Однажды в Тускуле: детали психологического театра Ричарда Нельсона

Свет, дым, музыка, костюмы, проекторы, подвижная сцена, оркестр, игра света, декорации и танцы. За яркой и красивой картинкой подавляющее большинство современных зрителей сейчас идет в украинский театр. Эту эстетику полностью разрушает психологический спектакль бродвейского драматурга Ричарда Нельсона «Тускульські бесіди», который минимальным количеством визуальных элементов фокусирует внимание на внутренней сути жесткого диктатора в период определяющих исторических событий.

Мировая премьера «Тускульских бесед» состоялась в общественном театре Нью-Йорка еще в марте 2008 года. Вероятно, на такую работу мастера повлияла тогдашняя предвыборная кампания в Соединенных Штатах со всеми политическими дебатами того времени. Как бы там ни было, украинская аудитория увидела уже свежую работу режиссера со столичной командой Театра на Подоле 3 и 4 мая.

На самом деле психологизм — стиль не новый для украинской драматургии. Несмотря на то, что сейчас мы все-таки тяготеем больше к визуальной сценографии, чем к глубинному разговору. Внимательно слушать актеров, которые выглядят как обычные люди, намного сложнее, чем параллельно с этим созерцать многочисленные эффекты и эстетический контекст.

Первые минуты спектакля сразу показывают: актеры не будут формировать «четвертую стену», а будут играть в ней. При этом зрители будут сидеть рядом — вокруг комнаты и обеденного стола, где и будет происходить действие. Аудитория пристально следит за персонажами на сцене и с близкого расстояния наблюдает за каждым движением и главное — слышит каждое слово. В этом и заключается сверхзадача психологического театра, когда актеры не играют, а выпускают героев из собственной души.

Лето накануне катастрофы

Сюжет разворачивается в Тускуле — городе на албанских холмах, где находились виллы зажиточных римлянин в далеком 46 году до н.э. Цезарь выиграл битву при Мунде против армии во главе с сыном Помпея. Брут (в исполнении Романа Халаимова), Кассий (Артем Атаманюк) и Цицерон (Сергей Бойко), которые были сторонниками Помпея, помилованы Цезарем. С этого и началась диктатура Гая Юлия Цезаря.

Чтобы максимально привлечь зрителя, Ричард Нельсон выбирает камерную сцену театра, которую в начале «собирают» сами же актеры. Сразу становится понятно: спектакль не о ярких танцах, пении и разных эффектах. Он — о глубокой вовлеченности и психологии разговора, заставляющего проникнуть в душевное состояние и мысли персонажей.

Режиссер стремился вывести на сцену обычных людей, которые будут играть таких же личностей из зала и жить в произносимом тексте. Их костюмам присущ стиль кежуал (которого придерживается подавляющее большинство из нас). Все потому, что одежда, по замыслу Нельсона, не должна отвлекать актеров от текста, а зрителей — от игры актеров.

Для чего еще существует загородная вилла? Для разговоров, воспоминаний из детства, свежих сплетен, споров и, наконец, планирования заговора. Спектакль раскрывает психологию вельмож, которые собираются вместе, чтобы понять поведение полководца, консула, а затем и пожизненного диктатора Рима Юлия Цезаря. То, что предшествовало его трагическому убийству во время так называемых мартовских ид (идами римляне называли день в середине месяца), заложено в дискуссиях тогдашней политической элиты. Именно на предпосылки этого события режиссер направляет фокус постановки.

Имя политического деятеля Марка Юния Брута в массовом сознании ассоциируется с понятием «предатель». Цезарь воспринимал молодого сенатора как сына, потому что был любовником его матери Сервилии (ее роль исполнили в разных составах Екатерина Рубашкина и Мария Рудковская), именно поэтому безоговорочно ему доверял и простил участие в войне на стороне врага. Его брат Гай Кассий Лонгин вскоре возглавит заговор против Юлия Цезаря вместе с Брутом. Они — главные герои спектакля.

Роман Халаимов показал настоящего идеалиста, который свято верит в светлое будущее Римской республики. Его герой просыпается утром и думает о мире и государстве мечты, несмотря на плохих руководителей. Принципы для Брута абсолютны, и неважно, истинны они или нет. Его жена Порция (в исполнении Даши Малаховой и Марии Деменко в разных составах) разделяет эту позицию. Она бывает резкой, иногда сдержанной женщиной, которая ненавидит Цезаря и подстрекает мужа участвовать в заговоре.

