/https%3A%2F%2Fs3.eu-central-1.amazonaws.com%2Fmedia.my.ua%2Ffeed%2F8%2Fdb588008349bee232e99da7ccaeebcb4.jpg)
"Лично я не сталкивалась с цензурой на телемарафоне". Интервью с Маричкой Падалко/Маричка Падалко является амбассадором фонда Revived Soldiers Ukraine
На днях украинская телеведущая Маричка Падалко в студии ТСН пообщалась с американским актером Майклом Дугласом, впервые приехавшим в Киев. В интервью "Апострофу Lime" Падалко поделилась впечатлениями от диалога с легендой Голливуда, рассказала о своей работе и службе мужа на фронте, а также ответила на вопрос о целесообразности национального телемарафона.
– Мария, что для Вас стало неожиданностью во время встречи с Майклом Дугласом?
- Самой большой неожиданностью для меня был сам факт появления Майкла Дугласа в Киеве, а что касается нашей встречи, то приятно было то, насколько она легко состоялась. Дуглас в общении был очень приветлив и прост. Не выдвигал никаких условий относительно того, каким должно быть интервью, не проговаривал, о чем спрашивать его, а о чем нет. Единственным его ограничением было время, потому что он задержался у президента и спешил на поезд. Конечно, все пришедшие в студию хотели пофотографироваться со знаменитостью, поэтому Дуглас предложил сделать групповое фото. Вскоре много людей натолкались с ним в лифт, где тоже успели сделать несколько кадров. В общем впечатления невероятные. И еще меня поразило, что у человека четкий ум, учитывая, что вскоре ему исполнится 80 лет. Это приятно.
- Во время войны в Украине с творческими миссиями и просто поддержкой побывало немало мировых знаменитостей, а именно Анджелина Джоли, Шон Пенн, Лев Шрайбер, Джессика Честейн и другие. У кого бы Вы еще хотели взять интервью и почему? Как Вы считаете, после окончания войны Украина может стать своеобразной меккой для мирового кинематографа?
- Очень хотелось бы взять интервью у двух известных голливудских актрис – Дженнифер Энистон и Риз Уизерспун. Мне очень нравится сериал Apple TV "Утреннее шоу", где они играют две главные роли. Как раз это шоу касается моей работы, потому что я в течение десяти лет вела именно утренние новости. А также звезды показывают себя как очень интересные актрисы и личности. Они достойно проходили в своей индустрии путь к успеху.
Также я убеждена, что после победы к нам приедут очень многие знаменитые люди, потому что были отложены гастроли и концерты. Важно, чтобы они приезжали и рассказывали об Украине, потому что когда о ситуации в стране говорит журналист – это одно количество просмотров, а когда рассказывает мировая звезда – это совсем другая аудитория. Например, после интервью с Дугласом мы спонтанно решили залить на YouTube-канал ТСН не только вышедшую в эфир украинскую версию, но и вариант без перевода. И для нас большое удивление, что количество просмотров на английском языке значительно опережает украинский вариант. 9% людей из Украины смотрели это интервью, а все остальное – это Америка, Канада, Австралия, где посмотрели версию именно из-за личности Майкла Дугласа.
- После полномасштабного вторжения были периоды, когда Вы испытывали профессиональный "голод"?
- Я чувствовала только профессиональное истощение, когда ты не можешь отвлечься, чтобы быть хорошим журналистом. Недавно из-за эмоционального истощения и выгорания общалась с психологом. И она меня спросила: "Вы можете приехать на работу, просто прочесть новости и уехать, чтобы из-за этого не переживать?". Мне особо не нашлось, что ответить. Дороги, чтобы отвлечься и очень мало себя отдавать новостям, нет. Потому я пока ищу баланс, как быть профессиональной, за всем следить и при этом сохранить свое психическое здоровье.
- По Вашему мнению, изменился ли телеканал 1+1 во время войны? Какие проекты прежде всего актуальны?
