Одна страна — две реальности

В условиях войны, когда значительная часть территории находится под оккупацией, названием этой статьи можно охарактеризовать много сфер жизни как здесь (где Украина) и там (где неопределенность). Театр — не исключение. Вторжение россиян в 2014 году на Донбасс и аннексия Крыма разделили театральные коллективы этих земель на тех, кто не предал, и тех, кто сознательно стал коллаборантом.

Из достоверной инсайдерской информации мне давно стало известно, что у театров там сразу после оккупации появились российские кураторы с методичками и ассимиляция с «великой культурой» началась полным ходом, как и мероприятия с нарративами победобесия. Удивляться тут, собственно, нечему, поскольку для ОРДЛО, как и для Крыма, российская пропаганда давно заменила воздух.

После 2014 года я периодически просматривала в Ютубе спектакли оккупированных театров Донбасса обо всех этих низкопробных «юнонах и авось» и иногда думала, стоит или нет писать о театрах там. Если вы это читаете, то мое решение очевидно.

Окончательно убедил меня написать эту статью мощный ракетный обстрел столицы 8 июля этого года. Я живу рядом с «Охматдетом». В тот злосчастный день мой дом ощутил на себе ракетный удар по детской больнице. Звук прилета от работы ПВО я могу отличить с легкостью, как драму от комедии. Поэтому, находясь в хрупком «двустенном бомбоубежище», стараясь успокоить нервы, я искала информацию в телеграм-каналах, где, куда и что прилетело. Руки дрожали, и я случайно открыла канал Донецкого театра имени Бровуна, только что поместившего поздравление с Днем семьи, любви и верности со словами о единстве, милосердии и сочувствии друг к другу. Вряд ли в то время когда большинство мировых СМИ заполонило информационное пространство новостью о циничном обстреле медучреждения с тяжелобольными детьми, там об этом не знали. К этому сообщению они прикрепили нарезку видео, которая начиналась веселым эпизодом из «Мэри Поппинс», а дальше был фрагмент спектакля «Рассказ о счастье» (режиссуры покойного Игоря Славинского, пьеса Анатолия Крыма). С первого раза досмотреть этот маразматический видеоколлаж я не смогла. Однако с первого раза сложила название цикла статей о театральной жизни на оккупированных территориях.

Оккупированный Донецк. 2024 год. Параллельная театральная реальность

До 2014 года в городе-миллионнике театральная жизнь бурлила. Вопреки всем нарративам о притеснениях иноязычных меньшинств, настойчиво звучавшим из зарубежных рупоров, в городе действовал Донецкий национальный академический украинский музыкально-драматический театр почти с 99-процентным украиноязычным репертуаром. Театр был украшением и гордостью города, и большая заслуга в этом принадлежала его многолетнему (1994−2012) руководителю — народному артисту Украины Марку Матвеевичу Бровуну. Этот художник остался в истории театральной Украины достойным примером государственника театрального уровня.

Доживи Марк Матвеевич до 2014 года, и он, вероятно, мог бы стать еще и современным прототипом Тараса Бульбы. Правда, «убивать» пришлось бы родную дочь Наталию Волкову, которой по наследству, еще на поминальном обеде, предложили стать следующим руководителем театра, и которая со времен появления оккупационных войск в Донецке добровольно и радостно согласилась на сотрудничество. Этот факт широко зафиксирован на всевозможных пропагандистских интернет-ресурсах с восхищенными комментариями о долгожданном возвращении домой.

Когнитивный диссонанс в сочетании с утратой идентификации с момента оккупации стали главной движущей силой большинства поступков как руководства, так и всего творческого состава. Поэтому позже театр переименовали. Хотя не театру нужно было менять название. Кому-то, например, можно было переименоваться в Наталию Павловну Морозову, потому что память отца, который настойчиво украинизировал театр (хотя кое-кто из театроведов и утверждает, что не всегда искренне), эта особа предала. Если раньше в названии театра было такое желанное для Марка Матвеевича слово «национальный», то от этого избавились с легкостью, но с одним «но». В разделе об истории театра на сайте оставили упоминание о том, что за достижения 2009 года ему был присвоен статус национального. Не убрали и упоминание о том, что его история связана с такими именами, как Лесь Курбас и Васыль Васылько. Ну и маниакальная любовь руководительницы к наградам оставила одним предложением на сайте информацию о том, что в 2003 году за спектакль «Энеида» И.Котляревского театр стал лауреатом Национальной премии Украины имени Т.Шевченко.

Описывая себя, генеральный директор оставила и упоминание о том, что с 2013 года она является заслуженным деятелем искусств Украины, имеет грамоту от Кабмина Украины и награждена орденом княгини Ольги ІІІ степени.

