Фронтовой театр марионеток: как военнослужащий-кукловод лечит души бойцов

Пережить военным сложные времена и снова поверить в добро им помогает харьковчанин Валерий Дзех, который и сам воюет на фронте. Его инструменты терапии - куклы-марионетки и их истории. Валерию удается совмещать глубокую эмпатию и желание помогать людям с военной службой. Подробнее о театре «Марионетка», своих спектаклях и участии в «Культурном десанте» Валерий рассказал Коротко про.

“Первый реквизит собирали на мусорниках”

- Валерий, как вы попали в кукольный театр? Почему решили связать свою жизнь с ним? 
- Вышло случайно. Мне посоветовали учиться на актера или режиссера театра кукол, хотя тогда я даже не знал, что на такое можно учиться. Поступил на режиссуру театра кукол в Харьковский национальный университет искусств имени И. П. Котляревского.
В конце второго курса мне подарили одну куклу. С моим другом, который сегодня также служит в ВСУ, сделали пятиминутную сценку и приняли участие в акции “Ночь музеев”. Тогда говорили друг другу: сегодня началось движение нового театра в Украине - “Театральной компании "Марионетка”. В мае 2012 года поставили “Историю Лу”, так звали куклу, - с этого началось мое движение как автора и актера.
Мы тогда сделали представление без слов, а нашим реквизитом были газеты и чемоданы. Собирали их буквально по мусорникам: денег не было ни на что. В почтовых отделениях покупали старые газеты, чтобы сделать из них реквизит, - это были первые шаги нашего пути. Тогда мы еще ничего не умели, у нас ничего не было. Позже к нам начали присоединяться люди с разными талантами.

- Со временем вы начали ставить спектакли. Первые были для детей?

- Благодаря тому, что в Харькове много частных детских садиков, мы имели возможность делать представления для детей, а после вышли на большую сцену. В Доме актера в Харькове уже показывали спектакли для взрослых и детей за билеты.

У нас было два варианта зарабатывать: в театре мы продавали билеты, но также мы платили налоги, оплачивали рекламу и аренду - в итоге практически ничего не заработали, зато могли показать наш театр другим. Прокормиться помогали выступления в детских садиках. 

За полгода до полномасштабного вторжения мы сделали самое большое представление на большой сцене, реализовали свою мечту, устроили настоящий праздник. Накануне 24 февраля мы перешивали одежду для сцены, планировали новые спектакли и премьеры, но проснулись уже от прилета ракет.

Лично я оказался на линии разграничения. Я живу в Харькове около северной Салтовки, которая была зоной боевых действий. С этого момента театр стал второстепенной историей.

Тогда мы мобилизовали все силы, чтоб помогать пожилым людям, инвалидам и детям. Я ездил на северную Салтовку как волонтер и доброволец, помогал нашим военным. А когда Харьковщину освободили, начал ездить к детям на деоккупированную территорию, работал с ребятами как терапевт, который привозил истории: они возвращали детей к доброте, счастью, сказке. 

В одной из таких поездок познакомился с Колей Серьгой, он предложил мне участвовать в “Культурном десанте”. Нужно было ставить спектакли для взрослых. Решил попробовать - этим занимаюсь до сегодняшнего дня. 

Примерно в это же время я мобилизовался - давно хотел стать военнослужащим, у меня отец был военным, я им очень гордился и тоже хотел иметь отношение к армии. Начал нести службу в 59-й отдельной мотопехотной бригаде и параллельно участвовал в команде Коли Серьги “Культурный десант” с кукольным театром. Мне всегда хотелось быть ближе к людям. Также я понимал: у меня есть особенная чувствительность, и нужно найти, как это может сосуществовать со службой в армии - так и получилось. 

“Военные придумывали истории для спектаклей вместе со мной”

- С тех пор вы начали делать спектакли для взрослых? Чему они учат и правда ли, что помогают людям выбираться из депрессии?

- Правда. Наши занятия перестали быть просто спектаклями и превратились в историю парней для парней. Военные начали вместе со мной придумывать эти истории, рассказывали, что они в этих куклах видят. Я все записывал, запоминал, подбирал музыку и потом привозил к ним результат. Вот, смотрите, что вы рассказали и что я из этого развил.

