Евгений Кошевой - о самоцензуре, хейтерах, дружбе с президентом и личных ценностях

В минувшие выходные «Єдиний Квартал» дал два новых концерта, первый из которых телезрители смогут посмотреть уже 5 мая в эфире «1+1 Україна».
В интервью Коротко про художественный руководитель «Вечернего Квартала» и актер Студии «Квартал 95» Евгений Кошевой рассказал, как они сейчас выбирают темы для шуток, об авторских читках, реакции на хейт, восприятии юмора, общении с президентом, концертах для военных и личном.

Самоцензура у нас есть всегда

- Евгений, вы только что провели два новых концерта, причем с абсолютно разной программой. После истории с новогодним номером о переселенке из Скадовска более внимательно смотрите на темы, которые поднимаете?

- Мы всегда внимательно относимся к темам, которые поднимаем. Самоцензура у нас есть всегда. Но если перед людьми стоит задача к чему-нибудь «докопаться», то они всегда найдут к чему, и всегда найдут причины для хейта. В одном из последних концертов мой монолог был именно об этом. Там между строк можно все прочитать.

Недавно у нас была история, когда наша Алина Блажкевич (актриса «Женского Квартала». – Авт.) выложила сториз, где она на 9-м месяце беременности, и на это ей прилетели комментарии – «Почему не в окопе?». Поэтому еще раз повторяю – можно захейтить все что угодно, если у тебя есть такое желание или перед тобой стоит такая задача.

Мы об этом говорили, и я еще раз подчеркну, что главный посыл упомянутого вами номера – чтобы люди не боялись переходить на украинский, чтобы даже с ошибками, но говорили на родном языке. Но кто-то перекрутил содержание номера так, как кому-то было выгодно, – и понеслось. Причем понеслось не сразу. Потому что тысячи зрителей посмотрели этот номер вживую на концертах «Квартала» в Киеве, потом мы показывали его в благотворительном туре в разных городах Украины, потом миллионы зрителей посмотрели его в новогоднем эфире на ТВ, и никто не воспринял этот номер, как оскорбление. А только потом кто-то разогнал «зраду»… Конечно, есть люди, чьи чувства мы действительно могли задеть этой темой. И перед этими людьми мы искренне извинились. Но мы точно этим номером не хотели никого обидеть.

– У вас же есть совместные читки, где присутствуете и вы, и авторы? Кто принимает окончательное решение, что выйдет в свет, а что - нет?

– Подготовка концерта – это длительный процесс. Сначала идут авторские читки, на которых редакторская группа принимает решение, что давать актерам читать, а что - нет. А уже на актерских читках мы вместе принимаем решение, какой номер мы будем делать, какой не будем и что нужно доработать.

– В нашем интервью в сентябре 2022-го вы говорили, что с самого начала полномасштабного вторжения получаете много хейта в свой адрес. И тогда приводили пример, как кто-то распускал слухи, что вы с Александром Пикаловым в первый день войны сбежали в Польшу, хотя выходили в прямые эфиры из Киева. С чем связан такой хейт? В упреках часто звучит: «друзья президента, им все позволено». И политики часто подключаются. Не задевает, что политическая оппозиция переносит свою критику и на вас?

– Нас не задевает то, что нас называют друзьями президента. Потому что это так и есть. Мы ведь ни от кого не скрываем, что мы друзья президента. Мы стали друзьями задолго до того, как Владимир Александрович стал президентом.

А по поводу слухов о том, что мы с Пикаловым сбежали еще 23 февраля 2022-го… 23 февраля мы как раз были в Киеве в «Октябрьском дворце» на съемках «Лиги Смеха». А 24-го мы с Сашей Пикаловым выходили в прямой эфир на «1+1». Но этого никто не хочет анализировать, никто не хочет искать правду, никому это не интересно. Главное для таких людей – блогеров и псевдожурналистов – ставить кликабельные заголовки и хештеги, чтобы набрать больше популярности. Потому и разгоняют «зраду».

