Как режим Путина перестал бояться Telegram и полюбил его

Мессенджер стал не только местом, где можно найти детскую порнографию и наркотики, но и превратился в удобный инструмент для власти. Когда-то Кремль добивался блокировки Telegram, но потом, напротив, стал заботиться о его репутации как независимой площадки, узнал Центр «Досье». Там изучили отчеты сотрудников и подрядчиков команды главы администрации президента РФ Сергея Кириенко и выяснили, какие каналы контролировала АП, во сколько они обходились и как ведомство конкурировало с сетками пропагандистки Маргариты Симоньян.

Администрация мессенджера неоднократно выполняла цензурные требования авторитарных властей. Одной из причин может быть уязвимость разработчиков: как выяснил Центр «Досье», большая часть команды Telegram жила или регулярно бывала в России вплоть до февраля 2022 года, а некоторые остаются там до сих пор. Сам мессенджер далеко не так безопасен, как считают рядовые пользователи. Зато относительная анонимность позволяет российским спецслужбам использовать его для диверсий в Европе и Украине, не опасаясь последствий.  

Центр «Досье» рассказывает, как Telegram стал инструментом пропаганды Кремля и даже диверсий спецслужб, и разбирается, так ли мессенджер безопасен для обычных пользователей.

«Telegram дает возможность террористам конспиративного общения, начиная от вербовки и обучения исполнителя, в том числе создания так называемых закрытых „спящих ячеек“… Некоторые закрытые группы насчитывают до 45 тысяч человек. А это значит, что в любой момент после получения условного сигнала они готовы выдвинуться в любую точку. И совсем не с мирными намерениями».

Такую тревожную картину описывал летом 2017 года Первый канал. Это было началом информационной атаки ФСБ на Telegram. В силу вот-вот должен был вступить «закон Яровой», и спецслужба добивалась от мессенджера передачи ключей шифрования, которые позволили бы ей получить доступ к перепискам пользователей. Кульминацией противостояния между Telegram и российскими властями стала блокировка мессенджера весной 2018 года. Впрочем, она оказалась неэффективной и продлилась всего два года.

Вскоре мнение властей о мессенджере кардинально изменилось.

27 февраля 2022 года — через три дня после нападения России на Украину — на стол начальнику управления президента РФ по общественным проектам Сергею Новикову лег документ под названием «Контрполитика телеграм» (как показывает анализ документов Новикова, значительное число отчетов и предложений для него составляют многочисленные внешние подрядчики). В нем авторы рассуждали о том, как противостоять антивоенным публикациям в соцсетях. Риторика записки вряд ли станет для кого-то сюрпризом: независимые СМИ вроде «Дождя» и Doxa в ней называли вражеской пропагандой, обнаруживали «неожиданного спящего агента» в портале о рэпе The Flow, выступившем против войны, и анализировали «антироссийскую риторику» различных оппозиционных деятелей — от Леонида Волкова до Алексея Венедиктова.

Есть в документе и более неожиданный раздел. Рассматривая варианты решения проблемы, авторы плана для администрации президента проявляли удивительную заботу о репутации руководства Telegram.

«На данный момент блокировка проукраинских каналов представляется рискованной ввиду дискредитации администрации сервиса Telegram, который в глазах общественности станет ассоциироваться с пророссийской позицией на площадке», — гласит записка.

Политтехнологи предлагали блокировать такие каналы по формальным причинам (например, из-за распространения непроверенной информации или призывов к насилию) только для российских IP-адресов.

Также обсуждалась блокировка пророссийских каналов, в том числе либеральной направленности. Что имелось в виду под «пророссийскими каналами», в документе не говорится, но подобную блокировку авторы сочли опасной, поскольку она среди прочего могла привести к «оттоку аудитории на менее контролируемые площадки, например чаты WhatsApp».

