Армия РФ пошла в наступление на ВСУ на Курщине. Чего ждать? Интервью с генералом Романенко

В России началась операция по вытеснению украинской армии с территории Курской области, враг укрепил свои позиции элитными подразделениями. На Курщине ВСУ выполняли три задачи: недопущение наступления на Сумщину, принуждение врага к переброске сил с украинского фронта и создание буферной зоны в приграничных регионах РФ. Все они были выполнены. Что дальше? Дальше ВСУ переходят к обороне, причем, к мобильной.

Такая оборона существенно отличается от той, к которой привыкла российская оккупационная армия. В РФ под обороной понимаются окопы, доты и блиндажи, когда понятно, где находится противник и куда стрелять. Но при мобильной обороне враг оказывается в замешательстве, поскольку трудно понять, кто свой, а кто чужой. Именно поэтому российские подразделения практически отказались или существенно сократили применение отдельных видов вооружений.

Как будут развиваться события дальше, в эксклюзивном интервью OBOZ.UA спрогнозировал экс-заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил Украины, генерал-лейтенант Игорь Романенко.

- Россия начала активную операцию по вытеснению украинских сил с территории Курской области. Как вы думаете, какие именно ресурсы там задействованы? И можем ли мы рассчитывать на то, что в Россию были переброшены силы именно с украинского фронта?

- Да, это имело место. Чтобы быть убедительными, они организовали наступление с трех сторон, зашли с севера, с запада и с юго-востока. По оценкам западных экспертов, для успешной операции им была необходима группировка от 30 тысяч, они же собрали группировку войск численностью порядка 40 тысяч. Это немало.

Причем, завели туда элитные части, такие как морскую пехоту, воздушно-десантные части. Отличительной особенностью является то, что у них достаточно много мотопехоты, то есть механизированной компоненты. В то же время они меньше применяют управляемых авиационных бомб и FPV-дронов.

Силы обороны Украины пытаются решать вопросы с мобильными действиями. Они заходили в Курскую область, применяя такие действия, и сейчас они ведут мобильную оборону. Традиционная оборона россиян – это окопы, доты и так далее, чтоб были видны цели, чтобы можно было бить по ним. Но когда речь идет о мобильной обороне, они не могут бить, потому что не могут разобраться, где свой, а где чужой.

Конечно, это предполагалось. Рано или поздно это должно было случиться. Россияне должны были попытаться остановить наши войска, а затем перейти к контрнаступательным действиям. Но наши используют ресурс более рационально.

Если сравнивать наступательные действия российской армии на Харьковском направлении, где была задействована группировка в 35 тысяч, где они продвинулись на 10 километров, то наши наступали на Курскую областью группировкой 15 тысяч и продвинулись на ширину 35-40 километров, сформировали эту буферную зону.

Противник существенно нарастил свои силы для вытеснения ВСУ, но чтобы выполнить эту задачу, по оценкам западных аналитиков, им потребуется группировка 80-100 тысяч. Тем не менее, на отдельных направлениях на Курщине российская армия продвинулась, где-то захватили наших пленных в большом количестве. К тому же боевые действия стали очень интенсивными.

- Каков ваш прогноз, исходя из цели Курской операции – создания буферной зоны на территории России?

- Нашей целью было не только формирование буферной зоны. Первая цель – сорвать наступательные действия противника на Сумщине. Нашему Главному управлению разведки удалось завладеть двумя планами наступления России на Харьковщину и на Сумщину. Мы видели, как это происходило на Харьковщине.

Чтобы не ожидать повтора на Сумщине, была проведена операция в Курской области. Это первая цель. Вторая цель – заставить противника перебросить силы с других фронтов, в первую очередь, с восточного. Эта задача тоже была выполнена – 15-20 тысяч личного состава противник перебросил. И только третья задача – формирование буферной зоны.

Таковы наши планы. А противник строит свои, поэтому создает группировку, которая превышает нашу, и ведет контрнаступательные действия.

- Вопрос по поводу ситуации в Курахово. Если посмотреть на карту боевых действий, видно, что этот район фактически окружен с трех сторон, сформировалось полукольцо. По вашим оценкам, действительно ли Курахово может находиться в опасности и что враг может попытаться выровнять там линию фронта? И есть ли у него силы для этого?

- У них были силы для наступления одновременно на 6-7 направлениях на восточном фронте, и они это делали. Однако за последнее время их наступательный импульс был сбит Силами обороны Украины. Мы задействовали там резервные бригады. Поэтому у противника уже не получается успешно продвигаться на всех направлениях, как он это делал раньше.

Кстати, если посмотреть на карту боевых действий более детально, помимо Покровска, можно увидеть небольшие участки, на которых противник планировал наступательные действия. Наибольший – в районе Невельского. Там планировалось сформировать полуокружение или полное окружение, или, как это называют в народе, котлы.

Но наше военное руководство видит эти намерения противника и ломает его планы.

Столкнувшись с сопротивлением на Покровском направлении, враг сосредоточился на Кураховском. Сейчас там наблюдается высокая интенсивность боевых действий. Но это тоже было ожидаемо нашим руководством. Весь вопрос лишь в том, каким образом с этим справляться, где брать силы и средства.

Что касается средств, военной помощи от союзников, то вопрос о снятии ограничений на удары по территории России еще до конца не решен. Ряд стран Европы уже снял ограничения, США – пока нет, и, видимо, в ближайшее время будут отстаивать ту же позицию.

А что касается сил, то мобилизация продвигается, но не так быстро, как нам бы хотелось, для пополнения действующих на линии боевого столкновения бригад, а также для формирования резервных бригад.

В этом контексте у меня есть предложение. Я считаю, что нам надо задействовать казачество. Мы видим, как Россия задействовала казачество, когда захватывала Крым в 2014 году, мы видели, как казачество участвовало в боевых действиях на Донбассе и продолжает действовать сейчас. Из истории мы знаем, что казачество использовалось в России еще с царских времен.

У нас совсем другое. Казачество в Украине – это исторический бренд. Я говорю не о шароварном, а о боевом казачестве. Надо принимать закон о казачестве и определиться с рекрутинговыми казаческими центрами. Нужно собирать людей. У нас достаточно много тех, кто представляется казаками.

Казаки исторически всегда защищали свои земли, свой народ и государство. Сегодня казаки тоже могут это делать, и это действительно необходимо, потому что военнослужащих не хватает.