Здесь нужно немножко абстрагироваться и строить стену между хейтерами и собой. То, что о тебе говорят, не имеет значения сейчас. Сейчас все должны работать только на победу. А разговоры - это такое... Мы должны быть объединены, не ссориться, не грызть друг друга, потому что это только на руку нашим врагам. Но нашим людям почему-то спокойно не живется. Как говорится, с такими друзьями нам и врагов не надо. Мы просто сожрем друг друга ни за что. Особенно громко кричат ​​те, кто решил, что война далеко.

– Мы уже говорили с Ириной Гатун об этом номере, она объясняла от себя. Но получилось так, что, по сути, все выгребала Ира, а не автор шутки или художественный руководитель коллектива. То есть самый большой удар достался ей. Почему вы, как художественный руководитель «Вечернего Квартала», не выступили в ее защиту, не объяснили? Да, была официальная позиция от Студии «Квартал 95», но это не то же самое, когда плечо подставляет конкретный человек.

– Чем больше ты будешь отвечать и комментировать хейт, тем больше эту тему будут разгонять. Нас таким хейтом в угол загнать невозможно, потому что мы, как говорится, «не первый день замужем». С Ирой Гатун мы общались по телефону. Поздравили ее с боевым крещением в «Вечернем Квартале». Кто-то даже сказал «добро пожаловать в политику», потому что именно оттуда это все начали разгонять.

Почему-то люди иногда забывают, что в каждом юмористическом номере говорят не актеры, а наши персонажи. Не Евгений Кошевой, Юра Крапов или кто-то еще, а личности или персонажи, которых они играют. У каждого актера есть образ. Если народный артист Украины в фильме играет какого-то негативного персонажа, который ведет себя как-то не так или говорит что-нибудь плохое, ему это не будут вспоминать. Потому что люди понимают, что это образ. Тот же Чарли Чаплин блестяще сыграл Гитлера. Но ты понимаешь, что это не актер такой, а его персонаж. Во всем нужно разобраться, проанализировать, а не просто обвинять и разгонять «зраду».

– Что вы для себя вынесли из этой ситуации?

- Что придраться можно к чему угодно.

До конца войны мы остаемся «Єдиним Кварталом»

- Говорил ли вам кто-нибудь в глаза то, что писали в соцсетях?

– В глаза такое не говорят. Максимум – могут что-то за спиной «гавкнуть». В один день у меня было два случая. В магазине какой-то мужчина в спину мне выкрикнул что-то обидное. Потом в том же магазине подходит другой мужчина и говорит: «Я ваш фанат, я был на «Азовстали», два года был в плену, два дня назад только вернулся. Можно с вами сфотографироваться?»

Так же было в прошлом году, когда наши девушки спели в «Єдиному Кварталі» песню «Пташка» - о девушках, которые воюют на фронте. «Пташка» с «Азовстали» нашла телефон Веры Кекелии и написала ей, поблагодарила за песню. Сколько людей – столько мнений. У нас свобода слова. Поэтому каждый может говорить и писать, что хочет.

- А есть ли в коллективе какие-то внутренние «разборы полетов», когда кто-то попадает в скандальные истории? Например, как было с Юрием Ткачем, который вел свадьбу фигуранта «пьяных вечеринок». Юра тогда принес извинения, сказал, что не знал, что выводы сделаны, что весь гонорар отдаст на ВСУ, но это неприятный факт.

- Главное – достойно выйти из ситуации и сделать выводы, как поступил и Юра. Мы в коллективе поначалу обсуждаем все не публично. А потом уже принимаем решение, как выходить из той или иной ситуации.

- Есть ли какие-то шутки, номера «Квартала», которые вы бы не показали, зная реакцию наперед? Или все это опыт, и, как мы уже проговорили, восприятие юмора у всех людей разное, всегда найдутся те, кому что-то не понравится?

– Еще раз повторяю, что у нас в коллективе есть самоцензура. И перед тем, как выпустить номер на экран, он проходит долгий путь. Конечно, восприятие юмора у всех разное. Кому-то  что-то нравится, кому-то не нравится. Но если вам не нравится юмор «Квартала» – не смотрите.

- Какого возраста ваши авторы, которые пишут юмор? Спрашиваю, потому что читаю в отзывах, что юмор «Квартала» – это уже для старшего поколения. Кто ваш зритель сегодня?

