«Курская аномалия» Путина

Ожидание, сдерживание, рутинизация.

Такую тактику выбрал Кремль в отношении «курской буферной зоны» — контролируемой Вооруженными силами Украины части российской территории.

При отсутствии достаточных резервов, в Москве рассчитывают на то, что украинские войска сами покинут Курщину из-за отсутствия у Киева необходимых сил и под воздействием ситуации на фронте на Донбассе. Поэтому российское командование бросает все силы на покровское и кураховское направления, постепенно оттесняя наши войска, в то время как на курском направлении россияне окапываются, ожидая, что украинские войска пробудут в Курской области не больше нескольких месяцев.

Обыденность «курской буферной зоны»

Оправившись от растерянности и шока, которые Кремль испытал в первые дни «курской ситуации», сегодня политико-военное руководство РФ воспряло духом, а сам российский президент демонстрирует на публику уверенность. Да и зачем волноваться, если в президентском кабинете в Сенатском дворце ощущают вкус победы? Курская операция ВСУ не ослабила власть Путина и не дестабилизировала ситуацию в России, не привела к политическим протестам населения и бунту элиты.

Безусловно, репутации кремлевского мачо нанесен ущерб, и его рейтинг несколько просел после того, как украинские войска вошли на российскую территорию. Так, по данным ВЦИОМ, в период с 19 по 25 августа уровень одобрения деятельности Путина упал на 4,7% по сравнению с началом августа и составил 72,4%. Упал и уровень доверия к нему, хоть и не так сильно. Это рекордное падение рейтинга Путина с 24 февраля 2022 года. И такие результаты не могут не тревожить администрацию президента РФ.

Впрочем, похоже, что в Кремле рассматривают нынешнее падение рейтинга Путина как явление временное. По данным ВЦИОМ, с начала полномасштабного вторжения РФ в Украину показатель одобрения работы российского президента опускался ниже 77–78% дважды: осенью 2022 года — зимой 2023 года на фоне проведения частичной мобилизации и летом-осенью 2023 года после мятежа Евгения Пригожина. Спустя какое-то время уровень одобрения деятельности Путина и доверия к нему вернулись к прежним показателям.

Стремясь снизить эффект от операции ВСУ и демонстрации уязвимости, сейчас кремлевская пропаганда делает вид, что ничего особенного не происходит, рутинизируя пребывание украинских солдат на Курщине и приуменьшая значение «курской аномалии». Демонстрируя обыденность ситуации, Путин и предпринял поездки не только на Северный Кавказ, но и визиты в Азербайджан и Монголию. В общем, Кремль пытается сделать так, чтобы российские граждане не воспринимали всерьез наступление ВСУ в Курской области.

Пока эта технология работает, поскольку российскому обществу безразличны не только бомбардировки украинских городов и убийства украинцев, но и обстрелы российскими военными российских городов и гибель своих же граждан в Курской области.

Обратной стороной этого стратегии Кремля является то, что, к огромному возмущению Z-блогеров, россияне не спешат сплачиваться вокруг власти в священной войне против «украинских агрессоров», о чем и свидетельствует падение рейтингов Путина и «Единой России» в последний месяц. (Впрочем, по данным исследования оппозиционного российского интернет-издания «Верстки», в Москве число желающих заключить контракт с Минобороны выросло в два раза после атаки ВСУ в Курской области.)

Как показывает опрос «Левада-Центр», российское общество в основном не винит российскую власть в нападении на Курскую область, большинство россиян поддерживают «специальную военную операцию» в Украине, хотя и число сторонников переговоров больше, чем число сторонников продолжения войны. Да и отчего бы им не поддерживать «СВО», если российские граждане, в массе своей проживающие в нищей провинции, извлекают выгоду от войны с Украиной, заключая финансово привлекательные контракты с МО, получая «гробовые» и высокую зарплату на предприятиях ВПК?

Столь высокие, как сегодня, темпы роста доходов и зарплат в российской экономике наблюдались прежде лишь в 2006–2008 годах. При этом российские аналитики связывают нынешний рост доходов не с фронтальным подъемом экономики, а с интенсивным ростом отдельных отраслей (прежде всего в сфере ВПК), простимулированных расширенными государственными расходами, и с перераспределением ресурсов от работодателей к работникам, что стало следствием острого дефицита на рынке труда.

Но хотя в России растет деловая активность, а у населения — экономический оптимизм, у россиян одновременно увеличивается тревожность и беспокойство по поводу собственного будущего и безопасности. Тревогу бьют и российские экономисты и финансисты, в том числе и глава ЦБ Эльвира Набиуллина: российская экономика работает на пределе своих возможностей. Конечно, адаптировавшись к санкциям, она перешла на военные рельсы и показывает рост. Но низкая безработица, высокие темпы роста ВВП, инфляции и цен — это признаки перегрева экономики. А это грозит России стагфляцией.