Как именно в администрации президента контролировали Telegram и почему считали, что могут добиться от него нужных действий, доподлинно не известно, но имидж платформы был одним из приоритетов анализа. В том же документе предлагался компромиссный план действий относительно мессенджера. Его целью, подчеркивается в записке, опять же было «исключить обвинения в предвзятости со стороны администрации сети». План состоял из трех пунктов:

«1.  Выпуск от лица администрации площадки предупреждения по поводу активного распространения недостоверной информации и экстремистского/шокирующего контента без привязки к какой-либо из сторон.

2. Бан наиболее одиозных каналов, распространяющих призывы к насилию/шок-контент и т. п.

3. Введение метки от лица администрации площадки «официальный канал украинских/российских прогосударственных СМИ», «канал может быть ассоциирован с украинскими/российскими властями» и т. п. При этом подчеркнуть, что такие каналы не блокируются и не цензурируются, аудитория соцсети вольна сама решать, насколько доверять подобной информации».

Документ, судя по метаданным, был составлен вечером 26 февраля 2022 года и попал к Сергею Новикову ранним утром следующего дня. В тот же день Павел Дуров опубликовал заявление:

«Telegram-каналы все чаще становятся источником непроверенной информации, связанной с украинскими событиями. <…> Призываю пользователей из России и Украины с сомнением относиться к любым данным, которые распространяются в Telegram в данное время».

Предприниматель заявил, что в случае эскалации администрация платформы рассмотрит возможность частичной или полной блокировки телеграм-каналов в Украине и России. Уже через 40 минут он добавил, что по просьбам пользователей каналы отключать не будут, и снова призвал «перепроверять и не принимать на веру данные, которые публикуются в Telegram-каналах в этот непростой период».

Это совпадение, конечно, не доказывает контроля администрации президента над мессенджером и связи Павла Дурова с российскими властями. Но записка политтехнологов АП иллюстрирует отношение к Telegram во власти — как к особенной платформе, на которой Кремль и спецслужбы чувствуют себя как минимум вольготно. Началось это не вчера.

Телега на Старой площади

В конце ноября 2018 года начальник управления президента по внутренней политике (УВП) Андрей Ярин составил справку с планом противостояния «Футляру от виолончели» — известному телеграм-каналу, у которого на тот момент было больше 270 тысяч подписчиков (план имеется в распоряжении «Досье»). ​​«Футляр от виолончели» регулярно критиковал власть и чиновников: как впоследствии рассказывали люди из пиар-среды, администраторы канала торговали блоками на негатив и раздражали многих представителей элит.

В документе Ярин пытался найти владельцев телеграм-канала — по его мнению, он был связан с сайтом Rospress, который был оформлен на номинальную руководительницу. Для противодействия изданию предлагалось изучить ее связи, а после выявления причастных — надавить и выкупить контроль над каналом. Также Ярин предлагал разработать план по техническому захвату канала без участия конечных бенефициаров. Ответственным за операцию был назначен замначальника управления УВП Тимур Прокопенко.

По слухам, год спустя канал действительно попытались выкупить представители администрации президента. Источник «Медузы», знакомый с одним из потенциальных покупателей, рассказал:

«Перед Новым [2020-м] годом они [администраторы канала „Футляр для виолончели“] активно искали покупателя и что-то у них горело. В результате Кремль не согласился на их предложение и они пошли искать дальше. Якобы сделка должна была завершиться к январю [2020 года], и потом они планировали вернуться к работе, но уже другим составом».

В конце января 2020 года канал внезапно перестал обновляться. СМИ писали, что к администраторам с обысками пришла ФСБ, а сам канал купили за два миллиона долларов. Так это или нет, неизвестно, но новых публикаций в «Футляре» с тех пор так и не появилось. Ясно одно: к тому времени администрация президента видела в неподконтрольных каналах серьезную угрозу.

План Андрея Ярина по давлению на «Футляр от виолончели» // «Центр «Досье»

Павел Дуров запустил Telegram в 2013 году — незадолго до того, как лишился своей доли во «ВКонтакте». Мессенджер с самого начала позиционировался как безопасный и независимый, но по функциональности мало чем отличался от аналогов. Все изменилось спустя два года, когда в нем появились каналы. Главная российская площадка для блогов — «Живой журнал» — на тот момент была почти мертва, Facebook имел крайне низкую популярность и непонятные алгоритмы, а в Twitter действовало ограничение символов.

