Лудомания – не зависимость в чистом виде, а расстройство невротической природы. И оно лечится – эксперт

Лудомания – проблема игровой зависимости – не является неизлечимым психическим расстройством, зависимостью в чистом виде, а скорее расстройством невротической природы, которое можно вылечить, как и любой невроз, считает экономист-кибернетик, бывший игрок, а ныне прикладной психолог-магистрант Сергей Романюк.

В интервью ZN.UA «Украина на пороге эпидемии игровой зависимости. Результаты социологического исследования» Владимиру Киму он отметил, что этот вопрос является темой для отдельного большого профессионального разговора на уровне медицинской науки.

«По моему мнению, некорректно ставить знак равенства между химическими зависимостями и поведенческими влечениями. В основе первых мы видим четко сформированный биологический механизм зависимости, у человека формируется абстинентный синдром и тяга к трудно преодолеваемым веществам. У влечения к азартным играм нет биологического механизма зависимости, а соответственно и абстинентного синдрома. Также не происходит органических изменений в головном мозге. Нет фактора интоксикации, что влечет за собой измененные состояния сознания при употреблении психоактивных веществ», - объясняет он отличие этого типа зависимости.

Эксперт отмечает, что причиной лудомании становятся личные обстоятельства игрока, его внутренние конфликты, психологическая травма, которую он получает в результате громкого проигрыша и игрового стресса.

«И здесь детонирует двойной внутренний конфликт. Первый: «Я хочу избавиться от долгов, но не могу достичь желаемого, поскольку нет уже ни сил, ни ресурсов». Второй конфликт выбора: «А может, рискнуть в последний раз и с помощью азартной игры исправить положение?». Этот вопрос возникает на фоне страха: если не получится отыграться, то будет еще хуже. По причине огромного эмоционального напряжения психика капитулирует, и мы получаем тяжелый невроз навязчивых состояний и полный спектр невротических симптомов. Вот такая версия и сложная цепочка, которая точно не о желании уколоться/выпить и забыться. По сути – убежать. Игрок – это другое. Игрок стремится изменить реальность, он хочет хорошо жить, зарабатывать деньги», – объясняет он весь круг.

Психолог отмечает, что игроки часто являются амбициозными людьми, умеющими добиваться результатов в жизни, не терпят поражений ни в чем, и часто являются врожденными лидерами.

«Игрок умеет терпеть боль, падать от ударов судьбы, но бороться дальше. Поэтому в моей практике я вижу много бывших спортсменов, из-за травмы закончивших спортивную карьеру. Многие успешные бизнесмены… Игрок — это не инфантильный, обиженный жизнью человек, а борец по своей природе, человек, живущий крайностями: или все, или ничего», - указывает на сложность ситуации Романюк.

Он отмечает, что игроки часто имеют развитую нарциссическую часть своей личности, умеют бороться, но кардинально ошибаются в методах. А взгляд врачей на лудоманов как на наркоманов создает круг безысходности.

Новую концепцию азартно-игрового расстройства как игрового невроза разработал врач-психиатр, психотерапевт с 30-летним стажем работы с игроками Алексей Александрович Магалиф.

«Это новый взгляд на понимание этого расстройства, которое вряд ли в ближайшее время будет принято на официальном уровне», - говорит Романюк, который помогал формировать концепцию.

Специалист говорит, что эта концепция объясняет, как диаметрально разные люди попадают в зависимость от азартных игр.

Их он делит также на три условные группы: «Первые, условно, – «эпикурейцы». Их базовый мотив – получать удовольствие от жизни. Они развлекаются в казино, незаметно для себя сползая в азартно-игровое расстройство. Но опять же все зависит от реакции на большой проигрыш. Если проиграл и ему по-прежнему пофиг, то у него не будет азартно-игрового расстройства. В противном случае «эпикуреец» легко перевоплощается в «охотника» и начинает мстить игровой системе, скатываясь в пропасть. А вот третий психотип – «одинокие». Это люди с проблемами эмоциональной сферы или депрессивными расстройствами. Пенсионеры – в этой категории. Играя в слоты, они пытаются спастись от одиночества, отключить голову от реальности. Их цель – не заработать денег, а с помощью азартных игр отрегулировать свое психоэмоциональное состояние».

Романюк отмечает, что последний тип не слишком распространен, больше всего так называемых «охотников», а «эпикурейцы» и «одинокие» либо сходят с дистанции, либо рано или поздно превращаются в «охотников». А еще не каждый, кто периодически ходит в казино и проигрывает деньги, имеет азартно-игровое расстройство.

Он отмечает, что вследствие сильного и длительного стресса, когда игрок долго задерживается на стадии боли, в зависимости от личностного основания игрока (она может быть невротической, психопатической и эндогенной) бывает три результата.

Первый — самый частый — если личность была невротической, то мы получим невроз навязчивых состояний. Второй — если личность была подвержена психопатии, то получим психопатизацию личности. Третий результат — если у человека, например, была эндогенная основа (колебания настроения), то получим БАВ (биполярно-аффективное расстройство). Вот с этим и должны работать специалисты», – рассказывает психолог.

Финансовый мотив является одним из двух основных факторов, по которым люди начинают активно играть в азартные игры. Но часто идея заработка, дополнительного источника дохода, не требующего значительных усилий, искусственно формируется другими людьми. Романюк отметил, что желание найти легкие пути дохода обостряется во время войны или кризиса.

В то же время 10% граждан знают воинов ВСУ, увлекающихся азартными онлайн-играми. Однако это очень закрытый сегмент общества. Даже если чьи-то родственники уже погрузились в проблему, они вряд ли будут говорить об этом кому-то еще, кроме семьи. Да и внутри семьи не всегда все информированы.