- Мне сложно говорить за телеканал 1+1, потому что с 25 февраля он является частью национального марафона. Мы сейчас сами себе не приналежим, а постоянно в ротации с другими каналами рассказываем новости. Также у нас был создан канал-дублер – 1+1 Украина, где выходит ряд программ развлекательного характера. Команда ТСН на время является частью единого марафона. Следует сказать и о том, что людям во время войны хочется просто смотреть художественные фильмы, чтобы переключить свой мозг. Но также очень важно хранить источник надежной информации, к которому должен быть доступ для человека в любой момент. А что касается развлекательных программ, то всегда важно думать об их уместности, этичности, все зависит от вкуса продюсеров, которые за это отвечают.
– Как сообщил народный депутат Ярослав Железняк, на единый национальный телемарафон, как и в прошлом году, в госбюджете на 2025 год планируют потратить 1,5 миллиарда гривен. При этом, как свидетельствует карточка проекта государственного бюджета на 2025 год, 1,5 млрд гривен выделено на "производство и трансляцию программ для государственных нужд, сбор, обработку и распространение официальной информационной продукции", а также на "финансовую поддержку системы государственного иновещания Украины".
Мария, по Вашему мнению, единственный национальный телемарафон стоит этих денег? Какую функцию он выполняет? Как думаете, он эффективен? Он действительно нужен украинцам?
Или стоит все-таки вернуть работу телеканалов, как было раньше — с рекламой, коммерческими шоу, без выделения государственных средств?
– Мне кажется, что здесь есть плюсы и минусы. Конечно, всем каналам хочется производить свой продукт, потому что за два года, которые мы работаем в марафоне, бренды очень сильно размылись, люди не отличают один канал от другого. И с точки зрения своей телевизионной идентичности, конечно, всем бы хотелось вернуться.
Что касается того, может ли сейчас выжить канал без рекламы и поддержки, я не очень разбираюсь в финансах, чтобы это комментировать. Что касается уместности самого марафона, то могу сказать, что мы прилагаем много усилий, чтобы говорить о вызовах, проблемах, собирать деньги, а часто возникающий вопрос цензуры очень личностный и часто является предметом самоцензуры. Лично я не сталкивалась с ограничениями, что могу спрашивать у гостей в студии, а что нет. Поэтому мне кажется, что уместность марафона – это та вещь, которая должна оцениваться в консенсусе с обществом, телеканалами, народными депутатами, которые решают, финансировать его дальше или нет, поэтому однозначного ответа нет. А то, что информационная борьба Украине нужна – однозначно.
– Вы приняли участие в акциях, посвященных людям, побывавшим в плену. Какие истории Вам запомнились больше всего?
- Я хожу на акции в поддержку людей, которые остаются в плену, чтобы их родные видели, что это не только их боль. А что касается людей, которые были в плену, то с ними мы встречались на интервью. Например, на днях я пообщалась с защитником острова Змеиный Владом Задориным, который рассказывал обо всех ужасах, которые пережил в плену почти за два года. Меня поразило, что защитников острова постоянно мучили экспертизами голоса, потому что они никак не могли высчитать, кто сказал легендарную фразу о русском военном корабле. Ребят постоянно возили на экспертизу, где заставляли читать какие-нибудь русские сказки и другие тексты. И это было своеобразным насилием над человеком.
- А Вас война сделала сильнее как женщину, жену, маму?
– У меня просто другого выбора не было, как становиться сильной женой, быть детям и за отца, и за мать, быть садовником на даче. Потому что я начала заниматься делами, которые раньше делал мой муж Егор, плюс эмоционально, конечно, тяжело. Надеюсь, мы все еще выжили как семья.
- Было ли желание уехать за пределы Украины, как у Вашей коллеги и подруги Лидии Таран? Сейчас часто общаетесь? Лидия планирует возвращаться из Франции навсегда?