– У нас много авторских групп. Есть и старше, и молодые. Я по возрасту авторов точно не могу сказать. А что касается актеров, то в коллективе «Вечернего Квартала» самый молодой – Вова Мартынец. Но с нами сейчас также молодые и красивые девушки из «Женского Квартала». Поэтому и мы рядом с ними чувствуем себя немного моложе.

Но когда приезжаешь на фронт и часто слышишь от военных фразу - «я так мечтал с вами познакомиться, я же вырос на ваших шутках!» – тогда понимаешь, что ты уже не мальчик. Если говорить о нашей аудитории сегодня, то нас и старшие люди смотрят, и молодые. И не только на телевидении, и на YouTube у нас миллионные просмотры. Если кто-то говорит, что юмор «Квартала» – для старшего поколения, это их мнение. Не для старшего поколения у нас есть «Лига Смеха», хотя старшее поколение ее тоже смотрит. Все условно.

– Есть в планах делать отдельные телеверсии «Женского Квартала» и «Вечернего Квартала», как было раньше? У обоих коллективов есть отдельные концерты, но снимаются только концерты «Єдиного Кварталу».

– Пока мы снимаем в формате «Єдиного Кварталу». Все же хочется быть вместе в такие непростые времена. А в благотворительные туры мы можем ездить как  «Єдиним Кварталом», так и отдельными коллективами. Просто когда мы все вместе, то у нас на сцене 24 артиста. Не всякий организатор пойдет на такое. Поэтому отдельными коллективами ездить в тур проще. Но до конца войны мы остаемся «Єдиним Кварталом». Единство в наше время очень важно.

– Собственно, Ирина Гатун в прошлом году уже официально заменила в «Вечернем Квартале» Елену Кравец. Елена не раз говорила, что все отнеслись с пониманием к ее решению уйти. Как вы восприняли это? Ведь в команде «Квартала 95» она работала с 1998 года, более 30 лет вместе.

– У каждого своя жизнь. Мы все взрослые люди. И каждый принимает решение сам. Елена все сказала ясно. Мы все понимаем друг друга, потому что действительно не первый год знакомы. Она приняла решение – нужно, значит, нужно. Поэтому мы с пониманием к этому отнеслись.

– Общаетесь сейчас? Часто так получается, когда человек отходит от общих дел, то и на общение времени уже не хватает.

– Общаемся действительно очень редко. Мы всегда поздравляем друг друга с праздниками. Мы разошлись друзьями.

С президентом разговариваем редко, в основном переписываемся

- Именно о вас всегда говорят – лучший друг президента, не о Саше Пикалове, скажем. Вы давно разговаривали с другом? Бывают моменты, что можете поговорить с Владимиром Зеленским по душам?

– Мы разговариваем редко. В основном переписываемся. Или, если у него есть свободное время, мы можем созвониться. Обычно это происходит очень поздно вечером. Пару раз виделись. Хотелось бы чаще, но мы понимаем его занятость, уровень его ответственности, его стремление к победе, и мы все его в этом поддерживаем.

– О чем говорите? О семьях, о себе, общих друзьях или, может, жизнь в стране обсуждаете, так или иначе все наши разговоры сводятся к этому?

- Мы общаемся на разные темы. За что зацепились – о том и говорим. Часто рассказываем о поездках к военным. И, кстати, так совпадает, что мы с президентом часто бываем на фронте в одних и тех же местах с небольшой разницей во времени. Или мы первыми едем куда-нибудь с выступлениями или отвозим помощь, а через некоторое время и он приезжает в это место. Или наоборот – он посещает какую-нибудь позицию, а вскоре и мы туда едем. Так выходит. Даже во время полномасштабного вторжения мы с Владимиром Александровичем ходим по одним дорогам.

– Что сегодня значит – быть лучшим другом президента? Это причиняет какие-то неудобства? В интервью вы не раз вспоминали, как с 2019-го люди все время хотели «порешать» свои вопросы через вас. Сейчас что-нибудь просят?

– Сейчас просто передают приветствия или какие-то советы дают президенту (улыбается). Например, просят: «Пожалуйста, при случае передайте, что там-то и там такая проблема или непорядок». И я говорю: «Хорошо – при случае передам». Людям это нужно. Их это поддерживает.

