Вдова лейтенанта ССО: Муж выполнял боевые задания, но суд не признает, что он был в составе ВСУ

Весть о событиях 24.02.2022 семья Глембоцких встретила в Израиле. Здесь у супругов родились двое сыновей, а еще ждали дочь. К концу третьего года изнурительной войны нам трудно понять, как мужчина мог решиться покинуть родных и лететь за тысячи километров в Украину, чтобы вступить в ряды ее защитников. Но он принял именно такое решение.

48-летний Андрей Глембоцкий погиб 23 августа 2022 года во время выполнения боевого задания в составе Сил специальных операций. Однако его жена и трое маленьких детей не получили ни копейки от защищаемого им государства, потому что... нет подтверждения, что Андрей был в составе ВСУ. Хотя после смерти получил статус участника боевых действий. Сейчас дело готовится к рассмотрению в Верховном суде, журналист Коротко про пообщалась с родными погибшего.

"Я понимаю, как тяжело ему это далось. И он понимал, какие для нас риски"

В Израиль Андрей с Алиной перебрались в 2017 году. Алина честно говорит, что хотели взять паузу.

– Андрей у меня был чрезвычайно активным мужчиной. Он участвовал во всех революциях, которые переживала Украина, был на Майдане с самого начала и в острейшие для митингующих дни. Разве что меня просил, когда назревала опасность, пересидеть немного у друзей, говорил, что так будет чувствовать себя увереннее. А потом ходил на все суды над командирами "Беркута" и очень переживал, что все это бесполезно, - вспоминает вдова.

Не удержались – спросили, могла ли она не отпускать мужа в Украину в феврале 2022-го. Ведь оставалась самой беременной с двумя маленькими детьми.

– Как не отпускать? Когда два взрослых человека избрали общий путь, это не значит, что друг другу можно что-либо запрещать. Я уважала все решения Андрея, как и он мои. Конечно, понимала, как тяжело дался ему этот вопрос, и он понимал, какие это для нас риски.

Вылететь удалось не сразу. Через приятелей Андрей вышел на украинцев, которые так же рвались из более или менее спокойного тогда Израиля на охваченную огнем Украину. Объединились, нашли какой-то спецрейс, говорит Алина, и улетели.

...В последний раз расцеловать жену и детей Андрей смог летом, когда его отпустили навестить семью по поводу рождения дочери. Многодетный отец, он имел не только моральные, но и юридические основания не возвращаться на войну. Но – вернулся.

На Яворовском полигоне удалось выжить

Профессиональным военным Андрей Глембоцкий не был. С армией объединяла разве что военная кафедра в архитектурном институте Днепра. Имел звание лейтенант запаса. Но после Майдана прошел обучение в общественном объединении «Украинский легион» и до 2017 года работал там инструктором.

- Когда Андрея хоронили, многие ребята, которых он учил в легионе, приехали, - вспоминает его двоюродный брат Андрей Быховский. – Только тогда они узнали и очень удивились, что Андрей не был кадровым офицером.

Военная служба в Украине для Андрея началась в начале марта 2022 года. Вместе с попутчиками был распределен до так называемого Иностранного легиона, куда направляли приехавших из-за границы добровольцев.

– Подразделение базировалось на Яворовском полигоне под Львовом, там ребята тренировались. А 13 марта произошел тот ракетный удар, когда погибли более 60 человек, - рассказывает Андрей Быховский. – Брату повезло, что он был в другом крыле здания. Из тех легионеров, которые вместе с ним выжили, многие сразу поехали назад, мол, не к такой войне готовились. Но последовательные, как и наш Андрей, остались.

После российских ударов по Яворову легионеров перевели в Ровенскую область, оттуда – в учебный центр в Житомире.

– Брат говорил, что из них готовили подразделение по стандартам НАТО, но командира дали чисто советского образца. Андрей с товарищами увидели, что проку не будет, да и хотели уже не учиться, а браться за реальное дело. Однажды сами вышли на Силы специальных операций.