– Мы часто общаемся, а о планах лучше расспрашивать саму Лиду. У меня не было желания уезжать. Ответ на вопрос, где мне нравится жить – за границей или в Украине, я дала себе очень давно, когда у меня по семейным обстоятельствам было длительное пребывание за границей. Сейчас у меня не было никаких иллюзий. Поэтому если мы с мужем и спорили по поводу поездки за границу, то это касалось просчета шагов вперед, если бы я вынуждена была уехать из Киева в случае угрозы. Планов у меня не было, но муж настоял, и в конце 2022 года, когда начались обстрелы инфраструктуры, мои дочки уехали в Прагу, где пробыли больше года, а потом вернулись домой.
– Где сейчас служит Егор Соболев? Ваш сын хочет подражать своему папе-военному?
- Егор уже заместитель командира отряда спецназначения и отвечает за операции с применением БПЛА сразу на нескольких направлениях. Его сейчас очень часто вызывают в Киев для планирования, чему мы, конечно, радуемся. Сын хочет мобилизоваться, когда ему исполнится 18 лет. Вместо этого мы с Егором его убеждаем сначала окончить Киево-Могилянскую академию, куда он поступил на робототехнику. Отец, который сейчас является авторитетом для сына, постоянно говорит, что война становится более технологичной и выиграть у россиян мы можем только мозгами.
- Как считаете, служба в ВСУ для знаменитых мужчин должна быть обязательной? Или все-таки без крепкого тыла нет фронта?
- Я считаю, что если война настолько затягивается, то каждый мужчина должен задуматься о том, чтобы служить в армии. Когда на 1 сентября я вижу фотографии отцов, ведущих своих детей в школу, у меня это не вызывает положительных эмоций. Понимаю, что именно потому, что третий год вы ведете ребенка в школу, другие родители этого не делают, потому что вы не готовы их заменить. И это касается всех сфер жизни. Поэтому если в первый год войны у меня было спокойное отношение к тому, что есть фронт и тыл, то сейчас для меня каждый здоровый мужчина, который не служит, вызывает определенные вопросы. В моем Instagram вы не найдете ни одной фотографии за последние два года с мужчиной, который не пошел бы защищать Украину.
- Расскажите, пожалуйста, о волонтерской и благотворительной деятельности. Я знаю, что Вы помогали переселенцам (сдали квартиру в Жовкве). Что еще удалось сделать для армии, украинцев?
– Когда мы определились, что мои девченки и родители уедут в Прагу в ноябре 2022 года, я поняла, что квартира в Жовкве остается свободной. А это очень надежное место в тихом городке неподалеку от польской границы, и я бы не хотела, чтобы в такие тяжелые времена квартира была пустой. Особенно учитывая, что обстоятельства сложились так, что моим дочкам предоставили возможность жить в квартире в Праге бесплатно. Хотелось, чтобы был круговорот хороших дел. Поэтому я нашла людей, которые искали жилье и написала, не хотят ли они переехать. Для меня было важно, чтобы это была семья военного. Откликнулась женщина с сыном, отец которого был на войне. Позже они перевезли из Никополя своих родителей. А недавно я из прессы узнала, что старший сын этой женщины – актер Ярослав Шахторин. Он, кстати, мне никогда не писал и не звонил.
- С 2022 года я являюсь амбассадором фонда Revived Soldiers Ukraine, который помогает в сложных случаях протезирования. Я ездила в Нью-Йорк по приглашению этого фонда и проводила благотворительный вечер, а также собирала средства. Это действительно сложно, когда ты постоянно имеешь дело с ранеными. Но они дают тебе мощную энергию благодарности, и ты понимаешь, что имея руки и ноги, точно не имеешь права унывать. Ибо жизнь продолжается даже во время войны.
– Каким будет Ваш первый поступок после победы?
- Мне почему-то кажется, что после победы мы все будем очень сильно кричать и плакать, примерно как на фехтовальной дорожке Олимпиады кричала Ольга Харлан, когда побеждала.
- Вера Брежнева, которая отказалась от русского языка на сцене, выпустила украиноязычный трек.
- Слава Каминская опровергла свое третье замужество.
- Назар Грабар ответил, "прилетало" ли ему за выез из Украины во время войны.