Так что журналисты, активисты, политологи и инсайдеры охотно начали заводить телеграм-каналы. Вскоре в мессенджере хаотично возникло множество блогов — авторских и анонимных. Некоторые из них по аудитории соревновались с федеральными СМИ. Разумеется, администрация президента, контролирующая каждый шаг традиционных медиа, не могла остаться в стороне от нового явления — и потратила много усилий, чтобы взять телеграм-среду под свое крыло.

Уже в 2016 году в АП перераспределили полномочия в сфере кураторства СМИ. Как писал РБК, за первым замруководителя АП Алексеем Громовым были закреплены все традиционные СМИ — федеральные телеканалы, информагентства, радиостанции и печатные издания, — а Сергей Кириенко был назначен курировать интернет-медиа и социальные сети.

В 2017 году газета «Ведомости» рассказывала, что сотрудники ФСБ, Минобороны и МВД мониторят телеграм-каналы, а в МИДе уточнили, что «все заслуживающие внимания сообщения докладываются руководству министерства». Между 2016 и 2017 годами администрация президента выделила первые деньги на экспансию в Telegram. Издание «Проект» писало, что чиновники, ответственные за Telegram, запросили для этого несколько сотен миллионов рублей. В 2018 году во время президентских выборов один из наиболее популярных политических телеграм-каналов «Незыгарь» весь день публиковал сообщения о высокой явке на выборах.

Тот же канал размещал и громкие посты о том, что Сергей Собянин работает на Запад. Согласно «Проекту», эти публикации могли быть инициированы кремлевскими чиновниками, которые сочли, что за излишнюю публичность и самостоятельность Собянин нуждается в «одергивании». Одновременно Сергей Кириенко стал куратором еще одного ведомства — управления по развитию информационно-коммуникационных технологий (ранее — управление по применению информационных технологий и развитию электронной демократии). В компетенцию Кириенко входила подготовка электората к голосованию по поправкам к Конституции в 2020 году.

Центру «Досье» удалось узнать, как происходило формирование и размещение внутриполитической повестки в подконтрольных и лояльных АП телеграм-каналах.

В одном из отчетов, подготовленных командой Сергея Кириенко, указывается, что к концу 2019 года продвижением провластной повестки в Telegram занимались писатель Эдуард Багиров, глава «России Сегодня» Маргарита Симоньян, медиаменеджер Кристина Потупчик, а также провластный политтехнолог Станислав Апетьян и журналист Сергей Минаев *(их авторы отнесли к одной группе)* . Уже тогда в АП заметили, что авторов в Telegram cтановится слишком много, и предложили не покупать новые каналы, а развивать существующие и сотрудничать с известными блогерами.

Единственное исключение — в АП хотели создать канал-агрегатор в противовес каналам «СталинГулаг» и «Караульный». Первый был слишком оппозиционным, а за вторым стоял Эдуард Багиров, и в АП боялись, что он может раскрыть интересы источников со Старой площади, общаясь с другими группами влияния. У руля альтернативного агрегатора предлагалось поставить операторов канала «Подъем», который запустили журналисты радиостанции «Говорит Москва» после смерти ее руководителя Сергея Доренко  . Создан ли был такой агрегатор, достоверно не известно.

Помимо «Подъема» в сетку, которую в то время развивала АП, входили канал «Медиакиллер» о скандалах в медиасреде и «Небожена», созданный как пародия на журналистку Божену Рынску и освещавший светские сплетни вперемежку с политикой. Каждому из них планировалось нарастить до 100 тысяч подписчиков к маю 2020 года. Аналогичное предложение касалось телеграм-канала издания «Журнал Нож», у которого отмечался «успешный опыт „продажи“ позитивной повестки целевой молодежной аудитории — проектов группы „Россия — страна возможностей“, социально-значимых инициатив властей, побед российских учащихся и ученых». В документе была рассчитана и стоимость наращивания аудитории. Например, на каналы «Небожена» и «Подъем» в АП готовы были потратить по миллиону рублей в месяц на каждый, на «Медиакиллер» — 1,4 млн, на агрегатор «Друзья Небожены» — 2 млн, на «Нож» — 1,25 млн.

