Сопровождаючие скрылись, дети остались... По следам скандала с эвакуацией сирот в Германию

Получает обороты скандал вокруг эвакуации за границу воспитанников столичного Центра социально-психологической реабилитации детей №1. Как утверждает Уполномоченный по правам человека Дмитрий Лубинец, под видом сопровождения детей-сирот и лишенных родительской опеки в Германию выехали военнообязанные родственники киевских чиновников и сразу растворились в заграничных просторах, бросив подопечных.

В сделках омбудсмен подозревает руководство ребцентра и Службы по делам детей и семьи города Киева. Последняя уже сделала официальное заявление, обвинив Дмитрия Лубинца в манипулятивности и недоказуемости приведенных им фактов.

Тем не менее, киевская городская прокуратура сообщила об открытии уголовного производства, пообещав во всем разобраться.

Откровения омбудсмена многих повергли в шок. Как это так: прикрыться детьми и бросить их в чужой стране? По словам Лубинца, в бывшем молодежном лагере города Вупперталь, где разместили сирот, сейчас нет ни одного сопровождающего с нашей стороны, о сиротах заботятся сами немцы. Однако знающие проблему изнутри не видят сенсации. Напротив, говорят, что ситуация типичная. Почему типичная - Коротко про рассказала одна из правозащитниц.

Не все воспитатели были готовы к путешествию

– Вот увидите, об этом поговорят неделю, а то и меньше, и забудут. Поэтому я не хочу комментировать ни пост Дмитрия Лубинца, который мне кажется немного странным, ни действия киевских чиновников, - говорит Екатерина (имя изменено по просьбе собеседницы. – Ред.). – Просто расскажу, что происходило. В Службе по делам детей правы, когда говорят, что в конце февраля – начале марта 2022 года не было ни механизмов, ни опыта эвакуации приютов. Проблема заключалась даже не в том, куда ехать – были контакты, были приглашения. Проблема заключалась в том, с кем отправить детей за границу.

О напоминании о толпах, штурмовавших столичный вокзал и эвакуационные поезда, наша собеседница отвечает, что это был свободный выбор людей.

– Не все работники ребцентров были готовы брать на себя ответственность за путешествие. Кто-то хотел вывезти своих детей, кто-то не мог бросить пожилых родителей, кто-то не хотел покидать мужа или просто боялся ехать неизвестно куда и насколько. Со сторонними лицами нельзя отправлять детей, находящихся под государственной опекой. Только с работниками заведения, получающими поручение на сопровождение. Так что вполне предполагаю, что на должности в центрах тогда могли оформлять и родственников, и знакомых. По прибытии на место они писали заявления об уходе. Есть ли в этом нарушение, пусть решает прокуратура.

За рубежом опекунство решает суд, у нас – чиновники

В комментариях под сообщением Дмитрия Лубинца в фейсбуке люди пишут, что это не единственный случай, когда родственники чиновников пользовались возможностью выбраться из Украины. Подтверждает это и главный исполнительный директор БФ "Фонд будущего" Сергей Кухтин:

– Я лично не раз обращал внимание общественности еще с 2023 года на сотни таких детей, не десятки! На события, которые творились на Сицилии, где в составе воспитателей, которые вывозили детей институционным заведением, были близкие родственники директора "Изумрудного городка" из Донбасса. А уже после вывоза воспитатели мужского пола оставили детей, а сами остались за границей. Большая часть детей не возвращена и по сей день, - написал он в фейсбуке.

Сейчас Сергей занимается судьбой воспитанников Киевского областного центра социально-психологической реабилитации детей «Отчий дом».

- Это около 80 детей, доступ к которым мы также почти потеряли, потому что немецкая сторона не признает украинского опекуна, - констатирует Кухтин.

Эта проблема возникла сразу, как произошла эвакуация сирот. Принимающие страны начали назначать для них своих опекунов, потому что не считали действующими документы, прибывшие из Украины. В Европе судьбы детей, оставшихся без родителей или у них отобранные, решает специальный суд. У нас – чиновники. Где-то назначает опекуна сельсовет, где-то - горисполком или обладминистрация.

- Если за границей предоставляют убежище нашим детям, то должны признать и наши порядки. Этот вопрос давно нужно было согласовать дипломатическим путем, но ничего не сделано. Вот и есть такие ситуации, как с “Отчим домом”, когда украинских воспитателей отодвинули от детей, - объясняет Екатерина.

Три года на работе день и ночь

После сообщения Дмитрия Лубинца общественность взорвалась тревожными вопросами: что происходит с детьми, которые оказались вне украинского контроля, не делают ли их плохо, не стали ли они жертвами черных трансплантологов?..

– Все это пустые эмоции, с детьми ничего плохого не происходит. За исключением того, что они теряют круг украинского общения. В 2022-м мы отправили их с сопровождением, я имею в виду, добросовестных специалистов, а продумали ротацию? Я знаю директора ребцентра из Краматорска, которая два с половиной года сидит в Швейцарии, потому что некому передать детей. За это время в Украине у нее родилось двое внуков, умер муж - вырвалось всего на один день, на похороны. Это только хорошо звучит "в Швейцарии", а на самом деле человек два с половиной года день и ночь на работе.

Правозащитница говорит, что не все выдерживают безвестность. Воспитатели увольняются, едут домой из-за семейных обстоятельств, из-за усталости, просто от тоски.

– В этом скандале меня смущает то, что взрослые снова переживают за себя, за свое реноме. Главная забота – были или не были беглецы - уклонистами, а не дети. Дмитрий Лубинец возмущается тем, что его представителей не пустили в лагерь в Вуппертале. Но ведь это не тот случай, когда достаточно просто постучать в дверь.

Если речь идет об официальной делегации, напоминает Екатерина, визит следует согласовывать через посольство, которое должно обратиться в немецкое министерство по делам семьи, а то - дать приказать заведению принять украинскую группу и показать документы.

- Тогда не было бы вопроса "где дети?" У щепетильных немцев они не исчезают просто так. Если подопечный находится не в центре, то на попечении в семье. И это, может быть, навсегда. Сегодня никто не скажет, когда и как мы будем возвращать своих детей, – вздыхает Екатерина. – Это табуированная тема, из нее не ищут выхода.