Виталий Ажнов: калигульное настроение, театр и благотворительность

Национальный академический драматический театр имени Ивана Франко сегодня необычайно популярен. За билетами на спектакли охотятся месяцами, а в зрительных залах собираются аншлаги.

Актер театра имени Франко Виталий Ажнов играет в спектаклях «Калігула», «Карьера Артуро Уї, яку можна було спинити», «Тартюф», а также в недавней премьере «Марія Стюарт» и многих других. Кроме деятельности в театре, Виталий известен по киноролям, в частности в сериалах «І будуть люди» и «Кава з кардамоном». Также запланирована премьера байопика «Малевич» с Виталием в главной роли. Кроме того, актер устраивает благотворительные поэтические вечера в поддержку ВСУ.

Роли Виталия Ажнова в театре часто острохарактерные. Смотря спектакли с его участием, я не вижу на сцене актера. Виталию удается мастерски принимать на себя персонаж, полностью проникаясь его характером и эмоциями. Он максимально отдается роли и проживает ее, а не играет. Поэтому мне было интересно почувствовать человека. С Виталием Ажновым я говорила о важных для него спектаклях, чувственности и впечатлительности, фильме «Малевич» и благотворительной деятельности.

⸺ Виталий, какие три спектакля, где ты играл, оставили в тебе самый заметный след и почему?

⸺ Сначала это была дипломная работа «Одруження» по произведению Николая Гоголя, которую ставили мой мастер Дмитрий Михайлович Богомазов и Андрей Саминин. Спектакль добавил уверенности в том, что я актер, и частично убедил, что не ошибся в выборе профессии.

Важной стала «Співай, Лоло, співай!» Богомазова. Тогда в меня поверили как в лирического героя. Я помню этот спектакль со студенческих лет, когда он шел в Театре на Левом берегу Днепра. Я был потрясен постановкой. Хотелось в нем участвовать, что со временем и произошло.

Ну и, конечно, сейчас самая знаковая постановка для меня — «Калігула» режиссера Ивана Урывского, потому что это материал, в котором можно развиваться. Этот спектакль поднял меня на другой уровень и добавил уверенности, хотя иногда ее и сейчас не хватает.

— Ты называешь мастера Дмитрия Богомазова (главный режиссер Национального академического театра имени Ивана Франко) своим театральным отцом. Дмитрий Михайлович часто говорит, что театр или есть, или его нет. И кроме этого, какая его установка или совет для тебя самые ценные за годы учебы и совместной работы?

⸺ Мне нравится фраза, что театр — это поэтическое искусство. А советов было много. Сейчас вспомнил момент, когда меня вводили на Олексу Бабича в «Украденому щасті». Примерно минут за сорок до спектакля я сказал Дмитрию Михайловичу, что у меня высокий уровень ответственности и я не могу избавиться от ощущения, что он — мой учитель. На что Богомазов ответил: «Виталик, расслабься. Мы коллеги». Это было… как взрыв!

⸺ А вообще за годы карьеры работа с каким режиссером была самой сложной, а с каким самой легкой?

⸺ Сложнее всего работалось со Стасом Жирковым. Мы начинали работать с ним в «Сталкерах», а потом еще были репетиции спектакля «Відчуття за стіною». Это было непросто, но сделало меня более сильным. А легче всего мне работать, наверное, с Иваном Урывским.

⸺ Сегодня спектакли Урывского в тренде. Зрители много снимают, выкладывают видео в сториз или ТикТоке. Что чувствуешь как актер, когда во время некоторых сцен зрители одновременно включают камеры на телефонах?

⸺ Скажу честно, это не добавляет мне азарта. Конечно, актер — человек эгоцентричный, любит внимание. Сначала съемки радовали и успокаивали его, но со временем, когда находишь столько смыслов в спектакле, становится досадно. Кстати, меня поражает, что в «Тартюфе» все снимают первый танец, хотя в спектакле есть много классных и актерских сцен, и художественных решений.

⸺ «Калігула» Урывского, как ты уже сказал, сейчас для тебя знаковая работа. Недавно я была на благотворительном вечере твоего курса. Перед мероприятием все обсуждали, что ты после «Калігули» и соответственно настроение у тебя сложное… «калигульное».

— Калигульное настроение? Можно в психологию такой термин ввести (смеемся).

