких выборов во время войны. Сколько же будет продолжаться война, сказать никто не может.

Поэтому для многих парламентариев перспектива вечного депутатства, общественного контроля, отчетности перед правоохранительными органами и возможные уголовные дела совсем не радует. Несмотря на то, что мандат — отсрочка от мобилизации.

Также депутаты потеряли интерес к голосованию. В неформальных разговорах некоторые, особенно представители СН, постоянно жалуются, что Рада уже ни на что не влияет. Хотя такие пессимистические настроения у них наблюдались еще до вторжения. Но сейчас, на фоне полной концентрации власти на Банковой, эти мнения только усилились.

Доказательством этого является слова Арахамии, откровенно признавшегося, что из 401 депутата уже трудно собрать необходимые 226 голосов для голосований.

"Заявления Давида (Арахамии — Ред.) я считаю, во-первых, вредными. Во-вторых, эти цифры немного притянуты за уши", — говорит "Телеграфу" один из влиятельных представителей "Слуги народа".

У многих депутатов есть личные истории, почему они хотят уйти. Всех можно понять. Но, как говорит собеседник, "надо работать при сложившихся обстоятельствах".

Практически в каждой фракции или депутатской группе есть парламентарии, которые заявляют о своем желании уйти. Но все это остается на уровне разговоров, писать заявления никто не торопится. Даже в СН есть обращение только от одного депутата-мажоритарщика Вячеслава Медяника. Причина – состояние здоровья. Теперь его просьбу должен проголосовать парламент.

"Но его тоже не сильно хотят отпускать. Есть вопрос о подлинности его диагноза", — говорит источник "Телеграфа" в СН.

Впрочем, подозрения коллег не мешают Медянику пропускать заседание. Соответственно депутатскую зарплату он не получает. Если же парламент поддержит сложение мандата, то 27-й округ Днепра потеряет своего представителя в Раде. Ведь проводить выборы во время военного положения невозможно.

Чтобы не было искушения массово писать заявления, в парламенте действует неформальная договоренность: отпустить могут только тех, у кого смертельное заболевание. К примеру, онкология. Или если парламентарий сможет самостоятельно собрать для себя 226 голосов.

"Да собрать не так просто. Это возможно, если депутат авторитетный или является главой комитета. Например, (председатель Комитета ВР по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики — Ред.) Даниил Гетманцев голоса для себя сможет собрать. Но рядовые люди вряд ли, потому что они не знают половину парламента. Кроме того, можно заблокировать процедуру, просто не вынося голосование в зал. Нам это невыгодно", — объясняет собеседник.

Высокий запас прочности

Несмотря на это, у депутатов остается право просто не посещать заседания. Например, депутат Сергей Шахов (депутатская группа "Доверие") больше года не появляется в Раде, только онлайн принимает участие в заседаниях Комитета по вопросам экологии. В 2023 году он был объявлен в розыск, а сам он сообщал, что якобы лечится в Кыргызстане.

Также возможны голосования о лишении мандата в отношении трех находящихся под следствием депутатов – Александр Пономарев, Нестор Шуфрич, Александр Дубинский. Все они имеют подозрение в госизмене, однако приговоров до сих пор нет. В парламенте прогнозируют, что этот процесс будет долгим и если будут соответствующие приговоры, лишение мандата может состояться даже не в текущем году.

Если же депутатов станет меньше 400, то существенно на работу парламента это не повлияет, считает Алексей Кошель, председатель Комитета избирателей Украины.

"У парламента очень серьезный запас прочности. Мы видим, что запаса голосов хватает. Даже если представить, что еще несколько десятков депутатов сложат мандаты. Понятно, что тогда будет голосование в формате постоянных договоренностей. Возможно, в формате определенных преференций для отдельных политических сил. На легитимность парламента это не повлияет", — говорит Кошель в комментарии "Телеграф".

Парламент может работать при наличии 300 депутатов, как того требует Конституция. Но в столь резкое сокращение никто не верит – ни эксперты, ни собеседники "Телеграфа" в политикуме.

