Теневой сектор во время войны: спасение бизнеса или воровство и мародерство?

Война обходится Украине слишком дорого, денег в бюджете катастрофически не хватает. Для того чтобы наполнить казну, в правительстве не придумали ничего лучше, чем поднять налоги. Предсказуемо, что легальный бизнес высказался категорически против. Ведь это означает увеличение фискальной нагрузки на тех, кто и так платит “по полной программе”, в то время как теневой сектор снова останется в стороне. 

Но детенизация - процесс долгий и непростой, а деньги нужны уже сейчас. К тому же экономисты не раз говорили о том, что именно "тень" помогла бизнесу выжить во время войны. Так что же сегодня для экономики более приемлемо - повышение налогов или детенизация?

Вопрос выживания

Теневой сектор экономики - это негативное, но в то же время вполне привычное для украинцев явление.

- Нерегулируемый сектор экономики стал опорой всей жизнедеятельности общества, - считает Владислав Банков. - Это и бабушки, продающие зелень или цветы с тротуара, и соседи, присматривающие за чужими детьми, и знакомые, которые привезли картошку с дачи. Эти люди подрывают возможности бюрократов жить красиво, но именно этот сектор действительно стал опорой страны в тяжелые времена.

Теневая экономика в кризис и войну является основой выживания домохозяйств, добавляет аналитик Даниил Монин. Кроме того, по факту даже с теневых доходов страна получает налоги, например, в виде НДС, когда люди со своими деньгами идут в магазин. Так что каждый, кто сегодня живет в Украине, - это актив экономики.

Аналитик Алексей Кущ соглашается: "тень" - это “буфер”, который сбрасывает административное и фискальное давление. Правда, уточняет эксперт, у нас теневая экономика давно превысила даже “военные нормы”. Если во время войны оптимальный размер “тени” должен составлять не более 15%, то у нас он, по официальным данным, порядка 40%, а в реальности - более половины.

- Общая политика не содействует снижению этого уровня, поскольку теперь у нас каждый субъект экономики является не только налоговым агентом, но еще и агентом процесса мобилизации, - пояснил Алексей Кущ. 

“Никто не хочет платить налоги”

В Украине часто говорят о том, что неуплате налогов в том числе способствует и тот факт, что наши налогоплательщики не имеют возможности ни на что влиять. С одной стороны - постоянно растущий чиновничий аппарат, забронированный от мобилизации, с другой - чуть ли не ежедневные большие и малые коррупционные скандалы. 

Впрочем, по словам Алексея Куща, это не причина, а, скорее, оправдание - как перед обществом, так и перед самим собой. 

- На самом деле никто и нигде не хочет платить налоги - ни в Сингапуре, ни в США, ни в Европе, - отметил Алексей Кущ в беседе с Коротко про. - Налоги платят только в том случае, если, кроме системы контроля, есть еще и система поощрения - людям надо постоянно демонстрировать, что платить налоги выгодно. И, конечно, необходима неизбирательность правосудия, то есть наказывать нужно и тех, кто не уплатил 1000 долларов, и тех, кто не уплатил миллиард. 

Детенизация или повышение налогов?

Обсуждая вопрос, что для украинской экономики сегодня предпочтительнее - повышать налоги или детенизироваться, экономисты к консенсусу не пришли. 

По словам президента Украинского аналитического центра Александра Охрименко, с начала войны "тень" очень выросла. Фактически власти закрыли глаза на контрабанду, фальсификаты, и теневая экономика сработала очень оперативно. Эксперт обращает внимание, что в Украине сейчас нет проблем с дефицитом, и это не в последнюю очередь именно благодаря теневому бизнесу. Например, 40% бензина на украинском рынке - это контрабанда, но, говорит Охрименко, если этой контрабанды не будет, в стране будет на 40% меньше бензина. То есть, подытожил экономист, сегодня заниматься детенизацией не стоит, она во время войны серьезно выручает. 

- На самом деле победить теневую экономику несложно - для этого надо ликвидировать упрощенцев, - отметил Александр Охрименко в беседе с Коротко про. - И с политической, и с экономической точек зрения это сейчас нереально, поскольку грозит социальным взрывом. Но у нас есть программа вступления в ЕС, где четко прописано как будет трансформироваться упрощенная система налогообложения до 2027 года. Вот после этого и упрощенки не будет, и тень существенно уменьшится.