Помимо этого, сотрудники Кириенко приобретали «абонементы»: долгосрочное соглашение с авторами телеграм-каналов на платное размещение постов. Например, 30 постов в месяц на канале «Двач» оценивались в два миллиона рублей в месяц, а на канале «Постправда» аналогичное количество постов для размещения стоило 200 тысяч рублей. Блогеру Кириллу Шулике, который позиционировал себя как осторожный критик властей, предлагалось платить столько же всего за 8 публикаций в месяц.

План и бюджет развития телеграм-каналов // Центр «Досье»

Судя по имеющимся в распоряжении «Досье» документам, администрация президента конкурировала в телеграм-среде с Маргаритой Симоньян — несмотря на ее провластную позицию. Осенью 2018 года она начала активно репостить дружественные каналы, которые впоследствии вошли в так называемый пул Симоньян. К 2019 году подрядчики Кириенко предполагали, что она выкупила «блок на негатив» для себя и своего супруга Тиграна Кеосаяна в «Незыгаре» и приобрела либо абонемент на публикацию контента, либо долю в этом канале, а также сотрудничала с каналом «Беспощадный пиарщик».

Для команды Кириенко активная раскрутка сети каналов Симоньян стала проблемой: ее помощники переманивали блогеров, которые на тот момент уже сотрудничали с АП.

Один из имеющихся в распоряжении «Досье» документов – отчет о «о расширении присутствия пула авторов М. Симоньян в сети Интернет», составленный в мае 2019 года. Косвенные признаки позволяют предположить, что его подготовили люди, связанные с Кристиной Потупчик, – ключевой подрядчицей АП в Телеграме. В документе описывается, как АП и Маргарита Симоньян конкурировали за авторов телеграм-каналов:

«С января 2019 года на связь с блогерами из пула АП, также представленными в чате „Каналы“, выходит сотрудница М. Симоньян — Раиса Баксичева. В личной переписке с блогерами она просит поддержать репостом те или иные публикации из телеграм-каналов «Раши тудей» и М. Симоньян. Происходит это в формате личного общения. Приглашаемым к сотрудничеству с РТ блогерам, которые также сотрудничают с АП в рамках установленных ранее договоренностей, представители М. Симоньян перебивают цену, предлагая более высокую заработную плату вместе с социальным пакетом.

Через данную процедуру, в частности, прошли Екатерина Винокурова и Мария Баронова, также ранее сотрудничавшие с УВП АП. Сразу после заявления Е. Винокуровой в закрытом чате о том, что она покидает издание «Знак.ком», к ней обратилась представитель М. Симоньян с предложением поработать над правозащитным благотворительным проектом «Дальше действовать будем мы». Подобную же обработку прошла М. Баронова, которую тоже заманивали работой на этот проект. М. Баронова сходила к тому же человеку, и ей тоже предложили зарплату в 300 000 рублей  . Далее она была назначена руководителем данного федерального проекта».

В отчет также включена переписка автора телеграм-канала Ortega Станислава Яковлева с куратором. Судя по чату, в тот момент Яковлев работал на сетку Кристины Потупчик (она входит в пул АП), но это не стало проблемой для RT — за эксклюзивное сотрудничество ему предложили ту же сумму, 350 тысяч в месяц, и предоставление соцпакета. С Кремлем он при этом сотрудничать не перестал, и автор отчета даже требовал от Яковлева не репостить публикации RT. Блогер ответил, что может только временно игнорировать задания Russia Today.