Например, когда началась полномасштабная война, когда орки были под Киевом, были постоянные обстрелы, и люди встречали меня на улице или в единственном супермаркете, который в то время работал у нас на районе, их это подбадривало и придавало уверенности. Тогда люди, когда меня видели, так удивлялись: «А вы что - в Киеве, не поехали никуда?» Я им отвечал: «А куда мне ехать? У меня здесь дом, пять девчонок, три собаки… И лучший друг мой тоже здесь. Если сейчас уеду, как я буду смотреть ему в глаза? И вообще – как ты будешь себя чувствовать, если ты уехал из своей страны в трудный момент. И вы ведь тоже не уехали». И люди благодарили нас просто за то, что мы остались в Киеве. Когда они видели нас на улице, у них сразу моральный дух поднимался, и я надеюсь, что психологическое состояние тоже улучшалось.

- А с моральной точки зрения, есть какие-то неудобства быть другом президента? Ведь это, на мой взгялд, тоже определенная ответственность – надо жить так, чтобы какие-то твои поступки не бросали тень на него.

– Да, мы стараемся делать все так, чтобы не бросать тень на президента. В партию «Слуга народа» зашли много депутатов, которые потом показали себя с очень некрасивой стороны. Думаю, на этих ошибках тоже нужно учиться. Когда мы еще были в коллективе «Квартала» все вместе, Владимир Александрович часто говорил нам: «Надо всегда оставаться человеком, независимо от любой ситуации». Поэтому мы стараемся следовать этим словам и оставаться людьми независимо от ситуации.

– Вам сейчас так же не интересна политика? Или общественный сектор?

– Нет, политика мне вообще не интересна.

Деньги на мамину квартиру пошли на ВСУ

– В начале полномасштабного вторжения ваши коллеги Александр Пикалов и Владимир Мартынец пошли в Нацгвардию. Их просто отпускают на концерты или они сейчас в запасе?

– Саша Пикалов и Вова Мартынец служат в своих частях и выполняют те задачи, которые ставит перед ними их руководство. Чтобы ребят в тот или иной день отпустили на концерт или на выезд с выступлениями для тех же военных, мы заранее пишем официальное письмо с датами концертов и просьбой отпустить. И такие письма мы пишем не только относительно Саши и Вовы, но и других военнослужащих, которые принимают участие в наших концертах или в съемках других проектов, той же «Лиги Смеха». Бывает, что не отпускают. Но и отпускают тоже. Потому что понимают, что поддержка морально-психологического духа наших людей сейчас также очень важна. Тем более, наши концерты благотворительные, и деньги с них также идут на помощь ВСУ.

– Может, вы видели, как депутат Владимир Арьев демонстрировал в соцсетях ответ на свой запрос «Где же служит Пикалов?» В частности, там указано, что с 28 февраля 2022-го по 17 января 2024-го он проходил военную службу в воинской части 3066 Северного оперативно-территориального объединения Нацгвардии, теперь служит в Имиджево-издательском центре Нацгвардии. Даже о вас в запросе шла речь…

– Да, я видел запрос и знаю, что и обо мне в нем говорилось. Интересуются люди, где я, что я, куда выехал или не выехал, где я служу. Даже депутат Арьев не знает, кто из нас служит, а кто не служит. Но подает запрос с надеждой, что ему ответят, где служит Кошевой и что он делает.

– Кстати, вы собирались купить маме квартиру, которую перевезли сюда из Луганской области. Договор должен был подписываться 24 февраля 2022-го. Мама так и осталась без квартиры?

- К сожалению, пока да – мама осталась без квартиры. За эти деньги мы тогда накупили машин, дронов и много всего другого для наших военных. Также кормили людей. Одним словом, деньги пошли на помощь. Не только я, но и мои друзья тоже помогали. Мы все сейчас должны сначала думать о наших военных и помогать им, а уже потом о себе. Потому что у нас есть возможность жить, работать, воспитывать детей именно благодаря тому, что они нас защищают.