Но эта перспектива — не ближайшего дня. Пока же Кремль, сделав ставку на долгую войну, полагает, что Россия выиграет в войне с Украиной на истощение.

«Никто ничего не ждет и ни на что не надеется…»

Сама же «курская операция» в очередной раз продемонстрировала миру слабые места Кремля. В том числе показав ограниченные управленческие ресурсы России и традиционный административный хаос в момент кризиса, когда нет активных действий ни со стороны региональных властей, ни со стороны президента. В этой ситуации Путин сохранил традиционную для себя модель поведения во время кризиса, самоустранившись от разрешения проблемы.

Пытаясь нивелировать значение «курской аномалии», Кремль объявил в приграничных областях «контртеррористическую операцию», тем самым назначив ФСБ формально ответственной за борьбу с «бандеровцами». Одновременно был создан координационный совет по защите приграничных территорий, который возглавил министр обороны Андрей Белоусов. Российские эксперты охарактеризовали этот совет как «своего рода надстройку над уже имеющимися структурами, задействованными в ликвидации Курского излома».

Управленческую чехарду еще более запутывает статус в «КТО» бывшего охранника Путина, а ныне помощника президента и секретаря Государственного совета Алексея Дюмина. После того как Дюмин принял участие в совещании глав силовых ведомств по поводу Курской области у Владимира Путина, Z-блогеры написали о том, что президентский помощник назначен «координатором действий российской армии в Курской области», «командующим северным направлением». При этом никаких указов о новом назначении Дюмина не было.

Вполне возможно, что пользующийся доверием Путина Дюмин, несколько месяцев назад введенный в процесс обмена военнопленными, просто стал представителем президента в зоне «КТО». Во всяком случае, журналист российского интернет-издания «Медуза» Андрей Перцев полагает, что «посты о новой «миссии» Дюмина выглядят частью медиастратегии самого Дюмина», и не исключает, что Путин мог поручить своему помощнику наладить взаимодействие гражданских и силовиков.  

Эксперт Центра изучения России и Евразии Фонда Карнеги Татьяна Становая в своем комментарии относительно украинской операции в Курской области отмечает: «Отношение элит к происходящему тоже предсказуемо: мало у кого есть иллюзии по поводу эффективности лидерства Путина (в плане, что власти «проморгали» такое наступление), никто не удивляется секретности принятия решений и морально готов к любым дальнейшим сюрпризам. Никто ничего не ждет и ни на что не надеется».

Но сюрпризов пока нет.

Хотя силовиками и проводится чистка Минобороны от генералов из окружения бывшего министра Сергея Шойгу, тем не менее, на месте пока остается начальник Генштаба Валерий Герасимов. Однако после курской операции ВСУ и провала российской обороны его дальнейшее пребывание на должности начальника Генштаба встало под вопрос, — фигура Герасимова вызывает возмущение и у турбопатриотов, и у части российской элиты, которых злит кадровый консерватизм Путина, не спешащего принимать серьезные решения.

Российские эксперты отмечают, что отсутствие быстрых и глобальных кадровых обновлений зачастую мешает эффективному функционированию российской бюрократической системы. Но кадровые решения Путина также показывают, что при назначении на ключевые позиции он делает ставку на людей из «ближнего круга» и их членов семьи, а также собственных родственников и бывших сотрудников его личной охраны. (Так, двоюродная племянница Путина Анна Цивилева была вначале назначена замминистра обороны, а после повышена до статс-секретаря.)

Стабильность режима пока еще достаточна высока: элита вынужденно объединилась вокруг Путина после 24 февраля 2022 года. Конфликты между кремлевскими башнями, представителями разных групп влияния (как, например, между Алексеем Дюминым и первым замглавы АП Сергеем Кириенко) не оказывают критического воздействия на саму систему. А недовольство кадровыми, управленческими, военно-политическими решениями президента РФ пока не выливается в нечто большее.

Путин все так же контролирует свое окружение, стоя над схватками между различными группами влияния.

Но со временем конкуренция усиливается, а конфликты ужесточаются. Можно предположить, что увеличение числа непредвиденных для Кремля ситуаций (например, успехи украинской армии на Донбассе и международно признанной территории РФ) повысят возможность раскола в окружении Путина и народных протестов. Естественно, вероятность такого развития событий резко возрастет тогда, когда российская экономика начнет переживать по-настоящему тяжелые времена, а федеральный бюджет будет испытывать большой дефицит.