Прорыв россиян на Харьковщине. ГБР ищет виновных

Наступление россиян в Харьковской области стало предметом для расследования.

Сотрудники ГБР установили поминутное развитие событий, а всего в деле фигурируют фамилии 28 военнослужащих (командующий оперативно-тактической группировки, командир бригады, командиры батальонов, командиры рот, начальник отделения разведки штаба).

Это дело может стать самым громким расследованием против военного руководства Украины за все время полномасштабного вторжения.

Проверяют готовность.

“Учитывая резонансность производства, к расследованию привлечены лучшие следователи и руководство Главного следственного управления ГБР, происходит плотное взаимодействие с оперативными подразделениями СБУ.

А также — полная коммуникация и поддержка со стороны Генерального штаба ВСУ, ОТГ Харьков и ОСГВ Хортица”, — говорится в сообщении.

В рамках расследования правоохранители проверяют уровень обеспечения и укомплектования личным составом частей ВСУ, строительство фортификационных сооружений, взаимодействие между военными подразделениями и т.

Также проверяются действия руководства всех звеньев в регионе в ходе наступательных действий противника, до и после них, исследуются возможные факты безосновательного ухода с боевых позиций подразделениями ВСУ.

Предварительная квалификация уголовного производства — самовольное оставление поля и небрежное отношение к военной службе (ст.

429, ч.

4 ст.

425 УК Украины).

Оккупация сел.

По данным аналитического ресурса Deep.

State, по состоянию на 27 мая в оккупацию из-за наступления на Харьковщине попали 10 приграничных населенных пунктов: Стрелка, Красное, Пыльная, Борисовка, Мороховец, Олейниково, Глубокое, Лукьянцы, Плетеневка, Огурцовое Гатище.

Частично захвачены село Бугроватка и город Волчанск.

По версии следствия, командование 125 бригады и подчиненные ей подразделения, в том числе 415 отдельного стрелкового батальона, 23 механизированной бригады, 172 отдельного стрелкового якобы не организовали должным образом оборону позиций на границе Харьковской области и РФ, что привело к потере в военной технике и личного состава подразделения.

В 125-й отдельной бригаде территориальной обороны ВСУ в ответ заявляли, что были готовы к наступлению и с позиций никто не отступал.

“То ли от незнания ситуации, или от желания навредить, отдельные резиденты социальных сетей распространяют совершенно ложную информацию о неготовности Сил обороны к наступлению врага, или еще хуже, об отступлении отдельных подразделений из вверенных им оборонных рубежейЭ, – сказал командир 125 бригады генерал-лейтенант Артур Горбенко.

К моменту нападения РФ комбриг заверил: ситуация в полосе обороны его бригады сложная, но контролируемая.

Населенные пункты, в которые зашел враг, расположены в постоянной “серой зоне”, а потому успех противника достаточно условен и стоит ему огромных потерь в технике и живой силе”, – добавил Горбенко.

Опасность расследования.

Секретарь Комитета Верховной Рады по вопросам нацбезопасности, обороны и разведки Роман Костенко отмечает, что впервые за время полномасштабного вторжения обществу сообщили о таком крупном расследовании.

“Когда такая информация, в частности средствами массовой информации, разгоняется, то автоматически у многих в голове уже сразу ставится клеймо, что военные виноваты.

Если проводится расследование, значит они виноваты в том, что потеряли территории.

А нужно ли это делать? По моему мнению, публично — нет, это также может выглядеть как дискредитация.

И сейчас очень многие военные, которые выполняют свои задачи, понимают, что сейчас машина начинает действовать против них.

Это достаточно серьезная история.

Возможно, они и виноваты, но это должно быть расследование, которое должно быть объективным, о котором не должно быть особой огласки.

Если там будут виновные, нужно, чтобы эти виновные отвечали”, - описывает риски Костенко.

Нардеп полагает, что нужно разобраться какие силы и средства 125-я бриагада имела в своем распоряжении.

По его словам, “батальон, который должен пять километров держать, например, держал 15 километров”.

“Много вопросов, у них вообще не было артиллерии… Есть вопросы к заминированию территории противопехотными минами.

Все было там не полностью заминировано.

Вопрос, были ли ресурсы.

Мин у нас нет со времен, когда мы подписали конвенцию о запрете противопехотных мин, и мы их все уничтожаем.

У нас их просто физически нет.

Вопрос: дали ли нам наши партнеры достаточно мин, чтобы мы могли зашить все три тысячи километров границы с Российской Федерацией? Это миллионы мин должны быть.

Если не было, то что вам туда поставят? И это должно разбираться.

А мы уже сразу своими высказываниями сказали, что “военные виноваты””, - подчеркнул Костенко.

По его мнению, командиры должны нести ответственность за свои решения, но он против публичных обвинений командиров.