– 7 апреля у вас был день рождения и я смотрела видео на странице «Квартала», как вас поздравляют военные. Они обращаются к вам: «Женя, друг, дядя Женя, Жека…» Желают поменьше седых волос на голове, шутят. Я так понимаю, что со многими вы сдружились? Когда ездите к ним с концертами, как проходят эти встречи?

– За время полномасштабного вторжения мы с коллегами из «Квартала» и друзьями-артистами дали уже более 450 выступлений для военных. Но ездим мы к нашим защитникам еще с 2014 года. И сдружились со многими военными еще до начала полномасштабной войны. К сожалению, некоторых уже нет с нами...

Такие поездки проходят в секретной обстановке. О том, что мы приедем, знают очень мало людей. Наверное, только командир бригады или замкомандира. А сами парни и девушки узнают обо всем уже во время концертов – что мы приехали, что-то привезли, что будет концерт. Ведь на первом месте безопасность людей – личного состава и тех людей, которые с нами ездят. Не без сюрпризов, конечно. Потому что бывало такое – и летало, и гудело, и взрывалось рядом… Но на самом деле тебе спокойнее, когда ты находишься рядом с военными, то есть с такими людьми, которые знают, что делать, куда бежать, нервничать или не нервничать.

Концерты всегда проходят в безопасных укрытиях, которые мы находим недалеко от позиций или пункта дислокации той или иной бригады или батальона. А о чем шутим? Мы не придумываем шутки для таких концертов, мы рассказываем, что с нами происходило с 24 февраля 2022 года. И это все дополняется шутками, которые нам «подгоняют» сами военные во время наших поездок к ним, наши знакомые, друзья. Просто на такую ​​тему шутки не пишутся, все льется откуда-то из души. Всем нравится. Но главное – это поддержка морального и боевого духа наших военных. Ведь это очень нужно парням и девушкам.

– Все концерты «Квартала» сейчас благотворительные, деньги за билеты идут на помощь ВСУ. На что пошли деньги с последних концертов? Как выбираете, кому помогать?

- Деньги с предыдущих двух весенних концертов пошли на FPV-дроны для нескольких бригад, которые воюют на Донецком, Запорожском направлениях и на Днепропетровщине. Еще немного денег доложили мы и наши друзья - закупили квадроциклы и «старлинки». В общей сложности передали 20 FPV-дронов, 6 квадроциклов и 6 «старлинков». Еще передали автомобиль – бус для РЭБовцев Николаевщины. Все подробные отчеты с фото и видео, кому что передали, есть на официальных страницах «Квартала» в соцсетях. Деньги с концертов, которые прошли в эти выходные, также пойдут на дроны, потому что это то, что сейчас очень необходимо нашим военным. Потом мы эти дроны повезем на передовую, как мы это делали и раньше.

Как выбираем, кому именно помогать? Как я уже говорил, у нас много друзей-военных, у которых всегда много запросов и которым мы будем помогать до победы. Обычно после концертов смотрим, сколько денег удалось собрать и какие самые насущные потребности мы можем закрыть. Тогда покупаем то, что на данный момент больше всего нужно нашим военным. Война, к сожалению, продолжается. Наши парни и девушки каждый день продолжают мужественно защищать нашу страну. Я всегда повторяю, что мы должны постоянно поддерживать и помогать нашим защитникам – тем, благодаря кому мы можем жить и работать, наши дети могут учиться, и самое главное – мы можем ходить по украинской земле.

- Вы не раз рассказывали, что в вашем окружении, в котором вы росли на Луганщине, никто не ориентировался на россию, что украинский вы изучили на Донбассе, что на украинском вам преподавали в колледже. Мы уже убедились, как действует российская пропаганда. За 10 лет такой промывки мозгов остались ли у вас там люди, с которыми вам есть о чем поговорить?

– Из друзей там, наверное, никого не осталось. Я очень надеюсь, что там еще есть сознательные граждане, которые не поддаются российской пропаганде. Есть же украинское сопротивление, которое действует на временно оккупированных территориях ради того, чтобы скорее наши города вернулись в Украину. Надеюсь, что там тоже такое есть. Но в новостях пока такого не слышал.