В длинном перечне наград чего только нет: грамоты, благодарности, письма, победы в городском конкурсе «Трудовая доблесть Донецка» и даже письма-благодарности от министерств Ингушетии и Чечни. Кто-то мыслью богат, а кто-то — наградой. Каждому свое.

14 августа 2024 года в театре провели первое собрание коллектива после летнего отпуска. Кроме планов, стало известно, что коллектив театра пополнился новыми актерами из Алтайского края. Также объявили о продолжении работы по реализации проектов путинского фонда культурных инициатив. На удивление, финансирование театра не сведено к словам «вы там держитесь». Кроме официальных зарплат, работники театра (правда, не все) получают значительно большие суммы, которые российские кураторы передают напрямую не в конверте, а в мешке (без шуток). Материальная база в театре осталась солидная и абсолютно вся — с «дооккупационного» периода. Однако в прошлом году театр получил от «братских» российских театров реквизит, костюмы, зрительские кресла и оборудование для света и звука. Думаете, новое закупили? Секонд-хендом поделились, но благодарность за поддержку звучит до сих пор.

Новый сезон театр открывает в октябре. Текущий репертуар — просто калька с многих российских театров. Тут все серо и грустно, до непристойности. За что боролись, такой и результат.

Театр очень гордится тем, что 26 августа этого года покажет «в самой Москве» (основная сцена, Театр Наций) патриотическую оперу-драму «Le prince Andrе. Князь Андрей Болконский». Чем бы ни радовались, лишь бы…

Кстати, плакаты в театре очень любят на разных мероприятиях, связанных с военной тематикой: конкурсе-фестивале «Огни Кремлевской Москвы», благотворительной акции «Zа Победу!», во время участия в, конечно же, военно-патриотическом фестивале «Автомат и гитара», в мае этого года на вручении медали «За освобождение Мариуполя» на территории завода «Азовсталь». Перечень достаточно большой.

Театр остается верен поддержке сепаратистской группировки, которая нынче в Донецке называет себя властью. На сайте заведения культуры как подтверждение, что товарищи идут верной дорогой, содержится раздел «Противодействие экстремистской деятельности». Есть там закон с понятиями, подписанный коллаборантом Захарченко, информационные материалы о том, кто такой экстремист и «растущая личность» (извините, даже не знаю, что это значит). Семь пунктов, которые описывают, кто такой экстремист, честно скажу, звучат как «автобиографическая» характеристика театра. И это еще не все. На театральном сайте, там же, содержится перечень ликвидированных и запрещенных организаций. УПА, ОУН, «Свобода», «Правый сектор» и Корчинский, даже «Радикальная партия Олега Ляшко» — мне понятно, почему они там. А вот Свидетелей Иеговы за что?!

И пока там разбираются с невинными религиозными организациями, у нас буквально несколько дней назад президент внес законопроект о лишении государственных наград за популяризацию или пропаганду государства-агрессора или совершение других противоправных действий против Украины.

В первые годы оккупации Донецка театр Бровуна решил убрать слово «Украины» в званиях. Вот и вышло «заслуженный артист» и «народный артист», но чего, непонятно. Со временем в ОРДЛО появились звания «заслуженный» и «народный», каждое — с приставкой из трех букв. Поэтому Украину вернули. Кстати, на такие маневры с названием кураторы не отреагировали. Наверное, это еще не прописано в методичке.

Вот, например, еще двое заслуженных популяризаторов и пропагандистов России в Донецке, которые тоже отмечают свои украинские звания под фото.

Если по некоторым техническим или другим причинам СНБО не сможет найти информацию о директоре и ее команде в открытом доступе, прошу на сайт «Миротворец».

Так наша страна и дальше существует в двух реальностях, когда откровенные театральные сепаратисты имеют звание, а актеры, которые служат, волонтерят, закрывают сборы и просто поддерживают творчеством психическое здоровье зрителей, не имеют возможности даже надеяться, что когда-то им это звание присвоят.

Каждый раз, когда я читаю о сепаратистском искусстве, у меня возникает вопрос: вернем мы Донбасс — и как дальше жить вместе с этими сепаратистами? Как их простить? На самом деле все просто. Методичка прощения давно прописана в Уголовном и Уголовном процессуальном кодексах Украины. И еще, думаю, в деоккупированном Донецком театре имени Бровуна сепаратистов не останется, ведь при первой же угрозе они все сбегут на «историческую Родину» — за поребрик. Так что и здесь нужно сохранять спокойствие.

Напоследок почти спойлер. В Донецке есть не только театр имени Бровуна, но еще и оперный, и другие... Как думаете, есть там деятели, которые до сих пор отмечают свои украинские «заслуженные» и «народные» звания?