Центр «Досье» обратился за комментариями к блогерам, упомянутым в документе. Мария Баронова назвала себя «Ее Величеством», а нашего корреспондента – «о***вшим црушным пропагандоном», Екатерина Винокурова заблокировала, не дожидаясь вопросов, а Станислав Яковлев заявил, что ни люди Маргариты Симоньян, ни команда Потупчик никогда не агитировали его друг против к друга, и этих женщин он «сердечно любит, глубоко уважает, целует в руки и в ноги кланяется», напоследок пожаловавшись на мизерные гонорары. Вскоре скриншоты запросов «Досье» Яковлеву и Бароновой появились в телеграм-канале Маргариты Симоньян с комментарием «Крис, нас хотят поссорить:)».

Отчет о том, как Маргарита Симоньян переманивала блогеров у АП // Центр «Досье»

По состоянию на 2020 год подчиненные Кириенко насчитали 22 публичных и семь непубличных каналов, аффилированных с Симоньян. В них входили как журналисты российского офиса RT, так и каналы типа «РИА Новости» или «Дальше действовать будем мы». Сотрудники АП также предполагали, что с ее командой связаны «Силовики», «Планерка», «Майор и генерал», «Анонимная редакция» и т. д. А с еще 13 каналами у Симоньян были выстроены «договорные отношения».

Бюджетный план, составленный политтехнологом Станиславом Апетьяном, показывает, как АП могла финансировать подконтрольные ему каналы – «Без комментариев», «Жизнь насекомых», «Железный занавес», «Номенклатура», «Минправды», «Суеверная демократия», «Выборка», «Лесонавал» и «Что происходит».

В 2021 году эти каналы должны были освещать избирательную кампанию в Госдуму и деятельность Владимира Путина, бороться с несистемной оппозицией и партией КПРФ, дискредитировать западные бигтех-компании и радовать читателей хорошими новостями. В бюджете приводятся главные темы для публикаций: «Единая Россия», «другие партии», «Президент Путин», «Борьба с ФБК ([Леонид] Волков, [лидер «Альянса врачей» Анастасия] Васильева и так далее)», «Навальный», «Противодействие новому проекту ФБК», «Умное голосование».

Судя по метаданным документа, план составил Станислав Апетьян // Центр «Досье»

К 2021 году концепция команды Кириенко изменилась, и под эгидой АП начали запускать новые каналы. Например, 7 апреля 2021 года был создан телеграм-канал «В мире животных»  — его функцией стали грубые нападки на несистемную оппозицию, схожие с каналом «Жизнь насекомых». Задачей других каналов была критика корпораций США и Европы. Например, «Архипелаг БИГТЕХ», созданный 27 мая 2021 года, публиковал негативные посты о западных IT-платформах, работающих в России. Также команда Апетьяна докладывала в АП о развитии площадок общественного деятеля и блогера Ильи Ремесло и проекта «Вежливые люди».

Родина пишет

К началу полномасштабной войны в Украине телеграм-каналы вошли в арсенал не только гражданских чиновников, но и силового блока. Как уже рассказывал Центр «Досье», полковник ГРУ Денис Смолянинов в конце 2021 года развернул в Украине целую сеть каналов, которые должны были продвигать российскую пропаганду и сеять панику.

Один из агентов Смолянинова — судимый за убийство уроженца Шри-Ланки неонацист Виктор Луковенко, который теперь представляется политологом и экспертом по Африке. После начала российского вторжения в Украину он составил отчет, где рассказывал о работе шести телеграм-каналов, контент которых в основном был посвящен войне в Украине или геополитическим интересам Кремля. В справке сообщалось, что группа из пяти человек была создана «для противодействия на постоянной основе информационной дезинформации со стороны украинской стороны».

В сетку входили открыто пророссийские и псевдоукраинские каналы, а также канал политтехнолога Игоря Мангушева, убитого впоследствии в Луганской области. Мангушев публиковал посты с призывом спамить украинские службы и сообщать о минировании объектов, диверсиях, предлагалось даже сфотографировать бездомного и отправить с пометкой «корректировщик» в открытые украинские телеграм-группы. Как пишет Луковенко, «был внесен максимальный разлад в деятельность украинских экстренных служб, что способствовало скорейшему продвижению российских войск вперед». Правдивость этого утверждения сомнительна — сколько-нибудь популярным на тот момент был только канал Игоря Мангушева.