С 2014 года они находятся в оккупации. Уже даже выросли дети, которые родились во время оккупации, и их учат, что мы бандеровцы и ходим с нацистскими флагами. И, к сожалению, они в это верят. Но мы обязательно вернем все наши временно оккупированные города и села. У нас об этом была даже песня в одном из последних концертов «Єдиного Кварталу». Я там пел о родном Луганске, Андрей Бедняков – о Мариуполе, Надя Дорофеева – о Симферополе… Мы все верим, что вернемся в свои родные украинские города.

– А из близких сейчас там уже никого нет?

– Нет, к сожалению, или, может, к счастью. Когда туда придут Вооруженные силы Украины, как быть с теми людьми, которые поддерживали россию? Думаю, оставлять их в Украине не стоит. Если кто-то был за Рроссию – пусть едет в россию: там территории много, сколько степей, тайга… Поэтому вперед – на рашку, за «паребрик».

Варя занимается вокалом, Серафима играет в спектаклях

– Вашей старшей дочери Варе – 16. В следующем году она должна поступать в вуз. Вы рассказывали, что она активно учит польский язык и хочет поступать туда либо на вокал, либо на актерское мастерство. Почему именно Польша ей импонирует?

- Возможно, потому, что, во-первых, Польша близко. А во-вторых, украинский язык похож на польский. Я Варю не отговариваю и палки в колеса ей ставить не буду, потому что это ее выбор. Она знает, как это тяжело. Она уже два года занимается большой сценой, если можно так сказать. Поэтому если у нее все получится – я буду только рад.

– Помню, как нам в интервью Варя говорила, что хочет развиваться как певица. Ей тогда было 12. И на наш вопрос, где она видит себя в будущем, сказала: хочу дать сольный концерт на стадионе. Она уверенно идет к этой мечте?

– Да, она уверенно идет к этой мечте. Она сейчас очень много занимается вокалом. И стадион – так стадион. Почему и нет?

– На Варе как-то ваша публичность отражается? Вот, бывает, пишут: дочь Кошевого сделала то и то… Она комфортно себя чувствует в таком пространстве?

- Конечно отражается. От этого никто не застрахован, кто находится в публичном пространстве. И дети, конечно, страдают от этого, не знаю, можно ли именно таким словом это назвать. Но когда дети взрослеют, они прекрасно все понимают. Варя и сама отвечает своим хейтерам. Она им пишет: «Какое ваше дело до моей жизни? Вы за собой следите, а я буду следить за собой».

– В прошлом году Серафима тоже выходила на сцену «Квартала» вместе с другими детками и девушками из «Женского Квартала». Серафима тоже сценой интересуется?

– Да, Серафиме это интересно. Она играет сейчас в спектаклях. И мне нравится, когда он играет драматические роли. На Новый год они ставили постановку «Леонтович». Она посвящена «Щедрику». И если вы видели фильм «Щедрик», это постановка по мотивам той же истории. Серафима играла самую младшую дочь в семье главных героев. И этот спектакль меня даже на слезу пробил. Серафиме сейчас нравится ее актерская деятельность. Но она немного стесняется, когда выходит на сцену.

А дома у нас, конечно, дебош такой стоит! Варя, когда была в ее возрасте, интересовалась группой BTS, кей-попом, и сейчас та же «болезнь» Серафиме перешла (смеется).

- У вас последний пост в инстаграме – за август 2023-го. Вам это не важно сегодня?

– Посты в инстаграме мне не важны. Особенно если у меня нет времени и когда я нахожусь где-то, где нет связи. А вот в сторис я более активный, там я публикую сборы для наших военных, потому что в сторис их можно быстрее закрыть, чем в постах. А посты в инстаграме будут после победы. Я тогда столько постов опубликую, что подписчики устанут читать.

- Что сегодня самое ценное и важное для Евгения Кошевого?

- Самое главное – это мир и наша победа. Чтобы все наши защитники и защитницы, все те, к кому мы ездим, вернулись домой живыми. А все остальное отстроим, главное – силы, желания и не грызть друг друга изнутри.

– А что или кто помогает не сдаваться, откуда силы?

– Силы беру с поездок к нашим военным на передовую. Как можно сдаваться, если там на фронте за тебя отдают жизнь! Надо ездить туда, надо видеть глаза тех людей, кто нас защищает. Надо их поддерживать и помогать им.