“Марш Женщин”: об особенностях психологической помощи гражданским и женщинам-военнослужащим

Благотворительный фонд “Марш Женщин”, который специализируется на защите прав женщин, после начала полномасштабного вторжения начал оказывать адресную помощь женщинам из уязвимых групп: беременным и многодетным мамам, женщинам третьего возраста, женщинам с инвалидностью и всем, кто нуждается в помощи. А недавно открыли горячую линию для женщин-военнослужащих.

Помимо гуманитарной помощи, предлагают психологическую и юридическую. Психологи фонда отвечают на запросы, связанные с депрессивными, тревожными состояниями, проблемами со сном, суицидальными мыслями, с любыми видами насилия и сложностями в общении с близкими.

Как помогает инициатива украинкам во время войны, Коротко про рассказали соосновательница «Марша Женщин» Анастасия Герасименко и координатор и психолог горячей линии Татьяна Павлова.

“Мы привлекаем внимание к проблемам женщин в Украине”

Соосновательница Благотворительного фонда "Марш Женщин" Анастасия Герасименко.

- Анастасия, расскажите, пожалуйста, об организации “Марш Женщин”, кто ее создал, с какой целью, чем вы занимаетесь?

- “Марш Женщин” - как женское движение и общественная инициатива - начал свою деятельность в 2018 году, провел шествие женщин на 8 марта в Киеве. Последний марш прошел в 2024 году в Киеве, на нем присутствовало около 5000 человек. Основные задачи марша - привлечь внимание к проблемам, с которыми системно сталкиваются женщины в Украине.

«Марш Женщин» – о действии, о том, что может сделать каждая женщина, чтобы ее голос был услышан. "Марш Женщин" объединяет голоса женщин в Украине и доносит “женские” месседжи и требования правительству, чтобы произошли системные изменения в законодательстве, чтобы наше общество менялось к лучшему. Это и борьба с гендерными стереотипами, разрывами в зарплатах мужчин и женщин, о невидимости неоплачиваемого труда женщин в семьях, о попечительской работе, которую выполняют преимущественно женщины.

- Что изменилось после начала большой войны?

- С начала полномасштабной войны “Марш Женщин” положил начало целому ряду практической помощи для женщин в Украине. 25 февраля 2022 года появилась линия психологической поддержки. Буквально через несколько дней открылись шелтеры во Львове и Черновцах. Мы также начали предоставлять гуманитарную помощь женщинам в Украине. 

Отдельным направлением у нас была выдача сертификатов на жительство Airbnb. Став официальным партнером Airbnb в Украине, мы раздали более 7 тысяч сертификатов для женщин, которые эвакуировались за границу и им было негде жить. 

Шелтеры у нас работают до сих пор. Психологическая линия кризисной помощи, которая была начата в телеграм-боте, тоже до сих пор функционирует. К уже существующим добавляем новые направления. 

Мы до сих пор отправляем гуманитарную помощь для женщин из уязвимых категорий. Это женщины с инвалидностью, многодетные мамы, женщины с маленькими детьми, пожилые женщины. В настоящее время мы отправляем помощь в шесть областей на юге и востоке страны (Харьковская, Донецкая, Луганская, Херсонская, Запорожская, Николаевская), в маленькие села и города с населением до 100 тысяч человек. Ежедневно мы отправляем адресные посылки, сегодня это 100-150 посылок в день, а в начале полномасштабного вторжения было около 200 посылок ежедневно.

- Вы говорите о новых направлениях. И одно из них – это помощь женщинам-военнослужащим. Как вы помогаете тем, кто на фронте?

- Отправляем медикаменты, спальные мешки, берцы, нижнее белье, павербанки, сухой душ, сухой шампунь и многое другое. Для этого регулярно проводим сборы. На последнем, 8 марта, за неделю нам удалось собрать более 3,5 млн грн на покупку берцев, нижнего белья и других необходимых на фронте вещей.

- А как появилась горячая психологическая линия для военных?