Это — всего один пример того, как спецслужбы используют Telegram в собственных интересах. А после начала войны и массовой высылки дипломатов (а на самом деле агентов спецслужб под прикрытием) мессенджер и вовсе стал спасением для разведчиков. Центр «Досье» уже рассказывал о новой тактике ГРУ — дистанционной вербовке агентов для осуществления диверсий в Европе и Украине. Как показывает анализ сообщений в СМИ, эта вербовка происходит в основном на двух площадках: Telegram и «ВКонтакте» (последняя, как известно, полностью подконтрольна властям).

Первым громким случаем стало разоблачение диверсионной сети ГРУ в Польше в начале 2023 года. В русскоязычных чатах в Telegram начали появляться объявления о быстром заработке: сначала людям предлагали простые задачи вроде нанесения граффити «СтопНАТО», потом более серьезные, типа установки камеры наблюдения на железнодорожных путях. По версии правоохранителей, конечной целью ГРУ были взрывы на железных дорогах, чтобы сорвать цепочку поставок западного вооружения в Украину. Эта история вызвала большой резонанс, но с тех пор подобные инциденты происходят по всей Европе.

Только за последние несколько месяцев в Украине раскрыли сеть агентов среди чиновников и бывших милиционеров, которые устанавливали цели для российских атак по заданию из мессенджера, в Харькове через чат знакомств был завербован местный житель, передававший данные о позициях украинских войск, в Эстонии двое местных жителей были задержаны за вандализм и слежку за военными объектами — российские кураторы вышли на них через чаты по продаже наркотиков. Спецслужбы Латвии предупредили граждан об участившихся случаях вербовки через Telegram. Схема работает и в другую сторону: украинские военные и разведчики пользуются мессенджером, чтобы искать информаторов и исполнителей для диверсий в России.

Telegram удобен для силовиков по нескольким причинам. Во-первых, в нем можно найти огромную русскоязычную аудиторию. Во-вторых, он позволяет скрывать номер телефона от собеседника, обеспечивая относительную анонимность. В-третьих, пока что неизвестны случаи, чтобы мессенджер выдавал зарубежным спецслужбам данные о причастных к диверсиям. По мнению одного из источников Центра «Досье» в среде силовиков, российские спецслужбы «уверены в том, что Telegram не сольет их данные Западу». Причиной такой уверенности могут быть рычаги давления на команду разработчиков мессенджера.

Где живет Telegram 

Арест Павла Дурова в Париже и слив «Кордона» — объемной базы данных погранслужбы ФСБ за 2014–2023 годы — почти совпали по времени. Журналисты «Важных историй» выяснили, что Дуров в 2014–2018 годах десятки раз посещал Россию, хотя весной 2014 года объявил об эмиграции. После запрета сервиса весной 2018 года поездки прекратились — до июня 2020 года. А в те дни, когда Роскомнадзор и прокуратура принимали решение о разблокировке Telegram, Павел Дуров был в России. Последний раз, по данным «Кордона», предприниматель приезжал на родину в октябре 2021 года.

Telegram почти не раскрывает данные о менеджменте и разработчиках и утверждает, что офисы, серверы и сотрудники компании находятся за пределами страны. Используя открытые источники, Центр «Досье» смог установить 15 ключевых сотрудников мессенджера. Часть из них известна, некоторых удалось определить через связанные аккаунты в соцсетях, узнать про остальных помогли осведомленные собеседники из мира IT. Мы не будем публиковать имена разработчиков Telegram, но информация об их пребывании в России представляет общественную значимость: силовики могут давить на них лично или перехватывать их данные, в том числе касающиеся разработки мессенджера. Более того, сервис технически способен получать данные о содержании сообщений пользователей, что делает пребывание разработчиков в России еще более опасным  .

Созданием, развитием и обслуживанием проекта занимается группа близких лично к Дурову людей. Практически все они — из старой команды «ВКонтакте». Петербургские отличники, медалисты, краснодипломники и победители математических олимпиад, начавшие карьеру в социальной сети в ранней молодости. Сегодня им за тридцать. Брат Павла Дурова Николай — самый старший из них, ему сорок три.

