Есть ли угроза осады Харькова и когда остановится наступление россиян. Интервью с ветераном Симорозом

Открытие фронта в Харьковской области стало возможным из-за неверных решений лиц, ответственных за возведение фортификационных сооружений на пограничные и критическую задержку военно-технической помощи Западу. В то же время строить что-то на пограничных участках крайне сложно, ведь враг ведет постоянные обстрелы.

Однако нельзя также не принимать во внимание и то, что районные и областные администрации приграничья должны делать гораздо больше, чтобы защитить села, граничащие с Россией. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказал ветеран войны, общественный активист, юрист Олег Симороз.

– По вашему мнению, почему наступление на Харьковщину стало возможным? Ведь почти все военные эксперты утверждали, что у Путина недостаточно ресурса для этого и что это направление не является для него приоритетным.

– Это комплексный вопрос. Оборона ВСУ – это комплексные вещи. Это люди, техника, фортификационные постройки. Я считаю, что основная проблема – это то, как и где были построены оборонительные фортификации, а также то, насколько это отличается у нас и у врага. У врага находятся возможности строить их на линии столкновения, поэтому наши Вооруженные силы не могут продвигаться дальше. У нас объясняют невозможность строительства фортификационных сооружений обстрелами.

– Но ведь эта территория действительно близка к российской границе и враг просто не давал возможности обустраивать там оборону.

– Очевидно, это так. Но у врага почему это получается. Конечно, это требует более серьезной техники, более серьезного человеческого ресурса, контрбатарейных мер, денежных затрат и т.п.

Но это надо делать, если мы говорим в контексте оперативной группировки в Харьковской области. Необходимо было защищать каждую пограничную деревню, потому что каждый километр продвижения там – это дополнительный километр продвижения в сторону Харькова и, как следствие, увеличение артиллерийских обстрелов Харькова и Харьковской области.

В общем, я считаю, что причина заключается в неправильных стратегических решениях, в частности, в неправильных действиях гражданских военных администраций.

Безусловно, сыграла негативную роль и отсутствие западной поддержки, в частности, от США, которая задержалась на полгода и доходит только сейчас. Ведь чтобы строить фортификационные сооружения в пограничном участке, нужна очень серьезная контрбатарейная работа нашей артиллерии, чтобы наши инженеры имели возможность поднять голову там. К сожалению, в последние полгода была очень сложная ситуация со снарядами. Только сейчас она начинает выравниваться и еще далека от нормализации.

Следовательно, учитывая, что враг преобладает в артиллерии, это создает нам ряд проблем даже в обороне, не говоря о каких-либо контрнаступательных действиях.

– Как вы оцениваете группировку врага на Харьковщине? Как далеко оно сможет продвинуться? Насколько реальна угроза для Харькова?

– У врага сейчас есть все ресурсы, чтобы маневрировать своими войсками, поэтому давать какие-то оценки по численности неблагодарное дело. Например, если сейчас у них 50 тысяч, они могут увеличить группировку путем опрокидывания с других участков фронта.

Сейчас, думаю, они рассчитывают на результаты первых этапов наступления и от этого будут отталкиваться. Они понимают, что где-то их могут встретить более серьезно, где-то будут минные заграждения и т.д. Мне кажется, что враг планирует дальше кошмарить Харьков и оттянуть нашу артиллерию от Белгорода.

Я не думаю, что есть серьезная угроза осады Харькова, но есть очень серьезная угроза, что это усугубит ситуацию именно на линии обороны города. Есть вероятность того, что Харьков будет подвергаться еще большей атаке вражеской артиллерии. Это отразится на всей области, к сожалению.

Посмотрим. Уже принят ряд кадровых решений, хотя хотелось бы, чтобы люди, недобросовестно относящиеся к своим обязанностям, несли и другую ответственность за свои действия. У меня лично очень много вопросов командования группировки войск "Харьков".

Назначен новый командующий (Иван Драпатый. – Ред.). Это человек с боевым опытом, он удачно командовал в ходе наступательных действий на южном направлении. Будем надеяться, что у него все получится.

Но остаются вопросы руководству Харьковской ОВА. В частности, как строилась оборона? По моему убеждению, юг, Донецкая и Харьковская области – это те места, где у нас все давно должно быть залито в бетон.

Если же говорить о глобальной проблеме, то очень многие чиновники местного, областного уровня заиграют с местными избирателями. Они пробуют жить гражданской жизнью. В Киеве, к примеру, хотят профинансировать строительство метрополитена на 14 миллиардов. Это абсурдная ситуация. Нельзя расслабляться даже если тебе кажется, что враг далеко.

Потому что ресурсы: наши и враги – несоразмерны. Мы проигрываем, если продолжим жить, ничего не меняя. Страна должна перейти экономически на военные рельсы, Госбюджет, городские и областные бюджеты должны стать военными бюджетами. Должна быть профинансирована социальная сфера, а остальные – по остаточному принципу.

– Шойгу уволен с должности министра обороны. Как вы думаете, как это может сказаться на ситуации на фронте?

– Не думаю, что это приведет к каким-то глобальным изменениям, потому что управление вооруженными силами врага осуществляют доверенные люди Путина. Собственно, Шойгу в течение длительного времени был доверенным лицом, таков и новый министр обороны.

Шойгу в последнее время стал символом ошибок, провалов, неуверенности, публичных глупостей. Учитывая его откровенную непопулярность в информационном поле, которая бросает тень уже на саму армию РФ, на самого Путина, он был уволен. С информационно-пиарной точки зрения это верный ход – Путин продемонстрировал историю сменности, но при этом не потерял своего окружения, ведь Шойгу дали должность секретаря Совбеза.

Для нас это в определенной степени позитив. В том, что информационно министр обороны РФ испытывал серьезные проблемы, есть частично и заслуга Вооруженных сил Украины. Такие перестановки, по сути, заставляют также и граждан России задавать риторические вопросы. И это хорошо.

– Госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что Украина сможет удерживать линию обороны на Харьковском направлении и других направлениях, ведь союзники дают необходимое оружие. Однако, по его словам, сейчас "сложный момент". Соглашаетесь ли вы с такими оценками? Верите ли, что уже в ближайшее время ситуацию можно будет выровнять?

– Мы ждем. Мы видим, что в пакете помощи от США есть реактивные системы залпового огня, артиллерийские снаряды, в том числе 155 калибра, это один из самых распространенных калибров на фронте. Учитывая все заявления союзников, что помощь уже идет в Украину, будем надеяться, что так оно и будет, и что удастся сдержать врага.

Бесспорно, если не будет ограничений в артиллерии, мы сможем показать успехи. За годы войны мы уже не раз демонстрировали, что умеем применять вооружение, в частности, артиллерию. Я уверен, что нам удастся применять и современную авиацию, чтобы уничтожать врага.

Но я уверен, что мы не можем быть столь критически зависимы от помощи союзников, в частности, в таких примитивных вещах, как артиллерийские снаряды. Нам следует делать выводы и развивать наш оборонно-промышленный комплекс.