Мои истории - про ангелов-хранителей, про поддержку, спасение, любовь, про то, что в каждом из нас живет детство, которое позволяет спастись от тех условий, в которых мы оказались сегодня. Для военных это становится ресурсом - таким образом предупреждаются суицидальные настроения. 

Мои зрители проходят через катарсис - уходит душевная тяжесть, люди забывают про депрессию и начинают думать про жизнь. Задумываются о том, что они нужны, у них есть поддержка, силы, их любят и очень ждут, даже если они потеряли в это веру.

- То есть ваши спектакли про то, что добро всегда побеждает зло и люди нужны?

- Конечно.

- Кто пишет сценарии и пьесы для ваших спектаклей? 

- Я все прописываю, затем направляю свои наработки художнику, а после езжу к коллегам, которые со мной служат, - так по всем направлениям фронта ездят мои авторские спектакли.

- А почему именно вы работаете именно с марионетками, а не другими куклами?

- Значение слова "марионетка" сегодня искажено и воспринимается в контексте политики - означает того, кем манипулируют. Отчасти это правда.

Но я рассматриваю марионетку с точки зрения религии - Высшие силы помогают нам проходить свой жизненный путь. За каждым живым существом стоит Тот, кто выше, больше, сильнее. Это, в том числе, и любовь людей, которых уже нет рядом с нами, но они остаются в наших сердцах - мы имеем с ними связь. 

Марионетка - это связь между нами и теми, кого мы видим и чувствуем. Такой сакральный смысл в нее заложен. И когда мы можем дать нашей связи какие-то имена, осознаем, что “нити” принадлежат тем, кого мы любим и кому доверяем, - тогда наш выбор правильный. Плохо, если они оказались в руках у людей, которые хотят нами управлять в своих целях. При помощи марионеток я стараюсь избавить людей от “нитей” абьюзерства и рабства, помогаю связать их с теми, кто действительно важен.

“Военный отдал мне гранату, которой хотел себя подорвать”

- Правильно ли я понимаю, что людей в большей степени исцеляет история, а не сама кукла?

- Да, на первом месте идет правильная история.

- Это должна быть очень психологическая история, которая будет касаться сердца. Как вам удается придумывать такие?

- Я довольно эмпатичный человек и тонко чувствую людей. 

- Кому вам уже удалось помочь? 

- Один раз человек отдал мне гранату, которой хотел себя подорвать ,- и это результат комплексной работы. 

Другой человек, глядя на куклу-ангела - это авторская работа художника нашего театра, сказал: я видел точно такого же Ангела в окопе, он меня спас.

Мы создали историю “Ангел и человек”, она о том, что у каждого есть Ангел-хранитель.

Еще один человек, который вел себя довольно грубо, ругался и не хотел нас принимать, позднее подошел к статуэткам и без одного злого слова сказал, что такие подобные собирает его жена. Он проникся, потому что статуэтки напомнили ему о жене - совсем перестал ругаться на тот момент.

Таких примеров очень много. С одной стороны, на людей влияет история, с другой - образность, которую мы показываем через кукол. При помощи воображения они видят в куклах то, что невозможно увидеть в реальной жизни.

- Чтобы помочь человеку, достаточно одного представления или это должна быть серия встреч, как у психолога?

- Зависит от ситуации. Если человек дозрел до этой истории, может быть достаточно и одной. Он ее увидел - его мир перевернулся. А может быть и так, что нужно много факторов, а спектакль стал первым шагом перезагрузки себя и переосмысления каких-то вещей. Все зависит от того, в каком психологическом состоянии находится человек.

- Наверное, человек раскрывается, когда видит ваши представления.

- Раскрывается и начинает верить в то, что ранее не мог себе даже представить. На какое-то время люди снова возвращаются в чувство детства, в тот момент, когда они только формировались как личности.

- Правда ли, что после вашего визита в одном из подразделений даже потери уменьшились?

- Да, нам такое говорили. Тогда мы встретились с полной агрессией, и мы ее победили при помощи наработанных инструментов - историй, песен, общения с людьми, которые начали утрачивать способность социализироваться. 