Экономист Олег Пендзин подчеркивает, что на обеспечение и зарплаты военным стране нужно где-то брать деньги. И то, что теневой бизнес не платит налоги, означает, что он ничего не вкладывает в сохранение независимости страны. 

В свою очередь, Владислав Банков считает, что все же масштабы теневой экономики слишком преувеличены. И на самом деле, размеры “тени” таковы, что попытки администрирования и последующего налогообложения могут обойтись гораздо дороже предполагаемых дополнительных доходов, не говоря о фактически полученных.

По мнению Алексея Куща, в рамках нынешней политики выведение экономики из тени - это утопия. Но и рост налогов на труд эксперт не приветствует. По его словам, говорить об увеличении налогов можно, если речь идет о ренте, налогах для аграрных ФПГ и зернотрейдеров, акцизах и возмещении НДС экспортерам сырья.

- Детенизировать государство может разве что само себя, власти стоит начать со своих “схем” в сегментах вроде сигарет, алкоголя и т.д., - отметил в комментарии Коротко про Даниил Монин. - На сегодня детенизация никакого эффекта не дает, а цифры увеличения доходов в бюджет зачастую объясняются совершенно иными факторами: ростом инфляции, большим импортом, задержкой возмещения НДС. 

Аналитик убежден, что повышать налоги категорически нельзя ни в войну, ни в мирное время. Более того: после войны их нужно снизить.

“Не теневая экономика, а воровство”

Владислав Банков говорит, что и детенизация, и рост налогов приведут к снижению потребления в стране, поэтому предпочтительнее выбрать третий вариант - снижать расходы государства.

- В теории сокращение госрасходов действительно может дать некий эффект, если за счет этого сокращаются налоговые изъятия из экономики, при этом бизнес и население увеличивают внутреннее потребление и инвестиции, - говорит Алексей Кущ. - Но мы же знаем, что этого не будет: налоги не снизят, а экономию бизнес и население переведут либо в доллар, либо в покупку импортных товаров. 

По мнению эксперта, сегодня сокращение госрасходов Украине не подходит, поскольку их основная часть, кроме сектора обороны, это социальные трансферты - пенсии, зарплаты. Если их сократить, платежеспособный спрос населения обвалится, а вместе с ним - секторы торговли и услуг, которые еще как-то держатся на факторе социальных госрасходов. Как следствие - обвал ВВП.

- Украинскому правительству нужно работать над мультипликатором госрасходов и акселератором роста ВВП: одна гривна госрасходов должна давать 5 гривен дополнительного ВВП, а эти пять гривен - 1,5 грн новых налоговых поступлений.

Затем, новые 1,5 грн госрасходов дадут 7 грн дополнительного ВВП и более 2 грн новых налогов. Это должна быть самовозобновляемая, циркуляционная модель роста, в которой госрасходы - это создание новых денег в экономике в виде социальных платежей населению и государственных заказов бизнесу, - отмечает Кущ. 

То есть, подытожил эксперт, нужно не снижать госрасходы, а увеличивать их эффективность, прозрачность, подотчетность, снижать уровень коррупции.

Экономист Александр Гаврутенко считает, что для начало было бы полезно вообще искоренить из обихода термин "теневая экономика" как нечто полулегальное и требующее таких же полумер.

- Есть гораздо более подходящие термины: воровство, мошенничество, коррупция, а во время войны это еще и мародерство, - отметил экономист в беседе с Коротко про. - И выживают такие "бизнесы" за счет гибели других людей и, в конечном итоге, за счет гибели государства. В мирное время это не так очевидно, и тогда можно играться с потаканием, амнистиями, другими дискриминационными мерами в отношении честного бизнеса. Но война требует жертв от каждого, и самое меньшее, на что нужно всем отважиться, это на честность. Это и есть то окно возможностей, где у страны появляется шанс стать эффективным обществом, которое и победит, и станет впоследствии процветающим. Звучит как лозунг, но это стартовая позиция, которая должна быть в основе всех управленческих решений этой проблемы.