⸺ Так как роли в театре влияют на твою повседневную жизнь на эмоциональном, чувственном уровне?

⸺ Влияют, иногда не позитивно. Если говорить о «Калігуле», то у меня есть ритуал, связанный с подготовкой. Просыпаюсь раньше, чем обычно, чтобы сбалансировать мысли. Утром обязательно сигарета (курение не пропагандирую!). Дальше гладко бреюсь. В день «Калігули» вообще не ем, только пью кофе. Я понял, что это настраивает правильное состояние — голод переходит в концентрацию и сосредоточенность, местами даже агрессию. Я люблю говорить: «Ты голодный, а значит сексуальный».

Почему-то именно после «Калігули» я очень долго прихожу в себя, не уверен, что прихожу к стабильному равновесию или гармонии.

⸺ Я помню, как впервые пришла на «Лимерівну». Потом боялась идти второй раз, чтобы не испортить те впечатления. На поклонах я увидела у тебя в глазах пелену. Позволяешь ли ты этому состоянию поглощать тебя полностью?

⸺ Я люблю, когда роль меня полностью поглощает. Когда она настолько внутри меня, без отвлекающих факторов, что в тот самый момент, в том самом месте возникает та эмоция, которая возникает. Это не только об эмоциональной памяти, а и о том, что ты — внутри роли.

⸺ В этом театральном сезоне у тебя было две премьеры — «Тартюф» Дмитрия Богомазова и «Марія Стюарт» Ивана Урывского. Какие у тебя впечатления от спектаклей? Удались ли премьеры?

⸺ Если говорить о «Тартюфе», то процесс был для меня не особенно сложным, поскольку объем роли небольшой. Думаю, премьера удалась, люди ходят, смеются, потому что «Тартюф» — это комедия. Сейчас я уже убеждаюсь, что маленьких ролей не бывает, ведь слышу, как зрители реагируют на мою сцену, — она какая-то фееричная для них.

Репетиционный процесс «Марії Стюарт» был непростым в плане работы над ролью. В хорошем смысле я по-новому открыл для себя Ивана Урывского. Путь, который я прошел в этом спектакле, — это путь моего внутреннего роста.

⸺ Зритель в этом спектакле тоже открыл другого Урывского.

— Да! Играя «Марію Стюарт», я понимаю, что внутри еще столько всего есть. Будем дополнять и наполнять. Очень классно, что Иван дает поле для развития — поле, где ты можешь посеять маки, васильки, еще что-то, еще что-то (смеемся).

⸺ Ты человек чуткий и уязвимый. Как реагируешь на критику?

⸺ Я умею отделять. Есть люди, которым я доверяю, чье мнение интересует меня в первую очередь. Если они меня критикуют, думаю, как исправить или улучшить свою работу. Что касается знакомых или мало знакомых, то, если критика конструктивная, очень хорошо. А если взяли с потолка, то нет предмета для разговора.

Но я переменчив — это правда. Принимаю все очень близко к сердцу.

⸺ Ты снялся в полнометражном художественном фильме «Малевич» режиссера Дарьи Онищенко. Какой факт из жизни художника поразил тебя больше всего во время подготовки к роли?

⸺ Все было интересно. Меня поразило, что когда Малевич хотел выехать за границу и сделать выставку, то в графе «национальность» в миграционной анкете написал «украинец», что и стало причиной отказа.

⸺ Как думаешь, что скрывает «Черный квадрат» Малевича?

— Сейчас начну выдумывать и говорить о бездне, потустороннем мире (смеется). Думаю, ничего.

⸺ Твое увлечение стихами. Мне о тебе сказали: «Человек-поэзия. Вселяет в людей эту поэзию и любовь к ней».

⸺ Когда началось полномасштабное вторжение, я поехал в Калуш в Ивано-Франковской области. Казалось, что не вернусь к профессии. Была сильная внутренняя апатия. Как-то мне попался сборник поэзии, и я начал читать.

Я закончил аспирантуру по сценической речи, так что поэзия не была для меня чем-то новым, я всегда любил ее. Тогда она начала гармонизировать мое состояние, структурировать и дисциплинировать. Я проанализировал, почему это произошло, и понял, что именно ритмика, конец строки, стихотворный размер и стихотворный ряд, который есть в поэзии, гармонизируют внутреннее состояние.