Контракты трижды переписывались из-за каких-то ошибок

В воинскую часть ССО Андрей с товарищами пришли в мае. Брат говорит, что сначала новобранцам было дано на подпись confidential agreement – ​​конфиденциальное соглашение, предусматривающее негласное сотрудничество (такое предусмотрено в интересах движения сопротивления или разведывательной деятельности. – Ред.).

– Ребятам сказали, что такое соглашение юридически и фактически защищает их как комбатантов, но впоследствии выяснилось, что документ никем из руководства не был подписан, – говорит Андрей Быховский. – Проходило время, брат понимал, что находится в неопределенном состоянии. Кроме того, в семье заканчивались средства, которые он оставил, когда выезжал из Израиля. Он обращался к командирам, чтобы бывших легионеров официально оформили по контракту. Дважды процедура начиналась, но в контрактах находили какие-то юридические ошибки и говорили, что надо переписать.

Третий раз Глембоцкому должны были подписывать контракт, когда собирался в Израиль, чтобы увидеть новорожденную дочь. Он спешил и сказал, что все оформит, когда вернется, но опять что-то не сложилось. Так продолжалось до 23 августа, когда пикап, в котором Андрей ехал на задание, взорвался на мине.

Собраны все документы, кроме той – первой бумажки

В воинской части ССО, говорит Алина, ее муж считался инструктором, но он реально выполнял боевые задачи как в "серой", так и за "серой" зоне.

– Я встречался с непосредственным командиром Андрея, он говорил, что его очень ценили, он разрабатывал планы и участвовал в операциях как полевой командир. Но за четыре места службы не получил ни копейки, потому что не был оформлен – наши юристы проверяли это через Минфин, – уверяет двоюродный брат. – Так же и ребята, которые с ним пришли. Все же надеялись, что на случай гибели семьи будут защищены теми 15 миллионами единовременной помощи. Собирать документы, чтобы ее получить, мы начали через несколько недель после смерти Андрея. Командир части отказал нам в выдаче справки о выбытии Глембоцкого из личного состава.

В октябре 2022 года часть, где служил Андрей, расформировали, архив передали в другую в/ч, которая также отказалась давать справку. Быховский говорит, что в папке по смерти Андрея собраны все документы, включая подтверждение из Харьковского УСБУ, расследовавшего обстоятельства смерти.

- А той первой бумажки о выбытии мы не можем получить. Обращались в Минобороны, к омбудсмену, а ответ один: письмо переадресовано главнокомандующему, а оттуда - ни слова. Когда поняли, что все возможности исчерпаны, обратились в суд.

Суд отказался выслушать свидетелей

Парадоксально, но собранных родными Андрея документов хватило, чтобы в 2023 году Минветеранов предоставило ему статус УБД. Однако на бюрократию это не произвело впечатления. Не разрешил вопрос и суд. Быховский говорит, что заседания прошли формально, судья отклонил адвокатский запрос о привлечении к делу в качестве свидетелей собратьев Глембоцкого, готовых подтвердить его службу и должность в части. Ничего не изменила апелляционная инстанция. Семья надеется на Верховный суд.

Сейчас Алина с детьми живет на выплаты, получаемые от государства Израиль. В Украине она ничего не может оформить как вдова участника боевых действий, потому что для этого должна прописать здесь детей.

– Я зарегистрирована в Харькове, где живет мой отец. Никакие доверенности на регистрацию детей не работают, я перепробовала все пути. Это прифронтовой город, обязательно присутствие одного из родителей. Следовательно, должна брать 2-летнюю дочь, 5-летнего и 7-летнего сыновей и ехать с ними в дальний путь туда, куда ежедневно прилетают бомбы.

Алина говорит, что "государство в смартфоне" не все предусмотрело. Браки заключать можно, а детей зарегистрировать по прописке матери – нет.