- На нашу текущую психологическую линию в течение двух лет постоянно обращались именно женщины в армии. Мы поняли, что запросы от женщин-военнослужащих имеют свою специфику, поэтому должны закрываться психологами, имеющими соответствующую экспертизу. В течение последнего года наши специалисты проходили курсы по военной психологии, в том числе у наших коллег из Израиля, чтобы профессионально помогать женщинам-военнослужащим по их запросам.

Также с этого года мы начали образовательно-просветительское направление для различных целевых групп. Мы предлагаем от экспертов команды “МЖ” семинары и тренинги для бизнеса, государственных органов власти, полиции, работников социальных служб, судебной системы. И это разные блоки тем, которые, по нашему мнению, наиболее актуальны в этих областях.

– Вернемся к гражданским. Вы оказываете психологическую и юридическую помощь. За какой из них женщины обращаются чаще? Не могли бы вы сформулировать наиболее волнующие темы?

- Чаще обращаются за психологической поддержкой. В телеграм-боте @marsh_zhinok у нас действует практически круглосуточный кризисный чат, где психологи дают минимум 7 бесплатных консультаций - платит за них непосредственно "МЖ".

Наиболее частые запросы - тревожность, страх, растерянность, переживание потери близких людей. За последний год этот запрос звучал чаще всего. Многие обращаются в связи со случаями домашнего насилия. В этом вопросе очень хорошо работает связка психологической и юридической помощи: мы комплексно помогаем женщинам, которые к нам обращаются. 

У нас мощная точка входа – это телеграм-бот, кризисная горячая линия. Психологи имеют возможность перенаправлять запросы, требующие правовых консультаций, на нашу юридическую службу - работаем в такой полезной связке.

Что касается юридических консультаций, один из самых распространенных запросов - все, что связано с домашним насилием и с социальной защитой, получение статусов разных. Например, статус ребенка, пострадавшего в результате военных действий, статус малоимущей семьи, помощь одиноким мамам. 

- Женщины обращаются к вам по разным вопросам. Какие случаи самые сложные для работы?

- Все, что связано с сексуальным насилием, сексуальными домогательствами, неправомерными действиями полиции или сотрудниками государственных служб.

В нашей команде есть адвокаты, которые специализируются именно по делам, связанным с домашним насилием, - мы ведем и такие дела. Их количество определяется только наличием финансирования, которое мы можем найти. Поэтому находимся в постоянном поиске привлечения частных донатов, донатов от бизнеса, сборов и т.п.

– Планируете вы работать после окончания войны?

– Да, мы планируем продолжать работать уже после окончания полномасштабной войны. У нас готовится к старту обучающая программа для психологов, основанная на опыте нашей психологической службы. Это будет научная программа, которая учитывает специфику обращений именно от женщин-военных и тех вызовов, которыми они сталкиваются.

По юридическому направлению также начнется программа обучения адвокатов по делам домашнего насилия. Идея в том, чтобы передавать имеющийся у нас опыт другим экспертам, - мы видим такую потребность в Украине. 

У нас готовятся программы по восстановлению, ресоциализации и реинтеграции женщин-военнослужащих в гражданскую жизнь. Надеемся, что эти программы заработают как можно быстрее. Это будет означать, что у нас действительно закончилась война и можно полноценно переходить к этапу обновления нашей страны и наших людей.

“Не спрашивайте военных, когда закончится война”

Психолог, сексолог и координатор и психология горячей линии Татьяна Павлова

– Татьяна, во время войны женщины могут обратиться с очень триггерными и болезненными темами, можете рассказать, какие специалисты-психологи готовы с ними работать? 

- Каждый психолог психологической службы “Марша Женщин” закончил магистратуру и имеет квалификации в своем направлении терапии, все психологи прошли повышение квалификации по военной психологии.

– Около трех недель назад вы открыли горячую линию для военнослужащих. Для них у вас отдельная программа? В чем ее специфика? С какими вызовами сталкиваются наши военные, что влияет на их психологическое состояние?