⸺ И потом возникла идея создать «Курс Ажнова от Ажнова»? В конце каждого выпуска участников курса вы делаете благотворительный вечер. Расскажи об этом подробнее.

⸺ На самом деле этим редко кто интересуется, а я не люблю хвастаться, хотя понимаю, что делаем важное дело.

Учитывая наши реалии, для кого-то поэзия может стать терапией, преодолением страха публичного выступления, решением вопроса, хочет ли он стать актером. Так что я разработал программу на основе поэзии и создал курс. Были страх и сомнения, потому что не хотелось провала. За четыре часа набралось нужных пятнадцать человек (я принципиально не беру больше, чтобы уделять всем достаточно внимания). И мы начали. В конце концов понял, что людям нужен конечный результат, тогда возникла идея благотворительного поэтического вечера.

Курс продолжается немногим больше года, и на сегодняшний день нам удалось собрать для ВСУ около полутора миллионов гривен. Все благодаря людям, которые альтруистично, по своей инициативе, прослушали курс, а дальше тратят свое время на такие благотворительные мероприятия.

Есть стимул и мотивация каждый раз делать вечер еще лучше. Планку ставлю выше и выше, потому что боюсь остановиться на месте. Говорю об этом и понимаю, что у меня вспотели ладони, потому что это очень ценный и важный для меня проект.

⸺ Что чувствуешь, когда удается собрать и передать деньги на сбор?

⸺ Когда узнаю, что банка закрыта, у меня всегда мурашки по коже бегут. Я знаю, как тяжело иногда медийным людям закрыть банку, а здесь собирают те, у кого в принципе очень яркая и насыщенная жизнь, не связанная с творчеством. Всегда впечатляет.

⸺ Кроме поэтических вечеров, ты решил сделать мероприятие на основе эпистолярия известных украинских деятелей прошлого столетия. Я была на этом вечере. Если убрать временные рамки, ощущение, будто это о сегодняшнем дне. Я в который раз осознала непрерывность российской агрессии. Страх, что это никогда не кончится. Что вы чувствовали, когда вместе с участницами курса разбирали письма и стихи?

⸺ Я разделяю с тобой этот страх. Сейчас у меня снова появилась гусиная кожа… Столько трагедии! У меня была идея добавить письма современной войны, но я передумал, потому что хотелось донести мысль об этой пугающей цикличности. Наш зритель живет сегодня, и у него должны возникать не только страх, но и осознание того, что, наверное, именно сейчас стоит перейти на украинский язык и поддерживать все украинское. Иногда кажется, что в программу нужно добавить больше юмора. Ведь Остап Вишня шутил со своей женой, даже когда был в ссылке.

Мне нравится этот эпистолярий тем, что он несет месседж. Он очень драматичный. Возможно, слишком актуальный, содержит слишком много параллелей. Я понимаю, что зритель, который это смотрит, уже не может проявлять эмоции, у него возникает защитная реакция.

Следующий вечер на основе эпистолярия состоится 18 июня в Центре Курбаса, приходите.

⸺ В одном из своих интервью ты сказал: «Кто ты есть сейчас в обществе как мужчина?». Какой ответ нашел для себя сейчас?

⸺ Не нашел. Я понимаю, что создаю и строю нечто нефизическое. Например, транслирую через свои роли важные смыслы.

Недавно нас с поэтическим вечером пригласили в Краматорск сыграть для военных. Мы с девушками играли три захода. Мне было очень страшно, очень. Было страшно ехать к военным, которые ежедневно там. Укоров совести много… И когда они обнимают, плачут, проявляют эмоции и говорят, что мы как мостик для них, сразу понимаешь, насколько это важно.

⸺ А эти укоры совести и чувство вины, как ты прорабатываешь?

⸺ Конечно, нужно иногда давать себе выдохнуть. Но меня спасает большая загруженность. Когда работаешь, работаешь, работаешь, волонтеришь, укоры совести частично стихают.

⸺ Какой спектакль для тебя самое точное отображение переживаний этой войны?

⸺ Спектакль «Процес» Давида Петросяна в Театре на Подоле. Наверное, это то последнее, что меня поразило и что перекликается именно с моими ощущениями. Я был в восторге!