У Кассия общий архетип с Порцией: в противоположность Бруту, он презирает Цезаря и подчеркивает его ненависть ко всей цивилизации. Он даже больше, чем Порция, подстрекает принципиального Брута к сговору, поскольку лучше нее понимает психологию, жизненные ценности и ориентиры своего брата и умело склоняет его к своей идее.

Театральная магия с элементами психологического построения, которую из другой части света привез Ричард Нельсон, очень сложная и чрезвычайная одновременно. Его заинтересовала не сама история, а то, как Брут и Кассий пришли к подлому убийству главы империи.

Атмосферность и «тихие» детали

Сцена представляет собой круг из стульев, поэтому некоторые зрители сидят рядом с римскими патрициями. Люди — участники политической беседы за обеденным столом. Такая атмосфера символизирует и наше общество во время полномасштабного вторжения: беспрерывное обсуждение лидеров и врагов. Период, когда мы хотим найти способ преодолеть российскую тиранию, так же, как персонажи из Тускула на сцене хотят понять Цезаря (лидера, но уже и врага при этом).

Цезаря изображают не великим завоевателем, а обычным эгоистичным человеком. Более того, делают акцент на его болезнях (например, на головных болях, из-за которых он не может спать). Так что он предстает негативным персонажем, философией которого является вечная война. Император хочет весь мир превратить в Рим, а себя видит богом.

«Беседуя с ним, ты должен все время следить за каждым своим словом», — говорит выдающийся оратор и наставник Брута Марк Туллий Цицерон (в исполнении Сергея Бойко). Собственно, по мотивам его философских «Тускульских бесед», посвященных Марку Юнию Бруту, и поставлен спектакль. Однако постановка очень отличается от оригинального произведения: драматург Ричард Нельсон представляет нам свой взгляд на трактат великого оратора.

Цицерон пытается трезво и иногда оптимистично воспринимать ситуацию. Он разделяет эмоции героев, но называет горе, злость, траур актами воли. Актер Сергей Бойко мастерски передает внутреннюю уравновешенность своего персонажа. Он ведет беседу с героями, старается понять их отношение к императору. Но уже не скрывает своего разочарования в римской власти: «Я тоже люблю нашу нацию, я писал для нее законы и выступал в Сенате, борясь за ее интересы и жизнь. Однако сейчас я не вижу этого. На место Цезаря придет кто-то другой...».

Что американское произведение говорит украинскому зрителю?

Режиссера интересуют люди. Он убирает все декорации и оставляет только мебель, показывая человеческую природу: проблемы, переживания, поиски компромисса, манипуляции друг другом и эмоциональное напряжение. Ричард Нельсон привлекает к чистому разговору, дает слушать и услышать, а также провести параллели с сегодняшним миром. В интеллектуальном театре Нельсона надо уметь слушать. Это не шоу с хорошей сценографией, а глубинное привлечение к разговору.

Финальные сцены неоднозначны. Цезарь предлагает Кассию стать верховным руководителем центрального Рима, а Бруту — управлять всей страной. «И я согласился», — говорит каждый из них Цицерону. «И ты, Брут…» — отвечает на это оратор известной фразой. Через мгновение свежий воздух Тускула, где звучали разве что сплетни из уст римских вельмож того времени, превращается в оду измене и лицемерию, которое в итоге приведет к одному из самых кровавых убийств в истории.

Этот разговор на самом деле не только о Цезаре. Скорее, о власти, эскалации конфликта, поиске своего места под солнцем и путей остановить войну от простых людей, находящихся в эмоционально нестабильном состоянии. Именно поэтому спектакль так резонирует современному украинскому зрителю.

Наблюдаем за тем, как герои переживают страх за себя и родных и переживают о стране и нации в целом. Они садятся за стол, чтобы решить, как победить диктатора и сохранить свое будущее. Спектакль демонстрирует общечеловеческие ценности, ведь почти каждый из нас хочет благополучия и мирной жизни, — здесь закладывается глубокая параллель с нашим сегодняшним днем.

В Тускуле все становится понятным и спокойным. При отсутствии городского шума тихо готовится мировой заговор, прорастающий из желания контролировать лидера. Можно ли убить человека из-за желания сделать государство лучше и сохранить его? Может ли простой человек повлиять на политическую ситуацию? Есть ли у него голос, наконец? Может, власть скоро его заметит?..