Военные дичают в условиях войны и большого стресса. После наших визитов уменьшаются потери, повышается мотивация, люди начинают верить в побратимов и в то, что все возможно. Приходит понимание: мы можем справиться с теми испытаниями, которые к нам приходят. 

“Хочу работать с людьми, которые прошли непростые испытания”

- Сегодня ваши спектакли можно увидеть только на фронте?

- Мы работаем над тем, чтобы театр вернулся к работе ,и хотим, чтобы представления, которые мы делаем для военных, появились в Киеве, Харькове, Львове...

- Как вам удается объединять военную службу с кукольным театром?

- Да, я исполняю военные задачи, плюс успеваем делать представления. Это возможно, когда чем-то горишь, плюс благодаря марионеткам не ощущаешь такой большой усталости. 

Например, многие военнослужащие поступают в вузы - и это хорошо. Когда у человека появляется цель, мечта и он видит путь реализации, - использует все возможные ресурсы и инструменты, чтобы к этому прийти. У него появляются на это силы, потому что он горит. 

Мы работаем над тем, чтобы среди военнослужащих повысился процент тех, кто поступает в высшие учебные заведения, чтобы они начали покупать книги. Либо мы им привозим книги, чтобы они их читали и себя развивали. 

В сутках 24 часа - этого достаточно, чтобы час в день выделить на себя. Учиться можно и заочно. Вместо того, чтобы сидеть в тик-токе или инстаграме, лучше взять гитару и полчаса в день провести в компании ребят. Живое общение и эмоции намного ценнее и больше работают на ресурс, чем те, которые вызывает у нас просмотр роликов в интернете.

- А как хотите развиваться вы? Будете изучать военную психологию?

- У меня есть увлечение военной психологией и направлением ГКБС (группа контроля боевого стресса) - оно достаточно сложное и пока малоизученное, особенно в условиях войны. 

Так как действующие военные психологи назвали мои работы практической психологией, я заинтересовался этим. После войны нас ждет серьезное обновление - нужно приводить в ресурсное состояние людей, получивших психологические травмы, строить осознанное зрелое общества. Многие сегодня имеют ПТСР, травмы, связанные с потерями близких, дома - нужно помочь людям научиться правильно себя понимать, увидеть свое будущее. Психология, в первую очередь, - о том, кто я есть и кем могу стать.

Чтобы построить сильную армию в будущем, нужно правильно воспитывать новых молодых людей, которые будут присоединяться к армии. Там нужна будет мотивационная психология. 

Этим летом надеюсь поступить на психолога и развивать это направление. Мне уже прислали много пособий по психологии, работе с военными, культурологии. Я изучаю эти книги и уже применяю на практике.

- Чем планируете заниматься после войны? Будете  продолжать показывать представления для детей?

- Мечтаю строить прекрасную страну, которая станет примером современности, примером того, каким может быть мир - красивым, смелым, добрым. Свою жизнь хочу посвятить реабилитации и работе с людьми, которые прошли непростые испытания. Также хочу, чтобы Театр марионеток, который я начал создавать, работал для жителей Харькова, гастролировал по стране и способствовал развитию сильного и доброго общества.

- Вы помогаете другим, а вам самому помощь не нужна? Вы ведь тоже военный. Или сказка вас лечит?

- Меня всегда лечит сказка, помогает семья, побратимы, когда я захожу в тупик или теряю надежду. Я - открытый человек и всегда попрошу о помощи, если она нужна. При необходимости прошу, чтобы меня послушали. Потому что главный этап в лечении - рассказать, что ты чувствуешь, что в тебе не так. Важно не закрываться в себе. В сложных ситуациях буду искать обратную связь, чтобы меня выслушали, сказали, в чем я не прав.

Меня считают образцовым военнослужащим, потому что есть дисциплина, ответственность, уважение к службе, а также есть чувствительность к другим людям, которая помогает им тоже уважать тебя в этом деле, потому что в первую очередь - это уважение к себе и есть ощущение, что все будет хорошо. 

Поддержать Валерия

monobank