Экскурс в историю

На этой ноте стоит упомянуть 2020 год. Избранный 73% украинских избирателей президент Владимир Зеленский вместе со своей командой решает провести опрос среди украинцев. Среди пяти вопросов была и вечная тема дискуссий – сокращение количества народных депутатов с 450 до 300.

Около 90% украинцев предложение поддержали. Хотя уже и не в первый раз. Леонид Кучма еще в далеком 2000-м спрашивал украинцев то же, и количество сторонников в процентном соотношении за 20 лет практически не изменилось.

После того же опроса 2020 года команда Зеленского решила закрепить это волеизъявление народа. Конституционный суд признал такое сокращение конституционным, а парламент предварительно поддержал соответствующий законопроект президента. В начале февраля 2022 года вице-спикер Верховной Рады Александр Корниенко заявлял, что документ готов к голосованию. Но консенсуса и голосов "за" в парламенте не было (для изменений в Конституцию необходимо 300 голосов). Одна из причин – отсутствие обоснования, почему должно остаться именно 300 депутатов.

Впрочем, сокращение депутатского корпуса таки стартовало, хотя не благодаря законодательным процессам, а из-за полномасштабного вторжения РФ. За два года войны депутатского статуса были лишены 30 парламентариев. Больше всего мандатов потеряли представители уже запрещенной партии "Оппозиционная платформа – При жизни" (ОПЗЖ).

Некоторые депутаты отказывались по собственному желанию (Вадим Новинский, Юлия Левочкина, Илья Кива и др.), некоторые – из-за лишения украинского гражданства (Виктор Медведчук, Вадим Рабинович, Андрей Деркач и т.д.).

Теряли мандат и в других фракциях. Например, в СН несколько депутатов покинули парламент после скандалов (Александр Трухин, Юрий Аристов), а кого-то перевели на новые должности (Николай Сольский – ныне министр агрополитики, Андрей Костин – генпрокурор).

А как голосуют сейчас?

В настоящее время в парламенте работает неформальная коалиция СН с депутатскими группами "За будущее", "Доверие", "Восстановление Украины" и "Платформа за жизнь и мир" (последние две были созданы из депутатов бывшей ОПЗЖ). К примеру, голоса этих групп помогли СН принять в первом чтении и за основу мобилизационный законопроект (243 "за").

В правящей фракции к такому тандему относятся нормально. Там считают, что для бывших ОПЗЖшников голосование за все ключевые законопроекты и инициативы – это возможность не подвергаться проблемам от власти.

С другими фракциями договариваться посложнее. Поэтому уже несколько месяцев парламент не имеет политической воли на эффективную работу, а большинство просто не доходит на заседание.

Больше деятельность руководства Рады и СН попадает под критику оппозиционных депутатов от "Европейской Солидарности" Петра Порошенко и "Голоса". В правящей фракции на это смотрят философски.

"Все хотят оставаться в политической повестке дня. Единственный способ для этого – мешать нам. Мы как демократы и республиканцы", — иронизирует источник "Телеграфа".

Если же СН нарывается на публичную критику и поэтому теряет рейтинги, то против оппозиции используют другие методы – не выдают командировки за границу или не принимают их правки к законопроектам.

"Оппозиция на камеру нас кроет последними словами, потом выключаются камеры, и мы идем кофе пить, пытаться о чем-то договориться. Например, Арахамия часто пьет кофе с Порошенко", — признается собеседник в СН.

Так же проходят неформальные спокойные встречи и с другими оппозиционными депутатами по голосованию.

Собеседник, приближенный к руководству Рады, прогнозирует, что работа парламента будет продолжаться независимо от усталости депутатов и желания уйти: "Что-то будет голосоваться, что-то не будет. "Европейские" законы лучше будут. Госбюджет, возможно, будет и полгода рассматриваться. Какие-то заявления будут приниматься, какие-то будут не приниматься. Будет затягивание, правки, процедуры. Оппозиция будет пытаться нас воспитывать. Мы будем делать вид, что мы не понимаем это все. Когда будет обострение относительно денег, то все побегут по пять заседаний подряд работать. В таком нестабильном темпе будем работать".