- Для гражданских женщин и для женщин-военнослужащих у нас разные чаты, ведь это и разные профили в работе психолога. Основное, с чем приходят к нам женщины-военнослужащие, это гендерная дискриминация, потери, горевание, усталость, депрессия, апатия.

- Отличаются их запросы от запросов гражданских женщин? Могли бы сформулировать особенности? 

- У женщин-военнослужащих более масштабный запрос, у них есть переживания в отношении гражданской жизни и нет 100% возможности управлять своей жизнью, также ветеранам трудно адаптироваться в гражданской жизни. Однако наша задача помогать каждой женщине в Украине, независимо от того, военная она или гражданская.

– Есть ли у вас военные психологи для работы именно с этой категорией женщин? Расскажите, пожалуйста, об обучении у израильских коллег.

- На гражданской линии работают гражданские психологи, а на военной – психологи, повысившие квалификацию в военной психологии. Мы учились как у израильских коллег, так и в университете Ушинского в Украине. 

Обучение у израильских коллег действительно было очень полезным, однако у нас совершенно разная война и разное восприятие женщин в армии. Поэтому учиться у украинских коллег нам понравилось больше.

– Сейчас очень много говорят о ПТСР. Понятно, что психолог не может поставить такой диагноз, а только психиатр, но может заподозрить его у человека, которому он помогает. Что делают в этих случаях? 

- Кроме психологической помощи, у нас также есть врачи-психиатры, если мы замечаем у человека любое расстройство, мы перенаправляем его к этим врачам.

- Насколько, по вашему мнению, сейчас распространен ПТСР и каковы прогнозы относительно состояний и гражданских женщин, и военных? 

- Никаких прогнозов сделать невозможно, поскольку ПТСР на фоне войны появится только после окончания войны, ведь это ПОСТтравматическое стрессовое расстройство. Мы можем говорить о вариациях ПТСР исключительно как об индивидуальном расстройстве, учитывая обстоятельства жизни наших женщин. Как следствие, их утрат, их действий и т. д.

- Не могли бы вы дать советы для близких – родственников, друзей военных женщин и ветеранок. Должны ли быть какие-то особенности общения с ними? Есть ли вопросы-табу, которые лучше не задавать, о чем можно спрашивать, о чем говорить? 

- Первое правило - это активное слушание. 

Второе - ни в коем случае не говорить что-то вроде ”забудь это”, “главное, что выжила”, “люди всегда умирают” и тому подобное.

Третье - не спрашивать о потерях, тайнах, слухах, не задавать вопросов: когда закончится война, трудно ли воевать.

– Вы предоставляете до 7 консультаций, а что делать, если человеку нужна более продолжительная помощь? 

- Чат кризисной помощи работает 24/7 на принятие заявок. В некоторых случаях мы продолжаем работать с клиенткой и дальше. 

– С какими случаями сложнее всего работать? 

- У каждого психолога, как и у любого человека, есть своя трудная тема. Поэтому, если специалист поймет, что не сможет работать с этой темой, передаст клиента другому специалисту. У нас все психологи максимально разветвлены по запросам, таким образом мы избегаем собственного травмирования и имеем возможность полноценно помогать разным женщинам.

– Легко ли женщинам на войне делиться своими проблемами?

– Женщинам всегда это трудно делать, гражданская она или военная: она человек, у которого есть свои чувства и переживания.

Однако женщины, несмотря на всю тяжесть ситуации, приходят, чтобы сбросить этот груз и пойти дальше. А мы в этом помогаем им.

– Как вы вообще оцениваете психологическое состояние женщин в армии? Насколько военные действия разрушают психику и что можно с этим сделать?

– Любые военные действия разрушают психику, каждый человек разрушается по-своему, и единственное, что можно сделать, чтобы выиграть эту войну, – побеспокоиться о своем ментальном здоровье. Это поможет после победы быстрее и легче вернуться в гражданскую жизнь.