«Команда бэкэнда Telegram, имеющая непревзойденное соотношение победителей всемирных конкурсов по кодированию, специализируется на создании защищенных хранилищ данных для распределенных серверных инфраструктур, — указано в одной из немногих публично доступных презентаций мессенджера. — Все сетевое, криптографическое и программное обеспечение для баз данных, работающее на тысячах серверов Telegram, создается этими разработчиками по индивидуальному заказу»

Согласно «Кордону» и другим доступным базам данных, все 15 человек бывали в России или постоянно проживали там и после 2014 года, когда Дуров декларировал переезд сервиса за рубеж, и после весны 2018 года, когда Telegram был заблокирован и Роскомнадзор вел с ним безуспешную войну. Четверо из них жили в Петербурге до начала войны. Анализ «Кордона» показывает, что двое — бухгалтер и Android-разработчик — могли оставаться в России по состоянию на 2023 год (более поздний период база не охватывает). Центр «Досье» отправил вопросы о поездках разработчиков в Россию пресс-службе Telegram и лично Павлу Дурову, однако не получил ответа.

Николай Дуров и еще восемь человек ключевой команды перестали появляться в России после начала войны, но как минимум трое разработчиков ездили в РФ летом-осенью 2022 года: создатель десктопной версии Telegram, iOS/Swift инженер и топ-менеджер проекта. Трое разработчиков были зарегистрированы как индивидуальные предприниматели разработчик сетевых технологий и систем хранения данных, создатель Android-версии Telegram и разработчик серверных механизмов хранения данных, клиентских кроссплатформенных библиотек и API для ботов × , и на данный момент свою деятельность прекратил только один из них.

Судя по информации в базе «Кордон», вице-президент Telegram Илья Перекопский с начала войны в Украине приезжал в Россию не менее шести раз данные доступны до октября 2023 года × . В 2020 году Перекопский принимал участие в дискуссионной панели представителей IT в Казани, председателем которой был премьер-министр Михаил Мишустин. Тогда РБК писал, что Кремль дал положительную оценку присутствию вице-президента Telegram на мероприятии.

А ведь еще в 2018 году Павел Дуров вполне однозначно говорил: «Не понимаю, почему некоторые СМИ называют @telegram „базирующимся в России“. У нас нет серверов, разработчиков, компаний, банковских счетов или офисов в этой стране».

Юридических лиц у на тот момент Telegram уже действительно не было. Но по данным «Ведомостей», осенью 2017-го команда мессенджера продолжала работать в офисе «ВКонтакте» на Невском проспекте в Петербурге. После переезда из Дома Зингера сотрудники Telegram работали из дома либо приходили в импровизированный офис в квартире на Невском проспекте, оформленной на близкого родственника Дурова, рассказал «Досье» источник, знакомый с командой.

Практика показывает, что мессенджер неоднократно выполнял требования властей в отношении оппозиционных ресурсов. В 2017 году Telegram заблокировал иранский оппозиционный канал с миллионом подписчиков после жалобы иранского министра информационных технологий. В 2021 году администрация мессенджера ограничила доступ к ботам «Умного голосования» под предлогом соблюдения «дня тишины» перед выборами. При этом телеграм-каналы, которые агитировали за кандидатов от власти, сервис не блокировал. В 2023 году во время протестов в Башкортостане доступ был перекрыт к шести местным оппозиционным каналам. Позже мессенджер пометил как «фейк» каналы движения жен мобилизованных «Путь домой» по жалобам близкого к АП активиста Ильи Ремесло.

Наконец, вопросы вызывает и безопасность мессенджера для обычных пользователей.

Свобода и безопасность

С момента запуска Telegram обладал имиджем свободной от цензуры и безопасной площадки. Эти представления верны лишь частично.

