"Плыл с температурой 38,2": какая неприятность случилась с украинским чемпионом на Олимпиаде и говорил ли он с соперниками о войне

Действующий чемпион Европы по плаванию на 200 метров на спине Александр Желтяков ехал на Олимпиаду-2024, чтобы сражаться за награды Парижа, но вместо этого получил температуру 38,2 и не пробился даже в финал. При этом у 18-летнего спортсмена из Днепра даже не было мысли сняться с соревнований, он пытался выкладываться из последних сил.

В разговоре с OBOZ.UA чемпион мира среди юниоров на двух дистанциях на спине рассказал, почему решил не идти на открытие своих первых Игр, откуда, по его мнению, взялась коварная болезнь, разговаривает ли он с соперниками о войне в Украине и не страшно ли тренироваться в Днепр.

– Основные старты в этом году уже позади, чем довольны, чем нет? Болезнью на Олимпиаде, которая помешала вам выступить на полную силу, пожалуй, точно нет?

– Да, болезнью не доволен, но это только оправдание, потому что, возможно, можно было бы плыть и лучше, но как получилось. Эта болезнь больше сработала как тормоз для меня. Как-то так. В общем, выступление в сезоне считаю средним, потому что Олимпийские игры должны были идти по другому сценарию, но уже как есть.

– А как должны идти Игры по Вашему плану?

– По моему плану, должен быть как минимум финал, потому что я заходил с пятым-четвертым результатом в сезоне, и должен был добраться минимум финала, а там уже как было бы. А случилось так, что даже без полуфинала, это уже просто нет слов.

– Что на самом деле случилось и почему сильно пострадала именно команда пловцов, которая была самой мощной за последние 10–15 лет? Хотя я общалась с легкоатлетами и там тоже болели, у них была температура за 38. Как все началось?

– Возможно, это началось с кого-то из других команд в Олимпийской деревне, потому что мы с Владом Буховым даже не пошли на открытие Игр, ведь оно проходило под дождем, и мы не хотели заболеть. А на следующий день – заболели: у меня температура 38, как и у Влада, кашель, насморк. Что делать? А мы никуда даже не выходили, кроме как поесть. Для нас это был шок. А как болезнь пришла в тот поселок, я не знаю.

– Не было мысли сниматься еще до заплыва?

– Нет, такого мысли даже не было. Надо было плыть уже хоть как-то. Это гораздо лучше, чем совсем не стартовать. Даже если я первую свою дистанцию в Париже – 100 метров на спине – плыл с температурой 38,2. И это нужно было сделать, потому что если бы я не стартовал и не соревновался, мне было бы гораздо хуже. И так было тяжело, а без борьбы вообще было бы что-то невероятное.

– Чувствовали, как плывете, удивились ли, когда увидели результат? Несмотря на температуру, была ли надежда выступить лучше?

– Ну, надежда должна быть всегда. А вот о результате... Я, как всегда, просто плыл, а там уже – как было бы. Но вместе с тем считал, что результат будет лучше, особенно на 200-метровке на спине. Но когда проплыл и посмотрел на табло, то это было не самое плохое из того, что могло быть, но даже не среднее из того, что нужно было делать для утреннего заплыва.

– На Олимпиаде смогла посетить полуфинал Влада Бухова и видела, как его потом поддерживали и успокаивали конкуренты, в частности, кажется, из Австралии и Британии. А какие у Вас отношения с соперниками? Пытались ли они поддержать Вас в Париже?

– Все было так же, как у Влада, я с поляком очень хорошо общаюсь, есть ребята из Греции, из Великобритании. Мы друг друга как-то поддерживаем, потому что у плавания это, возможно, как-то по-другому, но даже до заплывов мы все хорошо общаемся между собой, только когда выходим на дорожки, становимся соперниками, но после дистанции друг друга также поддерживаем. И если кто плохо проплыл, мы говорим, что такое бывает, это спорт, не все могут выигрывать всегда и даже находиться в хорошей форме.

– Сейчас, уже после 2,5 лет полномасштабной войны в Украине, преимущественно о чем разговариваете с соперниками в соревнованиях? Часто возникает эта тема, тем более, что Вы Днепра?

– Всегда спрашивают те, кто знает, где я, как я тренируюсь, что я нахожусь в Украине. Такие люди интересуются на каждом турнире, как и что. Но это более чем текущая тема, потому что все равно это соревнование, и даже мне говорить им лишний раз и нагружать, не сильно хочется. Но когда даю интервью, то всегда рассказываю о войне и ситуации в Украине.

– Что вообще запомнилось с Олимпиады?

– Ничего, поскольку мы даже нигде не ходили, кроме мэрии Парижа, где я был с нашей командой. А так ничего не запомнилось, потому что я заболел в первые дни и думал только о том, как вылечиться и как преодолеть дистанцию.

– Что потом сказали родители? Как успокаивали? Ведь на Олимпиаду Вы ехали в хорошей форме.

– Родители? Ничего, они у меня все понимают. Я им сказал, что так и так. И если я стараюсь меньше огорчаться, то почему они должны огорчаться больше, чем я?

– Потому что они – родители.

– Да, и я знаю, что мама у меня очень расстроилась, она мне не говорит, но я знаю. Но все равно это спорт, и это нормально. Следующие соревнования, следующий сезон будут гораздо лучше, я надеюсь. Я буду работать и все.

– А в этом году еще что-то планируете?

– Да, вот в декабре будет Чемпионат мира по короткой воде. Посмотрим, как там будет, потому что короткая вода – это не мое. У нас в Украине много бассейнов 25 метров, но я совсем в них не тренируюсь. У меня в Днепре 50 метров олимпийский бассейн, поэтому мне гораздо труднее выходить на короткую воду, чем в 50-метровый бассейн. Но посмотрим, я буду готовиться и думаю, что все будет хорошо.

– А тренироваться собираетесь в Днепре? Потому что фронт понемногу ползет в Вашу сторону и россияне усилили обстрелы украинских городов?

– Да, в Днепре буду первые два месяца сезона, а уже, может, в ноябре мы выйдем на соревнования в Польше, там останемся на неделю или две, я не помню. А потом уже запланирован Чемпионат мира.

– А есть ли сейчас возможность нормально тренироваться в Днепре?

– Посмотрим, как это будет. Я уже находился в бассейне, когда происходили обстрелы. При этом два раза из трех, а мой бассейн уже трижды попадал под удар. Один раз мы были прямо на тренировке с командой, а во второй раз – в отеле. Поэтому я к этому всему отношусь немного по-другому.

Но если будет плохо, мы будем уезжать в Киев или еще куда-нибудь, а там уже будем смотреть, как складывается ситуация.

Ранее OBOZ.UA сообщал, что пловец из Мариуполя отказался от фото рядом с россиянином на награждении Паралимпиады-2024.

Только