Мессенджер с самого начала позволял создавать практически анонимные аккаунты со скрытым для поиска номером телефона, модерация в нем была куда более расслабленной, чем на других платформах, и, как следствие, сервис облюбовали «подпольщики»: торговцы наркотиками, ворованными данными, пираты, сутенеры, а также диссиденты, экстремисты, террористы, различные повстанцы, антипрививочники и многие другие.

Тем не менее какая-то модерация в Telegram все же существует: детская порнография, личные данные, пиратский контент и тому подобное удаляются в ответ на жалобы пользователей и правообладателей. Однако малочисленная команда модераторов не справляется с потоком жалоб , рассказал Центру «Досье» источник, близкий к мессенджеру × , а автоматизированные средства модерации используются больше для борьбы со спамом , говорят собеседники «Досье» в спамерской среде × .

Помимо организационных и технических проблем есть и нежелание Дурова ограничивать возможности пользователей — ведь это одно из ключевых преимуществ платформы. Значительная часть «заблокированного» контента и каналов доступна только из клиента Telegram, скачанного напрямую с сайта компании, тогда как версии из магазинов приложений Apple и Google показывают сообщение о блокировке. Точно так же работает и геоблок контента: достаточно перерегистрировать аккаунт на номер другой страны, и можно продолжать читать Russia Today там, где она официально заблокирована.

Закрытые телеграм-каналы и вовсе никак не модерируются, но их можно найти только по специальным ссылкам, из поиска они скрыты. Они превращаются в более удобную альтернативу даркнету из-за простоты создания, более высокой скорости скачивания контента и удобной монетизации. Боты позволяют автоматизировать общение с создателями каналов и сохранить их анонимность. Никаких проверок для создания бота проходить не нужно.

С безопасностью ситуация обстоит сложнее. Telegram, в отличие от Signal и некоторых других конкурентов, имеет техническую возможность доступа к переписке пользователей, хотя руководство мессенджера подобные подозрения отвергало. Именно поэтому власти различных стран регулярно запрашивают у сервиса доступ к сообщениям.

А если внимательно проанализировать высказывания Павла Дурова, то окажется, что его сложно поймать на слове — он никогда не утверждал, что из Telegram нельзя извлечь вашу переписку, данные, контакты, или отследить ваше местоположение. Дуров никогда не утверждал, что спецслужбы не смогут вас взломать. Вместо этого используются общие слова про довольно абстрактную «безопасность» и отсутствие претендентов на приз за расшифровку секретного чата Павла со своим братом Николаем (в 2013 году он составлял 200 тысяч долларов – небольшая сумма для профессиональных хакеров).

Тем не менее безопасность секретных чатов не распространяется на все остальные сообщения и данные. Они хранятся на серверах Telegram, доступ к ним могут получить сотрудники компании или злоумышленники с помощью клонированной симки – точно так же, как вы видите все свои сообщения, когда заходите в мессенджер с нового устройства. Российские спецслужбы, как ранее рассказывал Центр «Досье», уже научились отслеживать и идентифицировать значительную часть пользователей Telegram. На этом фоне секретные чаты, которыми мало кто пользуется, не представляют для них острой проблемы.

По словам бывших сотрудников «ВКонтакте», социальная сеть при Дурове выполняла запросы спецслужб вовремя и в нужном объеме. Сам Дуров утверждал, что отказывался сотрудничать с ФСБ. Первоначальные трудности со спецслужбами некоторых стран, возникшие у Telegram в связи с использованием мессенджера различными террористическими организациями, также со временем благополучно разрешились, но как именно сервис сотрудничает с властями, достоверно не известно.

Мессенджер утверждает, что ни разу не раскрывал данные пользователей властям по запросам о терроризме, хотя в прессе не раз появлялись публикации, свидетельствующие об обратном. Тем не менее на данный момент достоверных сведений о том, что сервис передавал переписку пользователей российским спецслужбам, нет. Однако в большинстве случаев в этом нет и необходимости: доступ к перепискам силовики обычно получают физически – угрозами заставляя людей разблокировать телефон и показывать сообщения. На репутацию Telegram такие инциденты не влияют.

Источник:  Команда Центра «Досье» и Денис Коротков